Остановите Айви Покет! - Калеб Крисп

— Наверное, когда ты впервые попала в Проспу, то решила, что тебя просто случайно занесло на Уинслоу-стрит? Разве у тебя не было такого ощущения, будто тебя тянет туда как магнитом?

Я не стала кивать в ответ. Не хотела радовать эту негодяйку.

— Попасть к Дворцу Проспы можно только оттуда, потому что именно Уинслоу-стрит соответствует месту, где он стоит в моём мире, — сказала мисс Олвейс.

Мне не хотелось ей верить. Но в глубине души я чувствовала, что она не лжёт. Ведь вернулась же я на Уинслоу-стрит, когда отправилась во Дворец Проспы во второй раз. Возможно, сама того не сознавая, я всегда знала, как обстоят дела.

— Не горюй. — Мисс Олвейс игриво пнула меня по ноге. — У меня для тебя отличные новости! Завтра на небе снова будет ровно половина лунного диска, и мы с тобой вместе отправимся в Проспу.

Я уставилась в пространство, не обращая внимания на мисс Олвейс и сосредоточив все мысли на Проспе. Спустя всего несколько мгновений карета затряслась особой дрожью и раздалось настойчивое гудение. Алмаз Тик-так у меня на груди ожил и засветился ритмичными сполохами тёплого медового света.

— Что ты делаешь? — крикнула мисс Олвейс.

Я посмотрела на неё в упор и выкинула все мысли о завесе из головы. Ведь мой план был совсем не так прост.

Я выудила алмаз из-под платья.

Мисс Олвейс сверлила меня сердитым взглядом:

— Ты пыталась уйти в Проспу, да?

— Конечно, нет. — Я уставилась в глубину камня. Там переливался золотистый свет, и только, но я не собиралась сообщать об этом мисс Олвейс. — Алмаз Тик-так всегда старается привлечь к себе внимание, когда собирается что-то показать. — Я ахнула. С невыразимой тревогой посмотрела на мисс Олвейс и опять в глубь камня. — Там вы, дорогая!

Лицо выдало её волнение, хотя мисс Олвейс изо всех сил пыталась притворяться невозмутимой:

— За дурочку меня держишь?

— Боюсь, это правда. Ваши волосы абсолютно седые, и вы вся морщинистая, как вяленый помидор, так что это может быть только будущее. Ваше будущее.

Мисс Олвейс окаменела. Поправила очки на носу.

— Я не собираюсь играть в твои игры, Айви.

— Вы идёте по какой-то большой площади. Она заполнена народом, но для вас оставили проход. Слева и справа от вас шагают стражи. — Я вытаращила глаза, притворяясь, что видение в камне полностью захватило меня. — О боже! Вы направляетесь к высокому помосту — наверное, вам будут вручать награду! — Тут я посмотрела на неё с величайшим сочувствием, какое только могла изобразить. — Ой, нет, дорогая. Они ведут вас на виселицу. Толпа явно в восторге, люди радостно кричат, но вы можете гордиться собой, дорогая: вы дрались как львица!

Чаша терпения мисс Олвейс переполнилась.

— Покажи мне! — потребовала она и потянулась к ожерелью.

И в этот самый миг я перешла к действиям. Для начала пнула её в живот. Мисс Олвейс, оглушительно взревев, отлетела назад, кинжал выпал из её руки. Я вскочила, бросилась к дверце и распахнула её. Холодный ветер ворвался в карету словно ураган.

— Нет! — закричала мисс Олвейс и схватила меня за руку.

«Сейчас или никогда», — шепнул голос у меня в голове. Я выдернула руку и выпрыгнула из кареты.

Земля проносилась подо мной тёмной полосой. Тьму разгонял только фонарь над облучком кареты. Я летела вперёд, отчаянно размахивая руками и перебирая ногами. Мои башмаки с грохотом ударились о землю, и я повалилась вперёд, обдирая колени и ладони. Если мне и было больно, я этого не заметила.

Карета резко остановилась. Лошади встали на дыбы. Колёса заскользили по щебёнке. Я вскочила на ноги и бросилась бежать. В это самое мгновение из кареты выскочила мисс Олвейс.

Я не знала, где мы, но Лондон явно остался позади. Полумесяц показался из-за туч и разлил вокруг озерца бледного света. Вокруг было голо и пустынно, даже за дерево не спрячешься. Однако впереди возвышалась какая-то фабрика, её окна светились, из огромной трубы валил дым.

Мои ноги устали. Я вообще устала. Но мчалась к фабрике в отчаянной надежде найти укрытие. Мне нужно было добежать туда раньше, чем меня нагонит мисс Олвейс.

— Я бегаю быстрее тебя! — с изрядной долей веселья крикнула сзади эта злодейка.

— Совершеннейшая чепуха! — отозвалась я.

Фабрику окружал высокий забор. Со стороны дороги в нём были ворота — огромные и запертые на висячий замок. Что оказалось в высшей степени некстати. Я едва не врезалась в них, но в последнее мгновение выставила перед собой ладони, и металл ворот громко лязгнул. Мисс Олвейс была уже совсем близко, она неслась галопом будто призовой жеребец.

Я отошла на несколько шагов, разбежалась — и прыгнула на ворота, повиснув на них, цепляясь руками и упираясь носками башмаков в переплетение чугунных прутьев. Будучи девочкой исключительной физической силы и ловкости, я легко вскарабкалась на самый верх, перевалилась на другую сторону и стала спускаться. Мисс Олвейс была уже у ворот, когда я изящно спрыгнула во двор. Наконец-то в безопасности!

Отбежав на всякий случай на порядочное расстояние, я обернулась и крикнула:

— Я позову на помощь рабочих! Вас посадят за решётку! Так что на вашем месте я бы поспешила унести ноги!

Но мисс Олвейс не послушала моего совета. Она остановилась шагах в десяти от ворот, развела руки в стороны и запрокинула голову к небу. Я нервно сглотнула, потому что сразу поняла, что сейчас произойдёт. И действительно — мисс Олвейс испустила ужасающий вопль, от которого, казалось, содрогнулась сама земля.

И они явились. Проступили из густой тени вокруг юбок мисс Олвейс. Три затворщика слева и три справа. До невозможности маленького роста. В тёмных хламидах. В капюшонах, скрывающих уродливые меднокожие лица. Карлики вдруг закружились на месте со страшной скоростью и словно шесть маленьких, но яростных смерчей устремились к воротам. Земля вокруг них столбом взметнулась в воздух.

Я содрогнулась. Попятилась.

Шестёрка карликов обрушилась на кованые ворота, они, лязгнув, слетели с петель и, промчавшись по воздуху, с оглушительным грохотом врезались в стену у меня за спиной. Мелкие злодеи перестали кружиться и выстроились передо мной в ряд, мисс Олвейс стояла посередине. Комья земли и пыль дождём падали на землю.

— Неужели нельзя хоть раз обойтись без этого? — тихо спросила мисс Олвейс.

— Боюсь, что нет, дорогая, — ответила я, продолжая пятиться. — Видите ли, я весьма дорожу своей свободой. И у меня врождённая непереносимость безумных потусторонних библиотекарей. А кроме того, я подозреваю, что жизнь в качестве вашей пленницы и марионетки невыразимо скучна.

— У тебя будет много времени, чтобы проверить это. — Она ласково улыбнулась.

Затворщики бросились вперёд и в мгновение ока окружили меня. Мисс Олвейс медленно приближалась, сжимая в руке кинжал.