Большая книга летних приключений - Эдуард Веркин

– Что ты обо всем об этом думаешь? – спросила меня Тоска уже на улице.

– Не знаю, по-моему, бред какой-то. То он появлялся, то он исчезал. Старушке все, что угодно, со страху может показаться. Лампочка у нее в сенях – двадцать пять ватт, ничего не видать. Ты обратила внимание, что она перед сном таблеток напилась? Он ей мог и вообще привидеться.

– Не мог же он сразу трем привидеться?

– Такие случаи бывали. Ты про эпидемии оборотничества слыхала?

– Ну, так. Что-то там в Средние века, кажется...

– Целым деревням начинало казаться, что они оборотни. Они вставали на четвереньки и шастали по лесам. Так вот. Кстати, ты заметила, что оборотень напал только на старушек? Хотя тут и дед-охотник какой-то живет, и эти два придурка...

– Мобила не здесь живет, он за молоком просто приходил. И в гости к Рукасову.

– Я к чему клоню, – сказал я. – Нападения на старушек – довольно показательный факт.

– В чем же он показательный?

– Ты слыхала что-нибудь про Салемский процесс?

Тоска отрицательно помотала головой.

– Надо теоретически подковываться, старуха, – посетовал я. – На хромой козе энтузиазма мы далеко не уедем. Ты знаешь, к примеру, что все преступления уже имели место раньше? Ничто не ново под луной, все уже когда-то случалось...

– А при чем тут Салемский процесс?

– Это было в Америке, в самом конце семнадцатого века, в штате... кажется, Массачусетс. Так вот. Там одну мурену бросил ее хахаль, и она с большого расстройства взяла да и стукнула на новую подружку своего хахаля. Что та ведьма и летает ночью на метле пить кровь бургомистра. А та вломила другую свою подружку, а потом они там все просто взбесились и стали друг на друга стучать и друг друга закладывать. Целую кучу девок в результате перебили по обвинению в колдовстве. Вот так-то. Конечно, они не были ведьмами. Они были просто дурами. Психичками.

– Ты хочешь сказать, что мы имеем дело с массовым психозом? – поинтересовалась Тоска.

– Я же говорю, нападения на старушек показательный факт. Одной что-то привиделось, она рассказала другой, той понравилось... Ну и пошло-поехало. Надо искать. Ты, кстати, знаешь, что слово «инквизиция» переводится как «разыскание»?

– Ты что, хочешь тут инквизицию развести?

– Пока не знаю. Нельзя строить догадки без фактов.

– Может, это была все-таки собака? – сомневалась Тоска.

– Мало исходной информации, рано делать выводы. Поговорим с другими очевидцами, может, общая картина прояснится.

Тоска достала блокнот и сделала запись: «Захаровна, жертва № 1. Следов не обнаружено. Звериная морда появлялась, исчезала???»

– Вообще, конечно, странный случай, – сказал я. – Напал оборотень на бабушек? Напал. Спрашивается, зачем? Никакого кровопролития нет. Он что, напугать их просто решил? Он что, оборотень-вегетарианец?

Тоска ничего не сказала.

– Вообще, нам надо разработать план оперативно-розыскных мероприятий. Чтобы все у нас было по порядку, без излишних метаний.

– Ну, давай, разработай, – ухмыльнулась Тоска.

– Задача № 1. Первым делом нам надо определить... – сказал я, делая паузу после каждого слова, и внимательно поглядел на Тоску.

– Мне кажется, нам надо определить, настоящий оборотень или нет.

– Точно, – согласился я. – В общих чертах ты права. Надо определить врага. То есть субъект преступления. Какова же задача № 2?