Выныривай, Колибри - Лори Моррисон

– Я ни о чём не слышала, – произнесла Аннабель.

– Бу. – Мия наморщила нос и принялась покусывать ярко-розовый ноготь.

Аннабель почувствовала укол в сердце, вспомнив о своих ночёвках у Мии, когда они смотрели фильмы и красили ногти. Мама Мии готовила лучшие блюда греческой кухни – спанакопиту^[18]и сувлаки^[19]с цацики^[20]. Это было вкусно, хотя Аннабель всегда умоляла о пицце. Телевизор у них был вдвое больше, чем дома у Аннабель, а в комнате Мии стояла гостевая кровать с кучей мягких подушек.

Аннабель уже собиралась спросить, нельзя ли сегодня прийти к Мие с ночёвкой. Этого не случалось уже так давно. Вдруг она даже сможет поговорить с Мией о папином письме, если они останутся наедине? Будут есть шоколадные кексы из пакета, и красить друг другу ногти, и болтать, болтать обо всём на свете – вместо того чтобы смотреть кино, которое выбрали.

Но тут Мия наклонилась и прошептала:

– В тот день, когда ты не пришла на тренировку, мы с Коннором оказались рядом в очереди в кафе. И разговорились о лакроссе. Ты знала, что он играет?

Аннабель открыла рот, но не издала ни звука.

– Он сказал, что мы можем переброситься мячом-другим после тренировки или когда-нибудь ещё.

Мия произнесла это так, будто ждала, что Аннабель придёт в восторг. Будто это было что-то забавное, чем можно, смеясь, делиться друг с другом. Как прошлым летом, когда они обе зафанатели по одному актёру и пересмотрели все фильмы с ним.

– Мия, начинаем! – окликнул тренер средней группы.

– Тебе пора, – сказала Аннабель. – Удачи.

Она сжала скомканную шапочку для плавания и двинулась к раздевалке, говоря себе, что Коннор на самом деле вовсе не хотел играть с Мией в лакросс. И даже если хотел, это ровным счётом ничего не значит.

Но прямо сейчас Коннор опять шутил с красивой девушкой-спасателем. А когда к ним подошла Раби, положил ей руку на плечо.

Может, он и не имел в виду ничего такого, болтая с Мией о лакроссе… Но тогда, возможно, не было ничего такого и в том, что он подвёз Аннабель на тренировку? И в том, что дважды дёрнул за хвостик. И в том взгляде, от которого у неё в животе делалось сладко и тепло, как от горячего шоколада…

Может, Коннор флиртовал со всеми? И всех заставлял чувствовать это особенное тепло…

Двоюродная сестра Мии говорила, что это классно, когда человек, который нравится тебе, нравится и всем остальным тоже. Может быть, ещё лучше, когда тебе он нравится чуть больше, чем остальным? А может, и нет…

И вот когда Аннабель уже убедила себя, что Коннор ей не особо и нравится, на её плечо легла рука. Она обернулась и увидела его. Коннора. Без футболки. Шорты натянуты поверх плавок, грудь слегка тронута загаром, взъерошенные, наполовину высушенные светлые волосы.

Вокруг его зелёных глаз были розовые полосы – в тех местах, где очки прижимались к коже. После плавания у всех оставались эти уродливые следы, Аннабель ненавидела их на своём лице. Но сейчас она представила, как прикасается к этим отпечаткам на коже Коннора, – и живот снова наполнился горячим шоколадом.

Она не должна хотеть прикасаться ни к чьим следам от очков, но с Коннором… было что-то в этих отпечатках, что делало его как будто чуть более хрупким. Несовершенным. И это почему-то наполнило её сердце таким восторгом, что было удивительно, как оно до сих пор не выскочило из груди.

– Ты классно выступила, Кей-Би, – сказал Коннор.

– Ты тоже, – пискнула она. – Ты плыл на спине… так великолепно… будто летел…

Наверное, это прозвучало странно. Словно она изо всех сил старалась сделать ему комплимент. Но Коннор широко улыбнулся в ответ.

Подошёл Джордан.

– Идём в тачку, птичка.

Гм, что? Это он ей или просто услышал её неумелый комплимент?

Но тут Коннор сказал:

– Пока, Аннабель.

Ей понравилось, как Коннор произнёс её имя. Медленно и аккуратно, будто на иностранном языке, где надо тщательно выговаривать все буквы.

Это звучало так, словно она что-то значила для него. Больше, чем Мия, или Раби, или красивая спасательница.