Тайна Африканского Колдуна - Валерий Роньшин

Петренко отвел меня обратно в камеру. Я улеглась на жесткие нары и задумалась.

Значит, следователь Емелин решил упрятать Микстурова за решетку. Хотя неделю назад расхваливал детектива на все лады и пихал мне номер его телефона. Любопытно…

Кроме того, я выяснила, что Емелин работает на мадам Ирэн. А та хочет заполучить дедушкины записи. Что же ей надо в этих записях?..

И тут меня точно током ударило. Рецепт булигонго — вот что!..

Чудесный напиток, полученный Мадунгой из смеси тариги с ромашкой, и есть новейший наркотик "Привет из Африки"!

Я вскочила с нар и, засунув руки в карманы, возбужденно забегала по камере…

Если наш посол в Аргентине прав и у Хромого Макса действительно нет рецепта, то мадам Ирэн, заполучив дедушкины записи и узнав рецепт булигонго, может стать "крестной матерью" мировой наркомафии.

Ай да мадам Ирэн!

На дне правого кармана я нащупала что-то твердое. Это оказалась таблетка либитума. Видно, когда мы были в склепе, я машинально сунула ее в куртку.

Мне на ум сразу же пришел дерзкий плиц побега.

— Петренко! — забарабанила я в дверь.

— Чего тебе? — раздался недовольный голос.

— Дайте поесть.

— Не положено. Только утром.

— Петренко, миленький, — стала жалобе упрашивать я. — Так кушать хочется.

— Ну ладно уж, — проворчал он. — Сейчас принесу.

Через пару минут в дверях открылось маленькое окошко, и сержант протянул мне миску горохового супа.

— Спасибо, — поблагодарила я.

Как только окно закрылось, я бросила в суп таблетку либитума, раскрошила ее ложкой и тщательно размешала.

Потом снова забарабанила в дверь.

— Петренко!

— Вот беспокойная девка, — заворчал сержант, опять открывая окошко. — Ну чего еще?

— У супа какой-то странный привкус, — пожаловалась я, возвращая ему миску. — Попробуйте.

Петренко попробовал.

— Суп как суп, — сказал он.

— Не-е-т, вы побольше съешьте. Сержант зачерпнул суп ложкой. Затем еще

раз… и еще… Короче, он умял всю миску. Наркотик начал действовать. Глаза у Петренко заблестели. Он глупо ухмыльнулся.

— Дяденька Петренко, — ласково попросили я, — выпустите меня отсюда. Пожалуйста.

— С превеликим удовольствием, — сержант широко распахнул дверь камеры. — Выходи, дорогая, ты свободна! Я сам вместо тебя сяду!

С этими словами он вошел в камеру, лег на пары и громко запел: "Сижу за решеткой в темнице сырой…"

— А может, вы и Воробьева освободите? — вкрадчиво осведомилась я.

— Держи! — Петренко кинул мне ключ. — Все свободны!

Я открыла дверь соседней камеры и выпустила Воробья на волю.

— Ты что, наркотик в суп подмешала? — шепнул он.

— Ага.

— Бежим скорей!

— Бежим!

И мы побежали.

— Эй, ребята, вы куда?! — весело закричал нам вслед сержант.

— В лес по грибы, — сказала я.

Петренко лукаво погрозил пальцем.

— Смотрите больше не попадайтесь.

Мы крадучись прошли через дежурное помещение. На топчанах храпели несколько мильтонов. Я увидела на столе свой пистолет и, конечно же, прихватила его с собой.

На улице было раннее утро.

Из первого же телефона-автомата я звякнула детективу Микстурову.

— Алло? — ответил сонный голос.

— Говорит Эмма Мухина, — затараторила я. — У меня к вам срочный разговор…

— Слушаю,

— Не телефонный, — добавила я.

— Где ты находишься?

— У Центрального рынка.

— Оставайся там. Я сейчас приеду. Минут через пятнадцать подкатил "Форд"