Большая книга летних приключений - Эдуард Веркин

– Идет!

Я быстренько поднялся, отряхнул колени и сел на табуретку с шланговым видом.

– Не скучаете? – появился Агранцов с подносом. – А я калифорнийский чай подготовил.

Калифорнийский чай оказался довольно вкусным. С лимоном, мятой и кубиками льда. Я сразу выпил стакан.

– Хороший чаек, – сказал я. – Интересный.

– Пейте на здоровье.

Мы еще попили чаю, потом я спросил:

– Так, значит, ты в этого оборотня не веришь?

– А чего вам этот оборотень-то так дался? – прищурился Агранцов.

Чтобы не вызвать подозрений своими расспросами, я толкнул нашу старую легенду:

– У нас в школе организован кружок «Юный этнограф». Нам задание на лето дали. На каникулах собирать различную информацию о месте своего отдыха.

Тоска согласно закивала головой и пустилась в рассуждения о названии деревни. Она изложила уже известные мне версии и кое-что добавила от себя:

– Лично я считаю, что этимология слова «Сорняки» восходит к индоиранским корням и может быть истолкована как... – и тут Тоска понесла такую околесицу, что я только диву давался, где она понабралась такой ученой мути.

Агранцов оказался парнем крепким, он достойно выдержал натиск совершенно ненужной информации.

– Интересен следующий факт, – я продолжил наступление с другой стороны, – у многих народов существуют довольно схожие поверья. Легенды о своих односельчанах, будто бы превратившихся в оборотней. Случай, имевший место в Сорняках, весьма любопытен с этнографической точки зрения. То есть я хочу сказать, что ничего удивительного в том, что местные жители объясняют непонятные происшествия происками потусторонних сил...

– Как хорошо теперь в школах учат, – покачал головой Агранцов.

– Ты сам веришь в этого оборотня? – повторил я свой вопрос.

– Я-то? Нет, конечно, – как-то довольно поспешно ответил Агранцов. – Я, как человек современный, с твердой уверенностью могу сказать – никаких оборотней в природе не существует и существовать не может. Все это вымысел. Суеверия.

– Я тоже так думаю. Но мы не можем не признать факт появления в Сорняках некоего существа. Тем более что его видели целых три свидетеля, три старушки, – возразил я.

– Я еще раз повторяю, – сказал Николай, – оборотень – это вымысел. А правда заключается в том, что вокруг Сорняков в последнее время развелось слишком много бездомных собак. Вот их-то надо бояться. Эти четвероногие друзья и посетили одиноких старушек. А в семьдесят лет у страха глаза велики.

Одинокие старушки... Одинокая старушка – очень удобный объект для нападения, подумал я. Сопротивления – ноль.

– От бродячей собаки можно ожидать чего угодно, – продолжал Агранцов, – поэтому я вам настоятельно рекомендую приобрети вот такую очень полезную вещь, – и Агранцов достал из кармана перцовый баллончик. – Просто незаменимый помощник.

Я внимательно осмотрел баллончик и подумал, что до сих пор никаких бродячих собак здесь не видел...

– А как же охотник? – спросила Тоска. – Ну, этот, Митрофаныч? Чего он не примет меры против собак?

– Старый дурак, – поморщился Агранцов. – Просто старый дурак. Контуженый. Вы знаете, однажды они с друзьями пошли на охоту, стали стрелять, и пуля ему попала прямо в лоб. Так она отскочила! Отскочила от его лба! Только шишку набила! Какой дурак, однако, даже пули ото лба отскакивают! Вот и все тут. Старый дурень и старые бабки. Живем, как в болоте.

– А сам ты что тут делаешь? – спросил я. – Чем занимаешься?

– Я свободный художник, – ответил Агранцов.

– Картины рисуешь? – я оглядел голые стены.

– Художник в широком смысле этого слова, – поправил Агранцов. – Сейчас я работаю над новой парадигмой существования в эпоху постиндустриального общества...

Тоска непонимающе на меня поглядела.

– Смысл жизни ищет, – объяснил я.

– Удивляюсь вам, – снова покачал головой Агранцов. – Такие умные! Задания на лето выполняете, в кружки ходите, про ликантропию знаете... И откуда такие?

– Не надо недооценивать современную молодежь, – сказал я. – Молодежь не только в компьютеры играется, молодежь еще и делом занята...

– Пойдем, Куропяткин, – толкнула меня в бок Тоска. – Нам обед пора готовить.

– Ну, не смею вас задерживать, – Агранцов встал, поклонился. – Держите меня в курсе ваших этнографических изысканий.

– Всенепременно, – сказал я.

– Если пойдете ловить оборотня, кликните меня. Интересно будет.

– Всеобязательно, – Тоска подтолкнула меня к выходу.

Мы выбрались на улицу.

Тоска достала блокнотик, записала: «Николай Агранцов, знакомый. Оборотни – вымысел, во всем виноваты собаки. Перцовый баллончик». А потом добавила: «Зачем сейф???»

– Тоска, неужели ты будешь готовить обед? – спросил я.

– Нет, конечно. Обед прекрасно приготовишь ты. Насколько я помню, ты искушен в кулинарном искусстве.

Я вздохнул. Тоска была права. Готовил я гораздо лучше, чем она. Обедать подгоревшей яичницей мне вовсе не хотелось. Я вознамерился накормить общественность окрошкой, но судьбинушка распорядилась иначе.

Когда мы вернулись, бабушка была уже дома.

– Где вы все бродите, с утра ничего не ели. Сейчас я скорых оладьев напеку. Молоко-то прокисшее опять привезли, – проворчала баба Надя и погрозила кому-то кулаком.

Тоска засмеялась и шепнула мне на ухо:

– Вот у кого на самом деле ядовитые слюни, так это у Мобилы. Даже молоко прокисло.

Бабушка строго посмотрела на Тоню. Антонина сразу перестала улыбаться.

– Мы заходили в гости к одному интересному человеку. Ты его знаешь, – сказала Тоска. – Коля Агранцов, интеллигент и философ.

– Знаю, как не знать этого бездельника. Всю жизнь на шее родительской просидел. Как сыр в масле катался. Ничего не делал. Родители ему и квартиру в городе сделали, и денег давали. А он что? Как был лодырем, так и остался, – ответила бабушка. – Даже не выучился ни на кого, дурак какой. Родители умерли, царствие им небесное, так он приехал дом ихний продавать. Нечего к нему ходить, плохой он парень.

Вообще, по большому счету, Агранцов мне понравился, я решил, что бабушка просто ворчит.

– Вы лучше бы заглянули к Митрофанычу, – сказала она. – Он старый охотник и такого вам может порассказать. Он сейчас в совхозном саду работает сторожем. Все развалилось, а сторожа сторожат... Смешно. Ладно, хватит болтать, садитесь к столу. Оладьи надо есть горячими.

На кухне зашкворчало масло, и уже через пять минут мы рубали скорые оладьи со сметаной, с вареньем, с медом. Вкусно. Богато вредным холестеролом, разрушающим сердце, сосуды, суставы, но очень вкусно.