Нина и загадка Восьмой Ноты - Муни Витчер

Фьоре говорила таким убедительным тоном, что на другом конце провода секретарша ЛСЛ без сомнения выложила ей всю информацию:

— Я не уверена, что мэр вообще придет обедать. Он очень занят, он уехал в тюрьму Пьомби по крайне важному делу.

Озадаченная Фьоре положила трубку.

— Насколько я поняла из слов секретарши, они повезли их в тюрьму, — сообщила она ребятам.

— В тюрьму? Додо и Хосе в тюрьме? — воскликнула Рокси.

— Я же говорил, что нужно спешить! Побежали туда и освободим их! — Ческо был готов к подвигу.

— Клянусь, если ЛСЛ причинит какое-нибудь зло Додо, я его убью! — Нина взяла Талдом и нервно сжала его.

Казалось, время, необходимое для приготовления препарата, никогда не кончится. Ребята взглядами торопили процесс, зная, что это бесполезно, и действительно, он завершился точно в отведенное время.

Нина взяла пробирку и спрятала ее в карман куртки. Ребята спешно покинули лабораторию.

На улице было очень холодно, небо затянули огромные серые тучи, начинался дождь. Но ребята не уходили с открытой палубы катера, который вез их к площади Сан-Марко. Они хотели первыми сойти на берег, чтобы как можно скорее добраться до тюрьмы Пьомби.

С холодными носами, запыхавшись от бега, они остановились у ворот самой большой тюрьмы Венеции, вдоль которых ходил часовой. Делая вид, что играют в веселую игру, ребята со смехом окружили его, и Нина, улучив момент, брызнула ему в лицо Солью Цепенящей.

У часового закатились глаза, и он упал на землю. Друзья быстро втащили солдата под портик, чтобы никто не смог его увидеть.

— У нас всего два часа, потом действие препарата закончится, и часовой придет в себя, — напомнила Нина.

На цыпочках они пробежали вдоль длинного коридора, где, к счастью, никого не было, спустились по трем лестницам и в следующем коридоре увидели группу тюремщиков, раздававших еду заключенным.

Ребята свернули за угол, стараясь не шуметь и остаться незамеченными. В нос им ударил сильный запах помойки.

— Зажмите носы, — посоветовал девочкам Ческо, — и продолжим поиски Додо и Хосе.

На одной из стен они увидели три таблички со стрелками, указывающими различные направления: «Камеры для воров» — налево, «Камеры для убийц» — направо, «Камеры для мятежников» — прямо.

— Нам прямо, — уверенно произнесла Нина, — я хорошо помню Обращение мэра, в нем говорится, что занятие магией будет приравниваться к мятежу.

Свет от маленьких фонарей, затянутых густой паутиной, становился все более тусклым. Стены, покрытые коростой, казались распухшими, словно от болезни. Пол был изъеден сыростью. От холода на потолке образовались сосульки, и куски их иногда падали на головы ребят.

— Брррр, какой зверский холод! — Фьоре дрожала, как лист на ветру, к тому же она жутко боялась увидеть пауков.

Рокси согревала руки дыханием и не чаяла, когда они покинут это ужасное место.

Внезапно из глубины коридора до ребят донеслись голоса и звон цепей.

Ческо и Нина выглянули из-за угла и в ярком свете горящих факелов увидели мэра с двумя стражниками, стоявшими перед дверью в камеру.

— Будете сидеть здесь до тех пор, пока не раскаетесь в содеянном! — угрожал ЛСЛ.

В этот момент стражники просунули большую цепь через створки решеток, чтобы скрепить ее замком.

Нина сделала глубокий вдох и закричала во все горло:

— Негодяииииии!

Она бросилась к ошарашенному мэру и его тюремщикам и брызнула им в физиономии жидкостью из бутылки. У тех не было даже времени защититься: с высунутыми языками они, как тряпичные куклы, попадали на грязный пол.

— Нина!!!.. — радостно закричали Додо и Хосе.

— Мы здесь! Мы с вами! — так же радостно хором отвечали им ребята.

Девочка Шестой Луны вошла в камеру, ее сопровождали трое друзей. Профессор обнял всех по очереди, а Додо, с опухшими от слез глазами, перецеловал каждого.

— Дру…дру…друзья мои!.. Как я рад ви…ви…видеть вас!.. Как хорошо, что на этот раз я не за…за…забыл рубин!..

— А теперь поспешим прочь из этой вонючей ямы! — Нина подтолкнула Додо к двери.

Рокси и Ческо помогли профессору надеть пальто.

— Огромное спасибо! Вы прибыли вовремя. Это было ужасно. После унизительного допроса они потащили нас с Додо в тюрьму. Этот мэр, он сумасшедший! Он в сговоре с Карконом. — Продрогший профессор стучал зубами от холода.

— У меня нет никаких сомнений, что все это придумал Каркон, — согласилась Нина и поторопила друзей: — Уходим. Действие Соли Цепенящей скоро закончится.

— Соли Цепенящей? Молодец, малышка! Молодцы, ребята, вы становитесь классными алхимиками! Вы все сделали правильно! — одобрил учитель их действия.

— Когда они придут в себя, то ничего не будут помнить, — со смехом сказала Нина, указывая на мэра и стражников, лежащих на полу.

Бегом пронеслись они по коридорам и лестницам тюрьмы Пьомби и через пару минут оказались на свободе.

— Мы с профессором возвращаемся на виллу, а вы по домам, — распорядилась Нина. — Увидимся завтра.

— А если они опять при…при…придут меня арестовывать? Что я до…до…должен делать? — Додо затрясло от одной мысли о возвращении в тюрьму.

— Не думаю, что они так поступят. По крайней мере, на какое-то время они оставят тебя в покое, — пообещал профессор Хосе. — Надеюсь, этого вообще не случится ни с тобой, ни со мной, ни с кем-либо. Иначе я использую все свои способности и превращу ЛСЛ в жабу!

Ребята рассмеялись. Особенно Рокси понравилась идея превратить мэра в жабу — было бы здорово, если бы такое случилось!

Ческо, Рокси и Фьоре проводили Додо до самого дома, и там мальчик наконец-то пришел в себя. Он никому не мог рассказать о пережитом ужасе и, сославшись на домашние задания, закрылся в своей комнате.

— У нас сегодня было много уроков, — объяснила Фьоре маме Додо, когда та спросила, почему ребята пришли так поздно.

Она предложила им перекусить, но они отказались.

— Мы перекусили у Нины, мы заходили на виллу, — соврал Ческо. — Профессор Хосе объяснял нам решения некоторых математических задач.

Удовлетворенная ответом женщина сердечно распрощалась с друзьями.

Остаток дня ребята провели в раздумьях о том, как им заставить ЛСЛ заплатить за все содеянное. Ведь он причинил им столько зла, и желание мести росло с каждой минутой, лишь стоило вспомнить все обиды.

Нина и Хосе, вернувшись на виллу, прошли в Каминный Зал и расположились перед камином.