Звездная тропа - Эрин Хантер

И тут над поляной разнёсся пронзительный голосок Клевера:

– Смотри, Гром!

Вздрогнув от неожиданности, он обернулся и увидел обоих котят, сидевших в боевых стойках перед Молнехвостым. За спиной котят стоял Лист.

– Молнехвостый учит нас сражаться сразу против двух противников! – похвастался Чертополох.

Лист прищурился.

– Ну что, готовы? – спросил он.

Клевер кивнула, Чертополох махнул хвостом, а Лист быстро переглянулся с Молнехвостым.

В следующее мгновение оба наставника одновременно бросились на котят. Клевер и Чертополох мгновенно поднялись на задние лапы, прижались спинами друг к другу и принялись молотить наседавших. Лист и Молнехвостый с рычанием кружили вокруг них, но каждый раз, когда кто-нибудь из наставников пытался нанести удар, котята с ловкостью отражали их атаки. Гром с невольным восхищением смотрел за поединком.

«Наши котята сражаются, как опытные бойцы!»

– Вот это да! – не выдержал он. – Вы просто молодцы!

Охваченный гордостью, он бросился к котятам. Молнехвостый и Лист отступили, и юные бойцы снова опустились на все лапы.

– Это оказалось совсем нетрудно, – пропыхтела Клевер, задорно сверкая глазами. – Нужно было только научиться не падать!

– Да мы так целый вражеский патруль можем раскидать! – похвалялся её брат.

Фиалка тоже подошла к котятам, с улыбкой поздравила их.

– Против таких бойцов даже бродяги будут бессильны!

Клевер гордо распушила грудку.

– Если Шрам вздумает на нас напасть, мы с Чертополохом защитим наш лагерь!

Чертополох повернулся к Грому. Его глаза потемнели.

– А он собирается напасть?

Гром твёрдо выдержал его взгляд.

– Я не знаю. Но мы должны быть готовы.

Гром знал, что в случае нападения его коты смогут защитить свой овраг, однако после известия о вероломстве Пчелы его постоянно терзала тревога. Он не хотел признаваться самому себе, что главной причиной его страхов был Янтарь. Этот кот не делал никаких шагов к сближению с остальными. Зачем тогда он продолжает жить с ними в одном лагере? Что удерживает его здесь? Неужели он планирует нанести им неожиданный удар в спину?

Фиалка пихнула Грома в бок.

– Пойдём. Нас ждёт работа.

Она повернулась к кусту орешника, возле которого уже лежала свежая охапка папоротников. Облачник трудился не покладая лап!

– Мы вам поможем! – воскликнул Чертополох, бросаясь к кусту.

– Спорим, я всё сделаю лучше тебя! – со смехом пропищала Клевер, устремляясь следом.

Облачник ласково посмотрел на подпрыгивающих от нетерпения котят.

– Вот умники, ваша помощь будет как нельзя кстати. Начните с самых нижних веток, – посоветовал он. – А я пока займусь верхушкой.

Когда котята под руководством Облачника с жаром взялись за дело, Гром взглянул на Молнехвостого.

– Ты отлично их выучил! – искренне сказал он. – Теперь у нас в лагере есть ещё два подготовленных бойца.

– Это заслуга Листа, – немедленно ответил Молнехвостый.

Гром перевёл глаза на смутившегося кота.

– С тех пор, как ты принял участие в обучении котят, они сразу стали делать успехи!

– Рад помочь, – промурлыкал Лист, поворачиваясь к котятам.

Клевер и Чертополох вырывали друг у друга стебель папоротника.

– Это мой папоротник! – рычала Клевер, таща ветку к себе. – Отдай, я первая взяла!

– Хитрая какая, сразу схватила самый толстый стебель! – рычал Чертополох. – Почему тебе должно доставаться всё самое лучшее?

Лист со вздохом закатил глаза.

– Мы научили их бороться с бродягами, – пробурчал он. – Теперь пора отучить их вести себя, как бродяги! – Взмахнув хвостом, он решительно направился к кусту. – Клевер! Немедленно отдай брату папоротник. Посмотри, сколько его в куче!

Молнехвостый бросил мрачный взгляд в сторону леса.

– Янтарь до сих пор не вернулся, – прошипел он и повернулся к Фиалке. – Ты не говорила ему, что он ведёт себя вызывающе? Он даже не пытается жить по нашим законам!

Фиалка виновато опустила глаза.

– Говорила, конечно, и не раз, – вздохнула она. – Но у него на всё один ответ – он привык быть один.

– Тогда зачем он живёт с нами? – фыркнул Молнехвостый. – Мы его не держим!

Гром понял, что Молнехвостый разделяет его тревогу по поводу Янтаря.

– Возможно, стоит предложить ему уйти? – осторожно сказал он.

Фиалка с мольбой посмотрела на него.

– Пожалуйста, не надо! Потерпите хотя бы ещё одну луну. Я верю, Янтарь изменится! – Она с воодушевлением взмахнула хвостом. – Он хороший кот, просто не привык жить сообща с другими котами. У нас всё было по-другому. Мы не были единым обществом, мы просто жили в одном лагере и выполняли приказы Шрама. Каждый из нас был сам по себе, и мы знали, что никто о нас не позаботится. Мы не делились едой, не ухаживали за больными и ранеными, не защищали друг друга. Представляете, как трудно заново научиться заботиться о других?

Лапы Грома зачесались от неуверенности. Фиалка продолжала смотреть на него умоляющими янтарными глазами, и его сердце таяло от нежности. Однако он был вожаком и даже ради этой кошки не мог подвергать опасности жизни своих котов. Судя по мрачному взгляду Молнехвостого, тот тоже не был согласен с Фиалкой. Не зная, что предпринять, Гром решил на время сменить тему.

– Хотел бы я знать, как живётся бродягам в лагере Зыбкой Реки.

Гром беспокоился о речных котах. Лагерь Зыбкой Реки был самым маленьким из всех, в нём, кроме вожака, жили только Треснувший Лёд, Пёстрая Шёрстка и Ночь. Поскольку в реке даже в самые суровые холода никогда не переводилась рыба, речным котам было нетрудно прокормить ещё четверых бродяг. Но что если Мох и Заря замышляют предательство? Зыбкая Река и его немногочисленные соратники могут серьёзно пострадать…

– Давай сходим и узнаем, – неожиданно предложила Фиалка.

– А что, отличная мысль! – встрепенулся Молнехвостый. – Я с вами!

Фиалка застенчиво взглянула на чёрного кота.

– Извини, Молнехвостый, но… Можно мы с Громом пойдём вдвоём?

Весёлые глаза Молнехвостого озорно засияли.

– Я всё понял, – многозначительно промурлыкал он. – Что ж, останусь дома и помогу обустраивать палатки.

Сгорая от смущения, Гром смотрел в землю. Настойчивость Фиалки застала его врасплох. О чём они будут говорить по дороге? Конечно, они с ней постоянно разговаривали, но одно дело обсуждать какие-то дела в лагере, полном котов, и совсем другое – остаться наедине.