Сиамцы: повесть - Андрей Жвалевский

Отец иронично покачал головой, но ничего не сказал.

Когда он вышел, Ян позволил себе несколько беззвучных прыжков на месте — и тут же написал Геле: «Проблему с обналичкой решил! Будем с деньгами!»

Геля не ответила.

Это Яна никак не устраивало — ему нужно было срочно поделиться радостью. Он схватил телефон и набрал Геулу.

— Гелька! — заорал он. — Скоро у меня будет куча денег!

Он кратенько описал ситуацию. Трубка мрачно засопела.

— Ты чего, — удивился Ян, — не рада за друга?

— А чего это деньги только у тебя?! — неожиданно резко ответила Геля. — Это наш общий канал!

— А тебе что, тоже нужно? — изумился Ян. — Зачем?

Он как-то не подумал, что все доходы от рекламы придется делить пополам.

— Затем, чтобы всякие богатенькие буратины не думали, что меня можно купить! За путевки! И вообще…

— Э! — Ян ничего не понимал. — Стоп! Кто тебя купить пытается? Какие путевки?!

— Не твое дело! — ответила трубка, и связь прервалась.

Ян попытался набрать Геулу снова, услышал короткие гудки.

«Дура психованная! — подумал он. — Напридумывала чего-то себе!»

*

Звонок на урок застал Геулу на подоконнике. Она пыталась закрыть форточку, которая в кабинете географии постоянно открывалась.

Оксана Витальевна, войдя, поджала губы.

— Может быть, ты все-таки соизволишь сесть на место? Я понимаю, что Геулам Вегирейкам закон не писан, но…

— Вегирейко, — поправила ее Геула.

— Что? — поперхнулась завуч по воспитательной работе, по совместительству — учитель географии.

— У меня фамилия не склоняется, — сказала Геула и спрыгнула с подоконника.

Завучиха на мгновение замерла.

— Если ты такая умная, то иди сразу к доске, — сказала она.

— Оксана Витальевна, склонение фамилий — это не география, это русский язык, — попыталась пошутить Геля, но учительница шутку не поддержала.

— К доске, я сказала, — скомандовала она.

Геула вздохнула и отправилась к доске.

— Перечисли мне основные направления развития промышленности России.

Геула закатила глаза. Экономическая премудрость ей не давалась.

— С фактами, с примерами конкретными, — продолжала смаковать ситуацию учительница.

— Оксана Витальевна, вы же меня на прошлом уроке вызывали, — попыталась отмазаться Геула.

— Садись, два! — отрезала Оксана Витальевна.

*

Мама встретила Гелю ревом миксера.

— Достала меня твоя Оксана, — крикнула Геля.

— Она не моя! — ответила мама.

— Если бы не ты со своей дурацкой подпиской, она бы меня не трогала.

— Это не моя дурацкая подписка.

— Это твое дурацкое упрямство!

— Гель, не начинай, — прокричала мама.

— Слушай, но почему вечно ты революцию делаешь? Почему остальные родители сидят спокойно, а от тебя скоро будут дату родительского собрания скрывать. Почему тебе вечно больше всех надо?

Мама выключила миксер, и в кухне стало тихо.

— Что? — спросила она. — Я не слышала ничего.

— Я не знаю, что у меня будет по географии за год, — мрачно сообщила Геула.

— Ну и не знай, — весело сказала мама, — и мне не говори. А Оксане я завтра отнесу пирожные. У нее просто стресс, конец учебного года, нужно скушать сладенького. Попробуй крем, нереально вкусный сегодня.

Геула скорчила гримасу.

— И кому я передам семейный бизнес? — вздохнула мама.

— Мужа себе заведи, — буркнула Геля.

*

Ян маялся за компом. Он трижды звонил Гельке, два раза написал — ноль реакции. «Раз так, — решил он, — пусть сама звонит и пишет! Истеричка!»

Ян хотел запить горе чаем, но и тут его ждал облом — чай в френч-прессе кончился. Ян отправился на кухню и обнаружил там папу, который вперился в телефон. В самом этом факте не было ничего необычного, но вот звуки, которые доносились из динамика…

— У вас есть что-нибудь для сиамских близнецов? — спрашивал звонкий голос Гели.

— Нет, — растерянно отвечал баритон продавца, — но у нас есть новая коллекция больших размеров…

Тут и отец заметил застывшего посреди кухни Яна.

— Сядь-ка, — скомандовал папа, ставя видео на паузу.

Ян сел, на всякий случай придав лицу выражение «пытай меня — все равно ничего не скажу!».

— Интересный ролик, — сказал отец.

Ян не ответил. Он пока не понимал, за что его будут ругать, поэтому решил отдать инициативу.

— А магазин вам что-нибудь заплатил? — спросил папа.

— Нет… а должен был?

— Конечно… Это же продакт плейсмент. Я только что звонил им, хозяин знакомый оказался. Когда вы этот ролик вывесили?

Ян ткнул в дату на экране. Папа говорил вполне миролюбиво, и Яна это настораживало.

— Ага, все сходится, — кивнул отец. — На следующий день был небольшой всплеск посещаемости. И рост продаж почти на пятнадцать процентов. Так что вполне могли заплатить.

— Перебьемся! — гордо ответил Ян. — Что нам эти копейки?!

— Да ты, я смотрю, бизнесмен! — Отец включил привычный иронический тон. — Стратег! А как перед Госконтролем отбрехиваться будешь?

— А при чем тут Госконтроль? — Разговор перешел в обычное русло. Яна отпустило, можно было огрызаться.

— А потому что нарушение Закона «О рекламе» Республики Беларусь. Где договор с магазином об оказании рекламных услуг?

— Каких услуг? Никто никому ничего не оказывал!

— Ага… прокурору будешь объяснять! Причем не ты, а мой Гриша, который за тебя подписался…

— Слушай, папа! — Ян встал и демонстративно занялся чайником. — Не лезь в мои дела, ладно?!

— А я что, лез? — удивился отец. — Ты, на секундочку, сам ко мне пришел. Так что, я Грише говорю, чтобы он тебе счет не предоставлял?

Ян сердито засопел. Папа был кругом прав, и это раздражало. А еще слова отца напомнили про идею Гельки брать деньги с магазинов — а это вообще бесило.

«Весь мир против меня», — подумал Ян.

— Ладно, — сказал папа, — расслабься. Не будет Госконтроль такой ерундой интересоваться. Пока. Но, судя по тенденциям, мы скоро на более-менее нормальные обороты выйдем. Имей в виду.

«Какие еще “мы”?» — хотел возмутиться Ян, но не стал. Это «мы» прозвучало… солидно.