Хранители истории. Буря начинается - Дэмиан Диббен

— Обычно мы не разговариваем о семействе Зельдта при Топаз, — прошептал он. — У нас у всех есть причины их ненавидеть, но у нее — больше прочих. Это связано с ее родителями.

— Они убили ее родителей? — напрямик спросил Джейк.

— Тс-с-с…

Чарли оглянулся проверить, не проснулась ли Топаз.

— Прости, — шепнул Джейк.

— На самом деле, они их не убивали, — попытался объяснить Чарли, как следует обдумав вопрос, — но что-то вроде того.

Джейк серьезно кивнул.

— Династия Зельдтов восходит ко временам появления хранителей истории, — продолжил Чарли, — еще до того, как они даже получили свое название. Расмус Амброзий Зельдт, родившийся где-то в морозной глуши Северной Швеции, был современником Сеяна Попполо, того самого, который открыл атомий и нарисовал первые карты мировых точек горизонта. Они были близкими друзьями, дальновидными учеными и великими искателями приключений. Их целью было исследовать историю, понять ее, но ни в коем случае не менять. Однако Расмус становился все менее воздержанным.

— Менее воздержанным?

— Преступно невоздержанным, — сурово уточнил Чарли. — Примерно в это же время он встретил свою жену, Матильду, когда был в Англии, во время гражданской войны семнадцатого века (кстати, именно из-за нее в семействе Зельдтов до сих пор пользуются английским языком). Опьяненный способностью путешествовать во времени, Расмус обезумел и откололся от Сеяна и остальных наблюдателей, присоединившихся к организации. Себя он провозгласил королем. Не Швеции, не Европы и даже не мира, а самого времени. На самом деле в этом было больше пустой болтовни и бравады, чем чего-либо еще. Минуло много поколений. Самозваное «королевское семейство» ошивалось по всей истории, словно дурной запах. Затем родился король Сигвард, и все переменилось навеки.

— Сигвард?

— Источник всех наших неприятностей, — зловеще пояснил Чарли.

— И что он сделал? — спросил Джейк.

Чарли немного помедлил, нагнетая обстановку.

— Объявил войну истории, — сообщил он.

При этих словах по спине Джейка пробежал холодок.

— Он поклялся изменить мир, разрушить его и утопить во зле. Чтобы научиться своему дьявольскому искусству, он отправился в долгое путешествие по местам величайших злодеяний истории. Он своими глазами наблюдал испанскую инквизицию, охоту на ведьм в Салеме, гонения на евреев, на христиан, на гугенотов, свирепства тхагов в Индии, исламские священные войны… Король Сигвард наблюдал все это со стороны, влиял, где получалось, изучал ремесло злодеев и планировал свое возвышение. Он начал кампанию по запугиванию. С тех самых пор Секретная служба хранителей истории борется с Зельдтами.

— Он еще жив?

— Он умер несколько десятков лет назад, в древней Месопотамии. Ты не поверишь: ему на голову свалился кусок черепицы! Началось внутреннее кровотечение, и вскоре он скончался. После исключительного царствования, злодейской карьеры, абсолютно порочной долгой жизни он погибает от бытового несчастного случая.

— Должно быть, это судьба сказала свое последнее, решающее слово, — предположил Джейк.

— Боюсь, вовсе не последнее. Он оставил троих детей. Старшим был Ксандер — известный под именем Темного принца, тот самый, с которым мы скоро повидаемся. Второй, Алрик, пропал в возрасте четырнадцати лет. С тех пор его никто не видел. Третьей была Агата, худшая из всех.

— Хуже отца?

— Просто в качестве примера: когда ей было пять лет, она попыталась утопить Ксандера, своего старшего брата, в ледяном озере. Вот почему вплоть до сего дня он неспособен ощущать тепло. Или, если уж на то пошло, что бы то ни было еще. В другой раз она застала фрейлину за примеркой одного из своих нарядов. И заставила ее сидеть на раскаленном железном троне с раскаленной железной короной на голове и раскаленным железным скипетром в руках, пока несчастная не умерла от ожогов. Нет, во всей истории определенно не найдется женщины более злой и жестокой, чем Агата Зельдт.

— О чем это вы говорите? — раздался тихий голос из глубины повозки.

Джейк обернулся и увидел заспанную Топаз, приподнявшую голову со своей постели из сена.

— Ни о чем! — решительно заявил Чарли. — Всего лишь о суфле.

Топаз тепло улыбнулась Джейку, улеглась обратно и снова провалилась в сон.

Мальчик окинул взглядом озаренный луной ландшафт, возвышающиеся с обеих сторон горы с заснеженными вершинами. Внезапно его захлестнули дурные предчувствия, а повозка все катилась и катилась дальше в ночь, к замку Шварцхайм.