Моя сестра Джоди - Жаклин Уилсон

Я благодарно прильнула к Джоди, и мы пошли с ней по коридору, дальше через кухню и вышли в столовую. Там я встала на месте, слушая, как громко стучит мое сердце. Мама с папой повесили в столовой баннер, на котором было написано «С днем рождения!». На концах длинного стола покачивались приклеенные скотчем белые и розовые воздушные шарики. На розовых тарелках было разложено угощение – тонкие сэндвичи, сосиски на палочках, воздушные пирожные-безе, красное и зеленое желе, большая ваза взбитых сливок, прослоенных желе и посыпанных вишнями.

– Благодать, – сказала Джоди, прихватывая на ходу сэндвич и пару сосисок.

– Эй, есть пока еще рано, – сказала я.

– Это твоя вечеринка и твоя еда, значит, ты можешь ее есть когда захочешь, – возразила Джоди. Она обмакнула палец во взбитые сливки, облизала его и причмокнула. – Вкуснятина! Попробуй тоже.

– Мне совершенно не хочется есть, – сказала я. – Меня тошнит.

– Ты такая трусиха, – вздохнула Джоди. – Тебя колотит?

Она энергично потерла мои покрывшиеся мурашками руки.

– Вот, это немного тебя согреет. Но погоди, вот дойдет дело до моих игр, и тебе станет по-настоящему жарко.

– Я правда-правда-правда не хочу играть ни в какие игры, – сказала я.

И тут в столовую большими шагами вошел Харли. Наряд на нем был удивительный – чумовая черная фетровая шляпа как у волшебника, явно взятый с верхнего этажа фиолетовый шелковый пиджак и собственные очень коротенькие джинсы, открывавшие его носки – один ярко-красный, другой канареечно-желтый.

– Офигеть! – воскликнула Джоди. – Клоун пришел!

Харли не обратил на Джоди ни малейшего внимания, подошел прямиком ко мне, снял свою забавную шляпу и с поклоном произнес:

– С днем рождения, Перл. Я Харли, создатель прекрасных поучительных и оригинальных игр для вечеринок. А это моя волшебная шляпа. Давай посмотрим, не спрятался ли внутри нее подарок для тебя!

Он протянул мне шляпу, я запустила в нее руку и вытащила узкий длинный сверток, обернутый коричневой бумагой и перетянутый шпагатом.

– Великолепная праздничная упаковка, – прокомментировала Джоди.

Я развязала шпагат, развернула бумагу и вытащила из свертка длинный черный предмет.

– Что это? – спросила Джоди.

Я нажала кнопку – загорелся свет.

– Фонарик! Странный подарок, – удивилась Джоди. – На кой черт Перл фонарик?

– Я думаю, это прекрасный подарок. Спасибо, Харли, – сказала я.

– Если ты вдруг почему-то окажешься в темноте, я надеюсь, этот фонарик тебе пригодится, – сказал Харли.

– Да, такое вполне может с ней случиться, – согласилась Джоди. – А я разузнала все об играх для вечеринок.

Но мисс Понсонби, похоже, считала себя королевой игр. Она не только привела в столовую Зефа, Сакуру и Дэна, но и приволокла с собой огромную корзину. В корзине лежали маленькие сверточки с призами, повязки на глаза и большая картинка с нарисованным осликом. Веревочный хвост ослика с булавкой на конце лежал отдельно.

– Я раскрашивал ослику задницу, – объявил Зеф.

Все трое нарисовали для меня поздравительные открытки. Зеф на своей открытке нарисовал еще одного ослика, жующего огромную оранжевую морковку. Изо рта ослика выдувался пузырь, в котором было написано: «Иа-иа, с днем рождения!»

– Он говорит тебе «иа-иа», так все ослики разговаривают, – пояснил Зеф.

Зеф все еще был влажным после того, как его оттирали в ванне, но руки у него так и остались серыми от краски. На нем была белая футболка, красные шорты и красные сандалии на ремешках. А еще на шее у Зефа красовался галстук-бабочка на резинке – он поминутно оттягивал эту резинку и гордо щелкал своей бабочкой.

Сакура написала свое «С днем рождения» так мелко, что буквы едва можно было разглядеть. На открытке она нарисовала массу красивых вещей – бабочек, кроликов, котят, кукол, ожерелья, веера, маленькие улыбающиеся солнышки. Она показала мне пальчиком каждый предмет и объяснила, что это. В своем японском кимоно и с приколотым над ухом цветком Сакура выглядела восхитительно.

Удивительно, но на Дэне тоже были цветы: на шее – длинная гирлянда из маргариток, над лодыжкой – браслеты из маргариток и венок. Даже на прозрачном человеке Дэна был венок из маргариток – просвечивал сквозь его живот.