Детектив, смартфон и шифер - Валерий Гусев

Я зашел в закуток и задумчиво уставился на прелестный этюд. То ли летний вечер на Самородинке, то ли зимнее утро в овраге.

За перегородочкой загремели стулья. Краем глаза я заметил, как мимо прошла Ираида Андреевна в длинном платье с голой спиной и с двумя чашечками кофе. Когда она ушла с пустым подносом, начался деловой разговор.

– Жора, я тебя очень прошу… – начал Тигран.

– Сколько раз тебе говорить: называй меня Жоржем.

– Извини, я волнуюсь. Жорж, мне очень нужны деньги.

– Дружище, я сдаю тебе это прекрасное помещение. Ты уже третий месяц за него не платишь. И у тебя хватает наглости просить еще и в долг. Подо что? Под эти графоманские малявки?

– У меня великолепный проект. Он даст мне миллионы. Но нужны деньги на раскрутку.

– У меня твои проекты вот где сидят! Это все слова. А толку никакого!

– Жорж, на этот раз без промахов. У меня почти все уже схвачено. Деньги нужны только на проезд четырех человек и проживание в приличном отеле, недели две.

– И где этот приличный отель? – Похоже, Жорж начал сдаваться. – В Твери или в Томске?

– В Италии.

Воцарилось молчание. Прерываемое тихим постукиванием. Видно, Жорж выразительно стучал себя пальцем в лоб. Потом он сказал с презрением:

– Тигран, я похож на сумасшедшего? Тут два варианта. Либо ты вернешь мне деньги, либо не вернешься сам.

– Клянусь, Жора…

– Жорж! Ирка с тобой едет? И Левка тоже? А кто четвертый? Теща?

– Четвертый как бы мой племянник. Ты выслушай, а потом реши.

– Это все слова, Тигран. А дела у тебя не идут. Ладно, я тебя послушаю, чтобы не обижать, но денег не дам.

Тигран приободрился.

– Жорж, ты опытный бизнесмен, ты сможешь оценить мой проект. В нужную сумму.

– Валяй, не тормози.

– Есть в Италии небольшая «Галерея современных искусств». Там выставляются молодые художники, экспонируются не слишком известные работы классических мастеров, что-то продается, что-то покупается.

– Все, что ли?

– Потерпи, Жорж, это вступление. И вот в галерее вдруг появляются очень интересные работы, отмеченные несомненным талантом. Художник неизвестен, работы привлекают внимание. И вдруг – сенсация! Оказывается, автору этих работ всего одиннадцать годиков. Юное дарование. А ты знаешь, как на Западе любят посюсюкать.

– Хм! Становится интересно. Продолжай.

– Появляется много желающих приобрести эти работы. Но владелец галереи – это мой итальянский друг – непреклонен. Он отклоняет самые выгодные предложения.

– Ну, ясно, набивает цену.

– Не спеши, Жорж, это только начало. За первой сенсацией взрывается другая: художник известен, это мальчик из России, из обыкновенной семьи.

– Неплохо.

– Более того, на собранные доброхотами деньги он прилетает в Италию. Мальчуган крайне симпатичен, обаятелен, скромен. И более того – выясняется, что он прямой потомок дворянского рода. А надо тебе знать, что в этом городке традиционно обосновались наши соотечественники. Из новых русских, а главное – из потомков тех эмигрантов, что покинули Россию после революции. В них генетически заложена непроходящая тоска по родине. И появление этого мальца для них – живая весточка из далекой, но незабытой России. Они утонут в собственных слезах.

– Ну и гад же ты, Тигран!

– Это ты сказал с восхищением или с возмущением?

– Фифти-фифти. Задумка интересная, а идейка подлая.

– Это как посмотреть… Слушай дальше. Начинается раскрутка, у меня там все схвачено. Пресса, телевидение, презентации. От пацана в восторге. Автографы он выдает в виде маленьких художественных шедевров. Ну, а затем феерический финал.

– Ну-ну…

– Семья мальчика обладает не очень достаточными ресурсами, так скажем. А мальчику надо учиться. Его работы идут с аукциона. Весь сбор в пользу юного дарования. Это обеспечит ему обучение в любой академии художеств Европы! Класс?

– Ну да, ну да… Весь сбор получает ясно кто. А мальчик?

– Смартфон, скутер и черепица.

– Какая еще черепица? – По интонации было ясно, что Жорж прибалдел.

– Это я так, в шутку.

Воцарилось молчание. Жорж раздумывал.

Потом спросил:

– И у тебя все готово?

– Абсолютно. Картины уже там. Я даже подготовил несколько вещичек, которые паренек якобы исполнил совсем в раннем детстве. Есть у меня тут на прикорме один оболтус. Рисовать не может, бездарен, но очень хочет. Косит под детские рисунки. Я его творения тоже переслал. Ну как?

– Идея, конечно, гадкая, но эффективная. Я дам тебе денег. Но с условием…

– Я сразу же рассчитаюсь с тобой. И долг верну, и аренду оплачу.

– И двадцать пять процентов от сбора.

Опять молчание. Теперь прибалдел Тигран.

– Это за что же?

– За то, что я укажу тебе слабое место в проекте.

– Ну…

– Главное звено – мальчик. А такого мальчика ты не найдешь.

– Уже нашел! – В голосе Тиграна прозвучало гордое торжество. А мне хотелось его убить. Из Лешкиной рогатки. Или скворечником по башке.

– Нашел, значит? Тогда десять процентов.

– А это за что?

– За риск. Ты даже тюрьмой не рискуешь. А я рискую своими деньгами. Я ведь их не на дороге подобрал. Сколько тебе надо и когда? Но без фанатизма.

Я не стал больше слушать, оторвал взгляд от прелестного этюда и вышел в проход, кипя от злости.

– Ты чего, Дим? – тревожно спросила Танька. – Тебя тошнит, что ли?

Я взглянул на Алешку и сказал:

– Знаешь, кого они из тебя задумали сделать? Гошу!

– Какого Гошу? – удивилась Танька. – Из Леши Гошу?

– Гоша – это глупый попугай нашей соседки тети Зины.

Его научили нескольким словам, и он талдычит их весь день, не понимая смысла.

– А вот фиг без масла! – задорно улыбнулся Алешка. – Оболенские не дрессируются. Они сами кого хошь заставят прыгать с тумбы на тумбу.