Моя сестра Джоди - Жаклин Уилсон

– Мы должны найти ключ, – сказала Джоди. – Мы попадем в башню.

– Я думаю, она все равно заблокирована, – сказал Харли.

– Ничего, мы ее разблокируем, – ответила Джоди. – Там, наверху башни, совершенно точно есть какое-то помещение, потому что снаружи можно увидеть окно. Может, это та самая черная-черная комната, куда сажают непослушных учеников Мельчестер Колледжа, и они сидят там, пока не зачахнут. Эй, я даже слышу чей-то крик. Он очень слабенький, очень далекий, хриплый и отчаянный. Прислушайтесь!

Мы знали, что Джоди дурачится, конечно же, знали, но все равно прислушались. И что вы думаете? Я действительно услышала чей-то крик, очень слабый, далекий, но все же достаточно отчетливый. Мы с Харли уставились на рот Джоди, желая убедиться, что она не разыгрывает нас и не издает звуки с закрытым ртом. Джоди выглядела ошеломленной.

– Я на самом деле что-то слышу, – сказала она.

Мы вновь прислушались. Раздался еще один далекий крик.

– Джоди! Перл!

– О боже, это папа, – шепнула Джоди. – Бежим, нельзя, чтобы он застукал нас здесь!

Она выскользнула из своих красных туфель, и мы как сумасшедшие бросились бежать по длинному коридору мимо всех комнат, к лестнице. Вместе с нами неуклюже бежал Харли. Он очень странно поднимал ноги – высоко, почти до подбородка, задирая колени, и от этого со стороны очень напоминал скачущего галопом пони. Наконец мы добежали до лестницы, скатились по ступеням вниз, пронеслись до шкафа, поскальзываясь на старом зеленом линолеуме, и протиснулись сквозь узкую щель.

Здесь папин голос был слышен намного громче.

– Быстрее, нам нельзя болтаться рядом со шкафом, это будет выглядеть слишком подозрительно, – сказала Джоди.

– Сюда, – сказал Харли, заталкивая нас в классную комнату. Несколько секунд мы простояли неподвижно, стараясь унять дыхание.

Снова, теперь еще громче, раздался папин голос, окликавший нас с Джоди по имени.

– Мы здесь, папа! – крикнула Джоди в ответ и негромко добавила, уже для меня и Харли: – Делаем вид, что торчим здесь уже целую вечность.

Она села за парту, опять надела свои туфли, а ноги, высоко задрав, положила на стул. Я села рядом с ней. Харли взял кусочек мела и быстро нарисовал на старомодной черной доске широкую голову с длинным рыльцем.

– Кто это? Собака? – спросила Джоди.

– Думаю, Перл сумеет угадать, – сказал Харли.

– Это барсук, – с гордостью объявила я.

Тут в класс ввалился папа, его новая рабочая одежда уже была испачкана грязью и маслом.

– Вот вы где! – воскликнул он. – А я вас уже обыскался. Где пропадали?

– Да так, нигде. Просто болтаемся здесь, – ответила Джоди.

– Да я уже заглядывал сюда минут десять назад, – сказал папа.

– А, да, мы выходили посмотреть другие классы тоже. Харли их нам показывал, верно, дружище? – сказала Джоди.

– Конечно, показывал, подруга, – подтвердил Харли. – А почему бы их было не показать?

– Ну ладно, парень, к делу. Мистер Уилберфорс просит тебя прийти помочь ему обрезать его гибискус. Это китайские розы, если не знаешь.

– Погодите, разве этим не Джед должен заниматься? – мягко спросил Харли.

– Пойдемте все и поможем Джеду! – предложила Джоди.

– Нет-нет, ты должна пойти помочь маме, Джоди. И ты тоже, Перл. У нас столько дел, что лениться не приходится. Так что давайте, девочки, бегом к нам в квартиру – и за работу.

– Да, сэр, нет, сэр, так точно, сэр, – отсалютовала Джоди, щелкнув своими высокими каблуками.

Папа притворился, что собирается шлепнуть Джоди по попе, но она, смеясь, увернулась. Тогда папа показал Джоди кулак и улыбнулся. Харли с грустным видом наблюдал за этой семейной сценкой. Глядя на него, я подумала, каково это – жить на свете, если у тебя нет папы. Сочувствие придало мне смелости.

– Может, увидимся позже, Харли? – спросила я.