День вампира - Саша Готти

То, что минуту назад было милой старушкой Ниной Гавриловной, покрылось шевелящимися буграми, которые на глазах обрастали бурой шерстью…

Черты «лица» становились все уродливее, бородавки то и дело отрастали и принимались шевелиться. Чудовище качнулось и перетекло из кресла на пол. Бугристые шевелящиеся комки приобрели самостоятельность, и Молли поняла, что это отвратительные и злобные крысы.

– Вы учили? – не веря своим ушам, переспросила Молли. – Вы – учительница?!

Она прижалась к окну, за которым было уже совсем темно. Ей показалось, как что-то постучалось в окно, но она не в силах была отвести глаза от стоявшего у дверей чудовища.

– Ну, наконец-то догадалась… – прохрипело оно. – Да, я была учительницей в МУНе… Пока не раскопала древнюю легенду о демоне, но мне никто не поверил, никто! Я поплатилась за это, я потеряла работу и уважение! Я потеряла все, все – из-за тебя!

Крысиный монстр то ли всхлипнул, то ли вздохнул.

– Но я не смирилась… Я нашла дом, где вы поселились с дедом, и начала следить за вами, с начала этого лета. Сначала мне пришлось бродить по двору, и многие люди пугались меня, принимая за призрака. А я ждала удобного случая, чтобы расправиться с тобой… Это я на безмолвном языке шепнула Анжеле, чтобы она выпустила поводок, и собака кинулась на тебя! Но этот негодяй, мальчишка-вампир успел вмешаться и спас тебя. Но потом я догадалась, как мне подобраться поближе к вашей семейке! Что может быть лучше облика соседки, которая везде сует свой нос?

Чудовище хрипло расхохоталось.

– Что вам нужно от меня?! – крикнула Молли. – Что я сделала?!

В это мгновение гром снова грохнул, и сумрак, который заполнял комнату, осветила вспышка молнии. Налетевший ветер с грохотом хлопнул оконной рамой, и Молли в отчаянии увидела, что даже паук, который привычно сидел за окном, испугался грозы, и его паутина, которую сейчас почти сорвало ветром, была пуста.

Загораживая дверь, в полумраке комнаты перед Молли качалась шевелящаяся фигура, сквозь которую можно было разглядеть обои на стене и коридор. Глаза его горели желтым мерцающим огнем, как две свечи внутри огромной тыквы, вроде тех, что продают на хеллоуин.

Чудовище протянуло вперед узловатую руку и попыталось схватить Молли за шею, как вдруг что-то упало ему на руку с потолка. Страшная тварь взревела, пытаясь что-то отбросить. Это оказалось черным пауком, который вцепился мохнатыми лапами в рукав халата.

– Паук! – зашлось омерзительным визгом чудовище, пытаясь стряхнуть насекомое на пол. – Ненавижу этих тварей! Уберите его, уберите!

Оно начало визжать вертеться на месте, рассыпаясь и разваливаясь на куски. Но стряхнуть паука ему не удавалось, и Молли, вдруг осознав, что выход из комнаты свободен, кинулась бежать.

Дверь была распахнута – видимо, дед даже не запер ее, когда выходил.

Сбегая вниз, Молли не чуяла под собой ног, и за спиной она слышала крысиный писк и постукивание коготков.

– Помогите! – кричала Молли. – Деда! Кто-нибудь!!!

Крысы гнались за ней, цепляя джинсы острыми коготками, кусали ее за сандалии, пока не загнали в тупик в самом конце двора. Бежать было некуда – она прижалась к кирпичной стене спиной, стоя в тусклом круге света, который бросал единственный в тупике фонарь. Вокруг, в темноте, ощерив зубы, фыркало и визжало целое полчище огромных серых тварей.

– Я здесь! – снова закричала Молли. – Кто-нибудь, помогите! Я здесь, тут крысы!!!

С отвратительным визгом грызуны вдруг бросились друг на друга, истошно пища и размахивая хвостами. Они карабкались друг на дружку, образовав шевелящийся и визжащий ком, который становился выше и выше, вытягивался в длину, пока не возникло нечто похожее на человека. Он постоянно двигался, ерзал, качался, поскольку полностью состоял из пищащих и копошащихся крыс, а на его голове шевелились волосы из крысиных хвостов.

Существо из крыс двинулось к Молли, уродливо переваливаясь с ноги на ногу.

– Попалась, – прохрипело чудовище. – Я избавлю от тебя мир, я сделаю хорошее дело…

– За что? – воскликнула Молли, захлебываясь слезами. – Что я вам сделала?!

– Легенды никогда не ошибаются… Тебя надо убить, пока не поздно… – прохрипел монстр и снова протянул руки к Молли. Но, едва дотронувшись до разноцветной тряпки на ее шее, страшные руки отдернулись. – Эта тряпка, ненавижу вампирские вещи… Ненавижу вампиров…

Большой черный паук выбежал из темноты в круг света на асфальте, меняясь с каждой секундой – его лапы становились длиннее, тело увеличивалось, шесть мохнатых ног склеились в две ноги в рваных черных джинсах. Через несколько секунд человеческая гибкая фигура распрямилась, и на Молли глянули два пульсирующих огнем в полумраке багровых глаза.

– Гильс! – срывающимся голосом крикнула Молли. – Это ты, Гильс?!

– Нет, не я, – отрывисто бросил вампир, заслоняя собой Молли и не сводя глаз с чудовища. Он протянул перед собой руку и громко воскликнул:

– Инферна Танатовна, угомонитесь, или я вспомню, почему вы боялись меня на первом курсе. Или вас уже не пугают пауки?

– Негодный мальчишка! – завизжало на сотни голосов существо, теряя при этом крыс со всех частей тела. – Муранов, отойди, убирайся прочь! Или твои кости тоже никто не найдет, я умею это делать… Ее надо уничтожить, и ты знаешь, почему!

Гильс прошептал что-то, сверкнув багровыми глазами, и вдруг по кирпичной стене вниз начали сползать пауки. Они, как черная шевелящаяся река, стекали со стены на асфальт и с шипением устремлялись на крысиного монстра. Тот завизжал страшным голосом, отмахивался, пытался устоять на ногах, но через несколько секунд зашатался и начал разваливаться с омерзительным клекотом.

– Вы поплатитесь за это… Дрянная девчонка, ты еще поймешь, почему твой дед не выпускал тебя гулять после захода солнца… – Говоря это, призрак уже разваливался по частям, и каждая крыса, отвалившаяся с него, улепетывала прочь из двора.

Оно уже едва держало форму, оставалась целой одна голова и правая рука, которой монстр пытался отбиваться от нападавших на него пауков.

– Ты еще поймешь, грядут страшные времена… – эти последние слова прохрипела уже одна голова ужасного существа и тут же разлетелась на десяток серых грызунов. Они присели в траве, а потом вдруг, все как одна, прыгнули на Молли, цепляясь острыми коготками за одежду и лицо.

Молли закричала от ужаса, закрываясь руками от щелкающих зубов и отвратительных хвостов, которые хлестали ее по лицу и рукам.

А потом все стихло.

Молли очень долго, как ей показалось, простояла, прижавшись к стене. Сердце у нее бешено колотилось, а перед ее глазами плясали огни. Немного успокоившись, она поняла, что это глаза Гильса, который тряс ее за плечи и что-то спрашивал.