Теодосия и жезл Осириса - Робин Лафевер

Я увидела, что Гертон поднялся со своей скамьи, сунул под мышку сложенную газету и медленной ленивой походкой направился вслед за нами.

Уилл надвинул пониже козырек кепки, закинул на плечо свернутую кольцом проволоку со щеткой для прочистки труб на конце и тоже двинулся за нами – не спеша, но с очень деловым видом.

– Твоя бабушка не могла учить тебя таким вещам, – произнесла мисс Шарпи. – Придется к списку твоих недостатков добавить еще и ложь.

Мисс Шарпи была, конечно, женщиной ужасной, но, нужно отдать ей должное, отнюдь не глупой.

– Нет, правда, это она меня научила! – не сдавалась я. – Она сказала, что это упражнение развивает умение… танцевать. Да! Ведь во время танца женщина часто двигается спиной вперед, разве не так, мисс Шарпи? Это вы сами должны знать – вы же умеете танцевать?

– Разумеется, я умею танцевать. Но твои дурачества не имеют никакого отношения к танцам и ни к чему не готовят.

Из тени появился Мрачный Краб, крадущейся походкой преодолел открытое пространство и серой тенью юркнул в следующую подворотню. Уилл, казалось, не замечал Мрачного Краба – или нарочно усыплял его бдительность?

Появилась еще одна фигура, на этот раз совсем коротенькая, в большом, не по размеру, котелке. Сопляк. Он крался позади Мрачного Краба – слава богу, хоть кто-то прикрывает Уилла со спины. Хотя, если подумать, что может сделать восьмилетний Сопляк Мрачному Крабу? Разве что сморкнуться на него.

Когда мы приблизились к парку, я заметила, что Мрачный Краб приблизился к Уиллу. Пока я прикидывала, что станет делать мисс Шарпи, если я криком попробую предупредить Уилла, Мрачный Краб припустился бежать во всю прыть. Я открыла рот, собираясь все-таки крикнуть (плевать на то, что сделает потом со мной мисс Шарпи), но Краб уже схватил Уилла за воротник и утащил в боковую аллею. Вместо того чтобы крикнуть, я взвизгнула.

– Тео! Ты в порядке? – спросила мисс Шарпи.

И в тот же миг меня осенила прекрасная идея – спасибо вам за подсказку, мисс Шарпи! Конечно же, я не в порядке!

Я прикинулась, будто у меня сломана нога – запнулась, осела на землю, пропищала «Ой!» и, сделав страдальческое лицо, схватилась за лодыжку.

Мисс Шарпи остановилась, сложила свои руки на животе и осуждающе поджала губы.

– Я предупреждала тебя, что ничего хорошего от хождения спиной вперед не получится.

О господи! Есть ли хоть один взрослый человек на свете, который не твердит то и дело: «Тебе говорили! Тебя предупреждали!»

Я застонала, словно от боли.

Мисс Шарпи огляделась по сторонам, явно не зная, что ей делать. Затем она присела рядом со мной и больно ткнула своим пальцем мне в лодыжку.

– Боюсь, у меня растяжение связок, – сказала я.

– Вот что случается с глупыми утками, которые ходят задом наперед, – фыркнула гувернантка.

Честно признаюсь, мне ужасно захотелось в этот момент крякнуть на нее. Если я утка – значит, утка. Но вместо этого я слабым голосом сказала:

– Простите, мисс Шарпи.

– Ты сможешь доковылять назад, до музея? – спросила она.

Я отрицательно покачала головой.

– Ты могла бы опереться на меня, – предложила мисс Шарпи, но по ее виду было заметно, что она гораздо охотнее согласилась бы мыть ночные горшки, причем без перчаток, голыми руками.

– Не думаю, – быстро ответила я. – Я гораздо тяжелее, чем кажусь с виду.

У меня была одна задача – хотя бы ненадолго избавиться от гувернантки, чтобы выяснить, что там с Уиллом.

Она беспомощно огляделась вокруг.

– Но я же не могу оставить тебя здесь.

– Почему? Можете! Мои родители разрешают мне уходить до нашей стороны Оксфорд-стрит, – ответила я, а затем выложила свою козырную карту. – Кроме того, все это случилось не по вашей вине, а по моей, это я вела себя как глупая утка.

– Здесь ты права.

Уйдет эта змея когда-нибудь или нет? Уилл же в опасности!

– Ну, ладно, – сказала мисс Шарпи. – Я вернусь в музей, попробую найти кого-нибудь из рабочих, чтобы тот пришел сюда с тележкой.

– Да, так, наверное, будет лучше всего, – согласилась я. – Я буду ждать вас на этом самом месте.

Но как только мисс Шарпи скрылась из вида, я вскочила на ноги (с ними, разумеется, все было в порядке) и бросилась, как сумасшедшая, в аллею, куда затащил Уилла Мрачный Краб.

У входа в аллею уже дежурил Бейзил Уайтинг.

– Оставайтесь здесь! – шепнула я ему. Не хватало еще приплетать к проблемам Уилла этих чокнутых из ордена Черного Солнца! Уайтинг коротко кивнул и застыл на месте, а я проскочила мимо него.

Сначала узкая, мощенная кирпичом аллея показалась мне пустой, но потом я рассмотрела вдали Краба – он стоял, прижимая Уилла к двери в стенной нише и покачивая головой.

Стараясь не шуметь, я подобралась к большой куче мусора, спряталась за ней и навострила уши.

– Ты же не бегаешь от меня, а, малыш Уилли? – услышала я голос Краба.

– Н-нет, конечно, нет. Просто был очень занят, вот и все.

Тут слева от меня послышалось громкое хлюпанье носом. Сопляк, не иначе.

– Занят своей новой работой, да? – сказал Мрачный Краб. – И так занят на службе у этих слюнтяев, что даже забросил свое старое ремесло?

Прежде чем Уилл успел ответить, Краб скрутил в кулаке воротник его куртки так, что мой связной задохнулся.

– Эти твои слюнтяи, между прочим, навели меня на одно славное дельце. Во всем городе люди достают сейчас из тайников свое золотишко, чтобы с его помощью защитить себя от мумий. Ха! Слышишь, малыш Уилли, сейчас просто невпроворот работы для мастера с такими пальчиками, как у тебя.

– У меня сейчас другая работа, Краб, и с меня ее достаточно.

– Это плохо, это очень плохо, Уилли, потому что мне сейчас позарез нужна каждая пара рук, особенно таких, как твои.

– Прости, Краб.

Мрачный Краб с такой силой приложил Уилла спиной к двери, что я услышала, как ударилась о дерево его голова.

– Это не тот ответ, который мне нужен, малыш Уилли. Я даю тебе еще пару дней подумать, а потом ты дашь мне правильный ответ, иначе тебе не поздоровится.

С этими словами Краб сунул свои руки в карманы и отправился восвояси, прошел мимо кучи мусора. Я скорчилась, надеясь затеряться среди ботвы, гнилой репы и золы.

Итак, Краб заставляет Уилла вернуться к занятию воровством. Вот, значит, почему Уилл все время переодевается и то и дело тревожно осматривается по сторонам. Вовсе не от полиции он скрывается, а от Мрачного Краба!

Я выпрямилась, хотела подойти поговорить с Уиллом, но он был уже далеко, у противоположного выхода из аллеи.