Большая книга летних приключений - Эдуард Веркин

И только я задрал голову, как на меня упало что-то тяжелое. Это было похоже на шубу или небольшой ковер. Кто-то сработал настолько неожиданно, что разобраться в первые секунды казалось невозможным. Я запутался и начал отчаянно махать руками, чтобы скинуть с себя мерзко пахнущее барахло.

Однако едва я сбросил с себя эту грязную дерюгу, как вдруг на меня сзади кто-то набросился. Этот тип безо всяких разговоров принялся выкручивать мне руки и придавливать к земле. Вырваться никак не удавалось, потому что держал он меня крепко и мощно. Как-то опытно, что ли.

Я попытался перекатиться на бок, но не получилось, этот гад треснул меня по ушам. В голове взорвалась неприятная вспышка, я завопил и предпринял следующий маневр – резко поднял голову и попытался ударить сидящего у меня на спине затылком.

Это получилось. Послышался рев. Видимо, я попал негодяю в нос или в челюсть. Нажим ослаб. Я быстро перекатился на спину и пнул своего противника ногами в грудь. Но он не растерялся и без всякого промедления треснул меня в лоб. Кулак у него оказался тяжелым. Из глаз моих сыпанули искры, в голове закружилось.

Последнее, что я помнил, – мое лицо уткнулось в мокрую траву. Вероятно, потом я потерял сознание.

Очнулся я оттого, что кто-то смахивал с моего лица комара. Я открыл глаза и увидел Тоску. И почти сразу почувствовал неудобство в руках. Я стоял спиной к дереву, а руки мои были сильно вывернуты назад и в запястьях перевязаны веревкой.

– Как ты здесь... как ты меня нашла? – спросил я, постепенно приходя в себя.

– Погоди, я сейчас тебя развяжу. – И Тоска принялась не развязывать, а по-дурацки дергать веревки, отчего боль в руках только усилилась.

Я завопил:

– Осторожно! Мы не в гестапо!

– Извини, извини. Мне нужно что-нибудь острое, чтобы перерезать веревку.

– Постарайся все-таки ее развязать, только аккуратнее.

Тоска долго возилась, и наконец с помощью зубов и всевозможных проклятий она меня освободила. Хотя руки какое-то время болтались как неродные.

– Разглядеть его не успел? – спросила Тоска.

– Не успел. Он так мне по ушам засветил, что у меня в глазах круги были, ничего не видел. Но я ему тоже вмазал. То ли по зубам, то ли по носу, не разобрал...

– Герой, – усмехнулась Тоска. – Волкоборец настоящий.

Тоска с довольным видом разглядывала меня. Она ждала восхвалений и благодарности. И я с удовольствием сказал ей все, что она хотела услышать. Потом спросил, как она меня нашла.

– Все очень просто, я нашла тебя по твоим же следам, – сказала Тоска. – Ты топчешь, как медведь.

– А почему ты решила за мной пойти? – спросил я. – Это неправильно.

– Почувствовала, что тебе может пригодиться моя помощь.

– Это же очень опасно, вот так идти туда, не зная куда! – ругал я Тоску. – Пообещай мне, что ты больше не будешь так рисковать.

Я почесал щеку. Было приятно размяться, посгибать и повыпрямлять руки.

– Куропяткин, – злобно сказала Тоска. – Мы с тобой компаньоны, не забывай об этом. Все, не хочу больше ничего слышать.

Я стоял и чесался, подбирая в уме доказательства своей правоты.

– А когда ты меня нашла, ты никого здесь больше не видела? – спросил я. – Или, может, другие следы заметила? Кто-то меня к дереву привязал – это факт.

Тоска пожала плечами.

– Нет, вроде бы ничего подозрительного. А что, собственно, тут произошло? Поподробнее.

– Какой-то баран бросил на меня сначала свою шкуру, а потом сам запрыгнул мне на спину. Чуть не прибил.

– Оборотень?

– Да какой там оборотень. Не оборотень. Самый обычный человек, – сказал я. – Думаю, нам пора отсюда уходить.

– Да, ты прав, а то бабушка хватится, а нас нет. И опять устроит нам взбучку.

Легко сказать «пойдем». Оказалось, что я не в состоянии сдвинуться с места. Мокрые носки капитально натерли мои ноги, раньше я этого как-то не заметил. Пришлось разуваться и надевать обувь на босу ногу. Благо ботинки были чуть больше моего реального размера.

Из леса мы выбрались довольно быстро, преследуя этого фиктивного оборотня, я прошел небольшое расстояние.

– А что тебе удалось выяснить? – спросил я Тоску по дороге домой. – Что за крики?

– Все, в общем-то, как я и предполагала, – с улыбкой ответила Тоска, – старик попал в свой же капкан.

Я посмотрел на Тоску с укором и строго сказал:

– Не плюй в колодец – пригодится воды напиться. Не ставь капкан другому... Тоска, давай, пока не поздно, отрежем твой поганый язык и бросим его бродячим собакам. На съедение.

Тоска нисколечко не обиделась и даже больше, мои слова она восприняла как комплимент. Приятно осознавать себя прорицательницей.

– Итак, продолжим, – сказала она. – Я добралась до сторожки и увидела, что Митрофаныча уже выносят на носилках. Он так ругался матом, что с окрестных деревьев замертво падали мелкие насекомые.

Антонина во всех подробностях описала мне эту сцену и даже чуть ли не в лицах изобразила. Получилось комично.

Но один эпизод из рассказа заинтересовал меня особо.

Тоска сказала, что перед тем как старого охотника собирались засунуть в «Скорую», его на какое-то время положили на землю. Там он лежал и продолжал стонать. И тут к нему подбежала какая-то местная собачонка. Откуда она взялась и чья, я не знаю. И то ли понюхала старого охотника, то ли даже лизнула. Но Митрофаныч вдруг заорал еще громче и противнее. Санитары схватили и быстренько затолкали сторожа в машину.

– Наверное, испугался? – предположила Тоска.

– Это вряд ли. Он же взрослый дядька. Да и перед людьми постеснялся бы, засмеют, – сказал я. – Чего пугаться маленькой собачки?

– Тогда это подтверждает мою теорию, что Митрофаныч и есть настоящий оборотень. Он боится собак.

– Нет, это не доказательство, – помотал головой я. – Оборотни и собаки друг друга стороной обходят. Собака подошла к нему, как к простому человеку, из своего собачьего любопытства. Тут что-то другое.

– Да, вспомнила, доктор к нему сразу подскочила, стала успокаивать, сунула ему в рот какую-то таблетку и велела собачку отогнать.

– Ну, тогда это многое объясняет, – сказал я и сделал паузу.

Мне определенно надо идти в театральное училище, паузы выдерживать я умею просто мастерски.

– Не томи, – простонала Тоска.

И даже щипнула меня за руку.

– Я все понял, у старика – а-л-л-е-р-г-и-я, – по буквам, отчетливо произнес я.

– Нет, этого не может быть, аллергия – это ерунда! – не поверила Тоска.

– Если у тебя нет аллергии, это еще не значит, что у других ее нет. Аллергия страшное заболевание и практически не лечится. Это врожденная патология, – важно произнес я. – В качестве аллергена – вещества, вызывающего аллергию, может выступать что угодно: какой-нибудь пищевой продукт, домашняя пыль. Или лекарства. А уж домашние животные вообще самые главные раздражители. И реакция бывает разной – от простой сыпи на коже до шокового состояния. Кстати, может, потому он и охотник. У него аллергия на животных, и он их с большим удовольствием уничтожает.