Теодосия и жезл Осириса - Робин Лафевер

После того как я подмела пол, настала пора очистить воздух с помощью благовоний или ладана. Главная сложность состояла в том, что при этом я не могла использовать спички (в них есть сера, а сера – это и запах преисподней). С другой стороны – как можно зажечь ладан, если не пользоваться спичками? Поломав голову, я, в конечном итоге, решила распылить благовония с помощью пульверизатора. Какие благовония? Ну, уж те, что у меня случились под рукой. Конечно, как настоящий фимиам или ладан они пахнуть не могли. Прежде всего, у меня была туалетная вода «Волшебный вечер» (название-то какое замечательное, а?). Этот «Вечер» пах смесью дыма от костра, фиалок и ванили.

Итак, я распылила «Волшебный вечер» по холлу, и теперь можно было начинать.

По Нектанебусу, для поимки злого духа я могла воспользоваться либо сетями для ловли птиц, либо веревочными петлями. Две подходящие сети в музее имелись, но у папы наверняка возникнет слишком много вопросов, если он увидит их висящими в холле.

Петли менее заметны, да и объяснить их появление достаточно легко – можно сказать, что идет какой-то мелкий ремонт.

Но как подвесить петли в углах под потолком, вот вопрос! Сделать это с пола мне не хватит роста (он у меня нормальный для одиннадцатилетней девочки), а тащить сюда тяжеленную стремянку мне не по силам.

Не говоря уже о том, сколько при этом будет шума-грохота.

И тогда я решила оставить веревочные петли прямо на полу, а для того чтобы ловушки выглядели еще привлекательнее, положить в них лакомство для злых духов – лакричные леденцы. Не знаю ничего, что на вкус было бы отвратительнее лакрицы! Если кто-то скажет вам, что любит леденцы с лакрицей, у этого человека явно не все в порядке с головой. Но египтяне утверждали, что в мире демонов и духов все вверх тормашками, все шиворот-навыворот, и то, что для нас сладкое, – для них горькое, а что кажется нам отравой, они считают лакомством.

И, кроме того, когда еще найдешь более подходящий случай избавиться от этой вонючей дряни, которую подарила мне на Рождество бабушка Трокмортон?

Итак, я положила внутрь каждой петли леденцы с лакрицей и по кусочку воска. Если воск почернеет, я буду знать, что рассерженный или проклятый дух попал в эту петлю.

– О боже! – раздался позади меня папин голос, и я буквально подскочила от неожиданности. – Чем это тут так воняет?

Вообще-то это была смесь «Волшебного вечера» с лакричными леденцами, но вслух я удивленно спросила:

– О чем ты, папа? Я ничего не чувствую.

(Должна признаться, что хранить сразу столько секретов, сколько их выпало на мою долю, – ужасно трудная задача. Мне не нравится, что из-за этого приходится все время лебезить, увиливать, лгать. А ведь я не лгунья. Ну, почти, во всяком случае. А еще нужно все время следить за тем, чтобы не заговорить со взрослыми о магии. В лучшем случае, они тебя не поймут или не станут слушать. В худшем – задумаются о твоем здоровье, и все это может закончиться либо санаторием для нервнобольных, либо ссылкой в закрытую школу где-нибудь на краю географии. Нет, честно, взрослые сами виноваты в том, что я не могу довериться им!)

– А ты сама что здесь делаешь? – спросил папа. – Ты давно уже должна быть в постели.

– Да, я знаю. Я как раз шла пожелать доброй ночи тебе и маме.

– Ну, ладно, ладно, тогда спокойной ночи.

– Спокойной ночи, папа.

И я скоренько улепетнула, но не спать, конечно, а искать Стилтона. Пришло время выпускать нашу мумию на волю.