Большая книга ужасов. Millennium - Ирина Щеглова

– Отправляют в ссылку, как декабриста.

– Идем, декабрист, – отвечала мама. – Загоришь за две недели. Свежим воздухом надышишься. На человека хоть станешь похож.

Избежать ссылки не удалось. Через полчаса я уже был на месте сбора. Как раз вовремя, чтобы занять местечко в конце автобуса, в самом неприметном ряду. Впереди у окошка сидела красивая девчонка. Я с представительницами противоположного пола тогда особо не общался. Странный у них алгоритм мышления – до сих пор жутко бесит. Просто заметил: девчонка красивая, глаза такие большие и голубые, как логотип Интел.

Закинул сумку на багажную полку, рюкзак с ноутом поставил на колени. Сижу, никого не трогаю. Иногда смотрю на отражение в толстом автобусном стекле – там девчонка с большими голубыми глазами. В каждом процессор с враждебным разумом. В общем, красота! Автобус почти заполнен, значит, отправление скоро. Тут к нам на задние ряды приходит парень, крепкий такой, в красной спортивной кофте. Начинает на багажную полку сумку свою огромную пихать, с треском и скрежетом. Как говорили юзеры прошлого поколения: сила есть – ума не надо. Девчонка с переднего сиденья посмотрела на это дело своими прекрасными глазами, а потом вскочила и как закричит:

– Что ты делаешь, дубина! Ты же все испортишь! У меня там холсты и краски!

Парень только смеется:

– А у меня гантели и кроссовки, – и продолжает запихивать.

Девчонка вот-вот заплачет, а ему хоть бы что. Мне, если честно, до таких разборок дела никакого нет. Просто не люблю, когда люди скандалят, вместо того чтобы головой подумать. За интеллект обидно. В общем, положил я свой рюкзачок на сиденье, поднялся и говорю:

– Спокойно, пассажиры. Сейчас багаж дефрагментирую – все без проблем влезет.

Тут все на меня посмотрели. Кто-то даже с сочувствием – очень уж тот парень крепким был, да и выше меня на полголовы. Но ничего. Прошелся я по салону. Там портфель подвинул, там рюкзак развернул. В общем, дефрагментация дала положительный результат, и образовалось место для сумки спортсмена. Девчонка, конечно же, обрадовалась и защебетала:

– Можно я с тобой сяду? Не хочу ехать рядом с этим грубияном. Я Варя, а тебя как зовут?

Согласитесь, такой поток слов может кого угодно поставить в тупик. Но мне хотя бы на первый вопрос отвечать не пришлось. В это самое время по салону прошел последний пассажир, красавчик в модной куртке и с большими швейцарскими часами. Он преспокойно плюхнулся на свободное место рядом с моим рюкзаком и заявил:

– Батя на месте! Можем ехать! – говорил он как бандит в плохом кино.

– Меня Дем зовут, если что, обращайтесь, – это я Варе ответил.

– Руслан, – представился спортсмен.

– Кирилл Владимирович, – сказал красавчик – есть такие люди, которые просто не могут не выпендриваться.

Тут наша сопровождающая всех пересчитала, и наше количество сошлось со списком. Автобус поехал, и началась заунывная лекция о лагере «Прогресс». Нас просто засыпали фактами, удивительными своей бесполезностью. Вот спрашивается, зачем засорять память ни в чем не повинных людей сведениями о площади лагеря, количестве домиков, среднем расходе воды и электричества?

Как ни странно, у нас образовалась своя маленькая компания, и мы болтали всю дорогу. Небольшая стычка до знакомства не располагала к этому, но положение исправил Кирилл Владимирович. Парень постоянно рассказывал истории из жизни знакомых и просто анекдоты. Остальные слушали, а потом втянулись. Руслан поведал про вольную борьбу. Он стал чемпионом в своем весе, за что и получил путевку в «Прогресс». Варя тоже была из одаренных – настоящая художница, чьи картины попадали на какие-то там выставки. Кирилл в ответ на вопрос о своих выдающихся способностях отшутился. Сказал, что он путевку тоже заслужил – слишком хорошо играл на нервах одного человека. Тем временем автобус наш пробрался через московские пробки и рванул по Ярославскому шоссе мимо Сергиева Посада. За Переславлем он свернул в какую-то лесную глухомань и таки добрался до «Прогресса».

Автобус остановился у ворот и начал пронзительно сигналить. Я выглянул из окна и увидел нечто примечательное – серо-голубой линялый стенд с надписью «Орленок» и объятой пламенем красной звездой. Предположить, что водитель ошибся лагерем в эпоху тотальной доступности карт и спутниковой навигации, было невозможно, поэтому я сфотографировал стенд на телефон и решил исследовать данный вопрос по мере поступления новых фактов.

Пожилой небритый сторож вышел из свежевыкрашенной белой будки, долго разглядывал пульт, наконец, нашел нужную кнопку, и ворота открылись. Автобус рванул с места, проехал метров двести, сделал круг по небольшой площади с клумбой, остановился и открыл двери. Все поспешили выбраться из салона, размять затекшие конечности, глотнуть свежего воздуха. Сразу стало понятно, что лагерь самый что ни на есть новый. Домики и корпуса блестели свежей краской. В некоторых зданиях еще орудовали строители в синих спецовках.

Встречать нас вышла директриса, дама лет пятидесяти, в допотопных очках на остром носу. Ее сопровождал бодрый краснощекий вожатый в спортивном костюме.

– Вам выпала большая честь… – После этих слов я понял, что слушать директрису – бесполезная трата времени, бросил сумку с вещами на асфальт и начал обходить автобус сзади.

– Вы первая смена в центре отдыха нового поколения! – не унималась дама.

Я прошелся по площади, завернул за автобус, и только врожденная сдержанность не позволила мне громко заорать на весь лагерь. На невысоком железном заборчике сидело огромное, отвратительное и очень странное насекомое. Какая-то помесь саранчи и мохнатого паука. Никогда ничего подобного не видел, даже в Интернете на сайте «Самые отвратительные твари.ру». Я осторожно достал мобильник и сделал несколько фоток насекомого. Так ведь можно стать первооткрывателем нового вида. А неизвестная тварь получит громкое имя – ужасная паукообразная саранча Дема. Насекомое отлично справилось с позированием, а потом быстро умчалось по забору, перепрыгнуло на стену корпуса, спокойно преодолело отвесный подъем и скрылось в окне.

Только вернулся к остальным, нас повели в столовую, а потом расселять. Девчонок в один домик, ребят – в другой, спортсменов так вообще в специальные апартаменты. Причем не стали разбираться, кто штангист, а кто шахматист. Примитивный, в общем, алгоритм распределения.

«Жалко, – думаю, – что разбивают нашу компанию».

Не то чтобы все они мне так нравились, просто успел привыкнуть. Видимо, не я один…

– Кисло тут как-то, – сказал Кирилл Владимирович. – Встречаемся завтра с утра в столовой, посмотрим, что тут за развлечения.

Все согласились.