Неземляне - Джефф Родки

Через какое-то время учитель перешёл к уравнениям. Он вызывал ребят к большому экрану, на котором они писали решения лазерным маркером. Наблюдать за этим было довольно забавно. Все жури вели себя абсолютно одинаково. Выпрыгивали к доске на согнутых лапках и легонько покачивали головой, размышляя над ответом.

Если они отвечали правильно, Юринури их хвалил, и они смешно дрыгали крыльями, приподнимаясь над полом, – то ли от гордости, то ли от счастья. Если ученики ошибались, Юринури всё равно благодарил их за попытку, но они возвращались на место, повесив голову.

У меня отчего-то появилось странное желание изобразить своих одноклассников, показать им, как это выглядит со стороны. Но я сомневался, поймут ли они шутку и, главное, сумеют ли её оценить. Рассмеются или обидятся?

Ответа я не знал. И на этот вопрос, и на многие другие.

• • •

Юринури отпустил нас на обед, и я поспешил за Хори, чтобы спросить его про аромат пончиков.

– Когда я упал, в кабинете появился такой запах… – начал было я, но он меня перебил.

– Им не следовало издавать запах. Это очень грубо!

– А что он значил?

– Говорю же – они невоспитанно себя повели!

– Это я понял, но какую эмоцию они выражали?

– Знаешь, что ещё невежливее, чем испускать запах? – спросил Хори, повысив голос, и сам же ответил: – Обсуждать его!

Мы подходили к столовой, и я забеспокоился, как пройдёт встреча с Марф. Она стянула планшет Айлы, и мне надо его вернуть. А что, если ороро заявит, будто ничего не было и я всё выдумал? Или нападёт на меня? Она не выглядела особо агрессивной, но даже Эцгер считал её преступницей, хоть они и друзья. Вдруг она придавит меня к полу и задушит? Или прикажет Эцгеру откусить мне голову?

Как оказалось, волновался я зря. Они ждали меня у того стола, за которым мы с Айлой обедали накануне. Я подошёл к ним вместе с Хори, и Марф протянула мне краденый планшет.

– Извини, пожалуйста, – сказала она, – я нечаянно взяла его с собой. Даже не заметила, что он всё ещё у меня.

– Как же – нечаянно! – фыркнул Эцгер. – Ты его украла!

– Тише, – шикнула Марф. – Я пытаюсь быть вежливой.

– Главное, что ты его вернула. Спасибо! – Я спрятал планшет в сумку, достал контейнер с обедом и сел рядом с Марф. Она занимала целых четыре табурета, предназначенных для жури.

Хори уставился на неё своими фасеточными глазищами.

– Ты ходила домой к человеку?

– Да, – ответила Марф. – Мы планировали смелое ограбление самого крупного банка на Чуме.

«Тут есть банки?» – задумался я, а Хори отшатнулся – наверное, в ужасе.

– Неправда, – поспешно заверил его я. – Она просто шутит.

– Шутить некрасиво, – проскулил Хори. – Это вызывает запах!

– Я не издаю запах, – напомнила Марф. – А если кому-то не нравятся шутки, им лучше сидеть подальше от моего стола. Потому что шучу я часто.

Хори взглянул на неё исподлобья, по крайней мере так это выглядело, и повернулся ко мне.

– Если хочешь есть вместе со школьными преступниками, пусть они и будут твоими проводниками вместо меня.

– Не сердись, – попросил я. – Я просто хочу ладить со всеми.

– Жить в мире с преступниками невозможно, – отрезал Хори. – Все это знают.

И он упорхнул прочь, оставив после себя лёгкий душок бензина.

Ну вот.

– Хори, погоди! – окликнул его я, поспешно закрывая свой контейнер.

– Ты что, серьёзно предпочитаешь его компанию? – удивилась Марф.

– У меня нет выбора! Он мой проводник!

Крышка упорно отказывалась встать на место. Может, потому что смотрел я не на неё, а на Хори, который уже вставал в очередь к раковине. Ещё секунда-другая – и он смешается с остальными жури!

– Мы можем стать твоими проводниками, – предложила Марф.

– Вы не в моём классе, – напомнил я. Крышка наконец щёлкнула, но Хори был так далеко, что мне пришлось бы бежать со всех ног, чтобы его нагнать.

– Я в твоём классе, – сказал Эцгер.

– Да?

Я так ошалел, что обернулся на него и совсем потерял Хори в толпе.

– Ага, у Юринури. Шесть ноль шесть. Это я вчера спросил, лопаете вы других людей или нет.

– Ой! Прости, пожалуйста! – выпалил я и всмотрелся в его лицо, пытаясь запомнить черты этого крикка, чтобы больше не путать с другими. – А чего ты не поздоровался сегодня утром?

– Да как-то не хотелось, – ответил Эцгер. – И вообще, хорош на меня таращиться!

– Для крикка он очень приветливый, – объяснила Марф. – Просто другим видам это сложно понять. Так что, берёшь нас в проводники?

– Не уверен, что идея хорошая.

– Потому что мы преступники?

– Нет! Нет, конечно! – На самом деле «да», но такого я сказать не мог. – Просто… не хочу вас обидеть, но…

– Не переживай. Мы в любом случае не обидимся, что бы ты ни ляпнул. Ну а если всё-таки умудришься нас задеть, Эцгер отхватит тебе голову. Обещаю, умрёшь ты быстро и почти безболезненно. В общем, бояться нечего!

Я даже не знал, как на это ответить.

– Шутка, – подсказала Марф.

– Я догадался.

– Не-а, – возразил Эцгер. – Вид у тебя был испуганный. Но не трясись так. Не больно-то охота жевать того, кто питается тухлятиной, – добавил он, кивая на мой контейнер с «Харчем». – Вряд ли ты сам вкусный, раз ешь такую дрянь.

– Обсудим что-нибудь поприятнее, – предложила Марф.

– Отличная мысль, – поддержал её я. – И кстати, о шутках! Вы не знаете, когда жури смешно, они случайно не издают такой аромат… как у пончиков?

– Я не знаю, что такое «пончики», но если они сладкие, то да, – ответила Марф. – Мне нравится запах их смеха. Очень жаль, что им запрещают смеяться. – Тут она понизила голос и добавила: – Кстати, о шутках. У нас с Эцгером есть к тебе пара вопросов.

– Конечно, спрашивайте!

Они оглянулись на моего охранника, который сидел в паре футов от нас с оружием на коленях и потягивал свой напиток.

– Мы посмотрели видео на планшете твоей сестры, – тихо признался Эцгер. – Звуки из её рта и ещё такая штука со струнами… что всё это такое?

– Вы про записи, где она поёт? И играет на гитаре?

– Пожалуйста, не так громко! – шикнула на меня Марф.

– Извини.

– Это так называется? «Поёт»? – переспросил Эцгер. – Звучит приятно. Мне прямо очень понравилось.

– Я сказала Эцгеру, что это «музыка», – заметила Марф.

Я кивнул и ответил шёпотом: