Моя сестра Джоди - Жаклин Уилсон

– Это ты, Джоди? – тревожно спросила я.

– Нет, дитя мое… Я несчастное грустное привидение, живущее в башне… Призрак печальной белой шепчущей женщины…

– Прекрати! – взвизгнула я.

– Иди сюда, глупенькая, – сказала своим настоящим голосом Джоди, высовывая голову из-за задней стенки комода.

Она протянула в щель руку и я, ухватившись за нее, пролезла за шкаф и втянула ноздрями застоявшийся, пыльный, странный запах прошлого. Мы с Джоди взобрались наверх по лестнице. Харли уже был в самом конце коридора, стоял, вытянувшись во весь свой рост, и толкал засов. Раздался скрип, Харли крякнул, затем торжествующе вскрикнул:

– Есть!

– Бежим, Перл! – сказала Джоди. – Он сделал это!

Она бросилась бежать по коридору, звонко цокая своими каблуками-копытами. А я представила себе, что двери всех комнат открылись и в них стоят все когда-либо жившие здесь обитатели Мельчестера и недовольно хмурятся, потому что я потревожила их покой. Еще мне привиделись четыре уродливые обезьянки – они ползли по коридору, оставляя за собой крошки пересохшей и сгнившей от времени резины.

Я испуганно и почти в панике бросилась вслед за Джоди, лишь бы не оставаться одной.

– Отлично! – сказала она.

Харли начал поворачивать дверную ручку, но Джоди, шлепнув его по руке, отбросила ее в сторону.

– Нет! – сказала она. – Это моя башня! Дай мне, я сама!

Харли вздохнул, повел бровями и, отвесив шутовской поклон, ответил издевательским тоном:

– Разумеется, только после вас, мадам.

Не обращая внимания на его тон, Джоди повернула ручку, медленно, очень медленно приоткрыла дверь и заглянула внутрь.

– Что ты видишь? – шепотом спросила я.

– Ничего!

– Но должно же там что-то быть!

– Нет, в самом деле, я ничего не вижу. Непроглядная темень. Дай фонарик, Перл.

Я протянула ей фонарик. У меня дрожала рука – рука у Джоди, я думаю, тоже дрожала, потому что она едва не выронила фонарик, но тем не менее сумела его удержать. Затем Джоди щелкнула кнопкой, включила свет, шире открыла дверь и посветила фонариком впереди.

Честно говоря, смотреть там действительно было не на что – маленькая круглая комната с уходящей вверх узкой винтовой лестницей. Никакой мебели, только разбросанный по полу мусор. Джоди вошла внутрь.

– Будь осторожнее! Следи за половицами! – умоляюще сказала я ей вслед.

– Все отлично, пол крепкий – смотри, – ответила Джоди, притопывая своими высокими каблуками. – Заходите, ребята, не бойтесь.

Харли протянул мне руку. Я крепко ухватилась за нее, и мы вместе вошли внутрь башни. Пространства здесь оказалось меньше, чем я ожидала, было такое ощущение, что кирпичные стены тесно смыкаются вокруг нас. Джоди быстро водила лучом фонарика из стороны в сторону, вверх, вниз – от этого мелькания у меня закружилась голова.

– Свети куда-нибудь в одну сторону, Джоди!

Она направила луч фонарика прямо мне в глаза. Я пригнулась, отвернула голову в сторону и увидела, как на полу что-то блеснуло. Наклонившись, я вытащила сверкнувший предмет из груды хлама. Это оказалась остроносая туфелька из серебряной парчи. Каблук туфельки отломился, поэтому носок ее задрался кверху.

– Что ты нашла, Перл? Что-то ценное? – спросила Джоди, вновь направляя на меня мой же фонарик.

Я моргнула, слезы навернулись на глаза и потекли по щекам.

– Ты плачешь? Не будь дурочкой, Перл, это всего лишь старая туфля, – сказала Джоди.

– Это не просто какая-то старая туфля, – возразила я. – Я думаю, это туфля миссис Уилберфорс. Та самая, которая была на ней, когда миссис Уилберфорс упала и скатилась по ступеням…

– О боже, – вздохнула Джоди. Она подошла и принялась внимательно рассматривать туфлю. – Следов крови на ней нет.

– Заткнись.

– Значит, она упала с этой лестницы? – спросил Харли, положив руку на узкие железные перила.

– Тогда пошли наверх! – загорелась Джоди.

– Нет! – воскликнула я.

– Перл права. Совершенно очевидно, что эта лестница небезопасна, – сказал Харли.

– Хорошо. Вы оба оставайтесь здесь. Я иду наверх. Я должна увидеть ту комнату на вершине башни!

Джоди зацокала каблуками по узким ступенькам, светя перед собой лучом фонарика.

– Проверяй ступеньки, прежде чем наступать на них, дурында, – сказал ей вдогонку Харли. – Или тоже хочешь провести остаток своих дней в инвалидном кресле?

– Заткнитесь, мистер Зануда, – ответила Джоди, но тем не менее замедлила шаги и стала дважды проверять каждую ступеньку, прежде чем наступить на нее. Тук-тук каблуком, тук-тук, будто танцует какой-то танец.

Харли стоял у нижнего края лестницы и ждал. Он не стал подниматься сразу следом за Джоди потому, что боялся, как бы из-за дополнительного веса ветхая лестница не отделилась от стены и не рухнула вниз. А Джоди уходила все дальше вверх, цоканье ее каблуков становилось все слабее, все тише.

– Нужно было мне идти первым, – сказал Харли.

– Ни за что! – крикнула сверху Джоди.

Ее голос звучал так, словно она была уже далеко-далеко. Фонарик Джоди унесла с собой, поэтому мы с Харли остались почти в непроглядной темноте. Здесь, внизу башни, не было окон, зато было очень холодно и сыро и пахло какой-то кислятиной. Харли нащупал в темноте мою руку и сказал:

– Думаю, мне стоит подняться следом за Джоди, а ты оставайся здесь.

Я не могла бы сказать, какая перспектива меня пугала больше – взбираться вверх по расшатанным опасным ступенькам или остаться одной внизу в непроглядной тьме.

– Я тоже полезу наверх, – сказала я.

– Эй, я добралась! – долетел сверху голос Джоди. – Погодите, вы здесь такое увидите!

– Посвети фонариком вниз, чтобы мы видели, куда ногу ставить, – крикнул в ответ Харли.

– Что? Погодите!

Затем раздался жуткий звук, будто кто-то катился вниз, ударяясь о каждую ступеньку.

– Джоди! – в ужасе взвыла я.

Но это был всего лишь фонарик, который Джоди сбросила вниз по лестнице. Он докатился до конца лестницы, вылетел на пол и несколько раз перевернулся, беспорядочно светя во все стороны.

– Мой подарок на день рождения! – воскликнула я, поднимая фонарик. Его пластиковый корпус в нескольких местах треснул, но он продолжал ярко светить – лампочка не пострадала.

– Все в порядке? Не переживай, я дам тебе другой фонарик, – сказал Харли и добавил, глядя наверх: – Она что, совсем чокнутая? Разве можно так швырять фонарик?

– Она не чокнутая, она безбашенная, ни о чем не думает, – ответила я. – Ну, пойдем, Харли. Ты хочешь подниматься первым?