Девочка, которая провалилась в Волшебное Подземелье и утащила с собой Развеселье - Кэтрин М. Валенте

– По-моему, там никто не живет, – тихо сказала Баклажанчик.

– Но я же использовала талон, – настаивала Сентябрь. – Значит, направление верное. Это должен быть дом Принца.

– Не беспокойся, дорогая, – сказал Суббота, положив теплую руку на плечо Сентябрь. – Я могу пожелать, чтобы это был правильный путь. – Он помолчал, прикусив черно-фиолетовую губу. – Но только если ты захочешь, чтобы я этого пожелал. Можем даже побороться, если от этого тебе станет лучше.

Сентябрь не ответила на его предложение.

– Может быть, мы уже на дне мира, – сказала она. – Судя по тому, как тут пустынно и голо… – Ей не хотелось даже представлять Принца Мирру в этом ужасном доме. Даже если он злой, или ленивый, или грубый – никто не заслуживает того, чтобы заснуть навеки в таком месте.

Дверь фермы отворилась, и хозяин дома выглянул, а потом и вышел на золотистый туманный свет. Это был мужчина – рослый мужчина с костлявыми руками и ногами. В пятнах звездного света, усеявших крышу дома, пашню и самого хозяина, Сентябрь увидела, что он не просто тощий: пальцами ему служили соломенного цвета кости, не обтянутые кожей. С рукавов бахромой свисали волокнистые корни. Голые крепкие кости стоп отсвечивали зеленым. Его облезлый и помятый костюм был сделан из тонкой луковой шелухи.

Вместо головы у него была огромная золотистая луковица без глаз и рта.

Пока они за ним наблюдали, Луковый Человек начал танцевать, двигаясь сначала в одну сторону, потом в другую, поднимая руки над головой, с внезапным резким хлопком бросая их вниз, двигая бедрами под неслышную луковую музыку. Он нырял головой вперед и отбрасывал ее назад, делал три оборота вокруг себя, а потом нюхал воздух, хотя носа на его лице вовсе не было.

В ночи раздался грохот, дребезжащий, рычащий шум, который все приближался. Баклажанчик нырнула за спину Сентябрь, и та инстинктивно обняла птицу за шею обеими руками. От-А-до-Л удивленно посмотрел на это сверху вниз. Наверно, он ждал, что Сентябрь бросится к нему – ведь он такой большой и за ним удобно прятаться. Но она стала старше, чем была, и эта взрослая, мудрая часть ее решила поддержать Ночную Додо, а не искать поддержки самой.

Однако, когда на черной каменистой узкой дороге, которую они и не заметили, из-за осыпавшегося угла фермы появился грузовик Фрица, бедная Сентябрь все-таки подвинулась в сторону тени своего Вивернария – правда, самую малость, потому что все еще его не простила. Она храбрилась, она старалась не бояться этой горы леденцовых свечей, катившей прямо на них. Аэл покрепче обнял девочку и птицу своим сине-фиолетовым хвостом, свернув его в тесное кольцо. Все молчали, пригнувшись и затаив дыхание. Теневые тела Аэла и Субботы растворились в ночи, Баклажанчик уже стала наполовину невидимой, настолько тихо и неподвижно она стояла. Только Сентябрь в ее красном пальто и медном платье выделялась на темном поле.

Луковый Человек видел, кто за ним приехал, но все равно продолжал танцевать. Руки опять пошли вверх, длинные изящные ноги – в стороны, сгибаясь в коленях, поднимаясь на цыпочки. Он выполнил балетный прыжок, раскинул руки и принялся покачивать своей луковой головой из стороны в сторону. Грузовик остановился. Темная дверь кабины отворилась, из нее выплыла красная шляпа с двумя одинаковыми перьями, торчащими из алого фетра как два ножа. Луковый Человек продолжал танцевать, его па становились все неистовее, а прыжки – выше и безумнее.

– Он заберет его тень, да? – прошептала Сентябрь.

Все промолчали, зная ответ. Суббота и Аэл потупили взгляды.

