Большой город - Кристиан Маккей Хайдикер

Шлёп-шлёп, шлёп-шлёп.

О-370 цеплялся когтями и скрежетал ими по полу. Без толку. Тряпичный оказался сильнее. Он был в половину человеческого роста, сгорбленный, с короткими толстыми ножками и длинными руками. Он был замотан в белое с ног до головы и ходил вразвалку. Пучки чёрного меха прорывались на нём буйными заплатками, а из-под ссохшихся в корку белых полос сочилась тёмная жидкость и проглядывала розовая сморщенная плоть.

Тряпичный приволок О-370 в угол и отпустил его хвост. О-370 попробовал выскочить, но Тряпичный схватил его сильной рукой и за шею придавил к полу. О-370 повернул морду к лестнице и чуть было не взвизгнул, подзывая Джулепа, но Тряпичный крепко прищемил ему рот другой рукой. Потом отнял руку от его горла и взял ею рулон белой ткани. Помогая себе клыками, он оторвал от рулона полосу и обернул ею морду О-370.

Виток. И подвал исчез. Виток. И все звуки сделались тише. Шея, грудь, лапы, хвост. Виток. Виток. Виток.

Вскоре О-370 оказался замотан так туго, что мог лишь судорожно дышать носом. Повязка на груди давила на лёгкие. Воняло горелой плотью, и от этого дышалось ещё тяжелее.

В щель между полосами он видел, как Тряпичный клыками отрывает ткань от рулона. Тряпичный запыхтел и прижался уродливым лицом к лицу О-370. Не в силах пошевелиться, О-370 лишь содрогнулся, когда чёрный палец Тряпичного потянулся к его морде. Он даже подумал, что кошмарная тварь сейчас вытащит у него глаз, или мозг, или всё разом.

Но Тряпичный только поковырялся в носу у О-370 и съел всё, что там отыскал.

О-370 почувствовал, как его взяли за перемотанный хвост и поволокли по коридору назад. Скрипнула проволочная дверца. Тряпичный осторожно достал из клетки хрупкое тельце рыжего существа, швырнул внутрь О-370 и захлопнул за ним дверцу.

Тряпичный поковылял прочь, а существа в клетках восторженно зашипели.

– Её Шипейшество спасена!

– Милостью фараона!

– Да здравствует фараон!

О-370 не мог даже пошевелиться. И даже взвизгнуть. Он мог только жалобно скулить носом.

– Тише ты, – сказало существо из клетки наверху.

– Бояться нечего.

– Ты совершаешь добрый поступок.

– Героический поступок.

С завязанной накрепко мордой О-370 не мог даже спросить, что же именно он совершает. Сквозь щель между намотанными полосами его глаза неистово искали ответа и увидели табличку, которая висела на проволочной дверце клетки. Ответ треснул в мозгу, точно кость.

«Гнилой глаз, – говорили существа. – Вырвите его».

У О-370 короткая морда и туловище довольно маленькое – можно принять за существо с таким же, как у него, рыжим мехом. А все другие отличительные черты, и даже бирка на ухе, крепко замотаны. Он заёрзал. Но чем больше он извивался, тем туже затягивались путы.

Наверху в доме раздались звуки. Открылась дверь. Зазвенели ключи. Существа притихли. В Ветери кто-то вошёл.

По лестнице, преломляясь на ступеньках, спускалась чья-то тень. Сойдя с лестницы, она щёлкнула выключателем, и с громким гудением вспыхнул отвратительный свет и завесил клетки с существами болезненной пеленой.

Человек с головы до ног был одет в бледно-голубое. У него были два стеклянных глаза – круглые, как у совы. Ткань покрывала ему рот и волосы, а его запах тонул в чём-то настолько чистом, что у О-370 жгло в носу.

Он всё так же бился, пытаясь освободиться от пут, а человек шагал от клетки к клетке и внимательно изучал таблички глазами из стекла. Человек наклонился у клетки О-370 и снял табличку с проволочной дверцы.