Красная шляпа подпрыгивала и кивала в такт Луковому Человеку, танцуя вместе с ним. В невидимых руках сверкали Бешеный Бурав и Разлучающий Сифон. С каждым поворотом и пируэтом красная шляпа подбиралась ближе. Но Сентябрь казалось, что в ее движениях есть какая-то нерешительность. Шляпа медлила, хотя могла этого и не делать; она поворачивалась вправо-влево, будто ее владелец с сомнением качал головой: нет-нет.

Внутри Сентябрь опять проснулся все тот же новый храбрый голос. Он встал у нее в груди во весь рост, выпрямившись, и тоже сказал нет. Сентябрь отпустила шею Баклажанчика, оттолкнула хвост Аэла и зашагала через пашню по сухой рассыпчатой земле, ужасно боясь и ужасно сердясь.

– А ну прекрати! – закричала она, и луковый танцор остановился. Красная шляпа тоже остановилась. Оба повернулись и посмотрели на нее в немом изумлении. – Он тебе ничего не сделал, мистер Красная Шляпа, а значит, ты просто хулиган. Не смей его трогать! – Красная шляпа даже пером не повела. – Я знаю, что я не такая ужасная с виду, как ты, и не помыкаю всеми, как Хэллоуин, но ты узна́ешь, на что способно мое платье, когда оно приходит в ярость, а я сейчас так злюсь, что готова взорваться! Это я покончила с Маркизой, а она была куда страшнее тебя, так что, если ты сам себе не враг, разворачивайся и проваливай, откуда пришел! – Все это было не такой уж правдой, зато звучало отлично, так что Сентябрь решила придерживаться выбранной линии поведения. Красная шляпа нерешительно оглянулась на свой грузовик, затем снова обернулась к Сентябрь. Та почти физически ощущала на себе взгляд невидимого существа в шляпе. Она вдруг почувствовала себя глупо в своем бальном платье и красивом пальто, с крупным самоцветом на шее и с сине-лиловыми прядями волос. Но Фрицу не удастся заставить ее почувствовать себя маленькой. Ни за что.

И тут она ощутила присутствие рядом с собой большого и сильного Аэла, а Суббота взял ее за руку. Ну вот. Вот же! Они ее не бросят. Ни за что и никогда! Какой она была глупой! Они же ее друзья, и всегда ими были. Друзья могут вести себя странно и делать то, что тебе не нравится, но от этого они не перестают быть друзьями.

– Я тебя ненавижу! – закричала Сентябрь сильным и громким голосом, окрепшим от силы окружавших ее друзей. – Убирайся отсюда, чудовище!

И, неведомым образом, по непостижимой причине, прямо у них на глазах, Фриц так и сделал. Красная шляпа отпрянула от Сентябрь, как животное от удара, и принялась мотаться из стороны в сторону, будто прочищая невидимую голову. Потом шляпа резко опустилась, и Сентябрь каким-то чудом поняла, что лютин под шляпой упал на колени, потому что ему плохо. Под ее взглядом шляпа задрожала. Так продолжалось несколько мгновений.

Потом шляпа беззвучно поднялась и вплыла обратно в грузовик Фрица. Грузовик потарахтел обратно по узкой каменистой дороге, а Сентябрь попыталась успокоить колотящееся как паровой молот сердце. Луковый Человек теперь стоял совершенно неподвижно. Сентябрь пыталась понять, о чем он думает, но безликая его голова не предлагала никаких подсказок.

Внезапно она почувствовала в карманах красного цвета пальто какое-то шевеление и сунула туда руки, чтобы проверить, в чем дело. Клапаны карманов зашелестели, задрожали, и оттуда, ловко проскочив мимо ее пальцев, выпрыгнули три луковички, которые она давным-давно подобрала в Вверх-Тормашках.

Три желто-лавандовых луковки весело приземлились и покатились к танцору. Они окружили его кольцом, радостно вращаясь. Существо с луковой головой наклонилось и протянуло к ним свои руки-кости, с любовью ероша хохолки из шелухи. Луковички катались, как толстые щенки, подставляя ему для почесывания круглые животики. Наконец они подскочили вверх и запрыгали в серый дом.