Кусачая книга - Одри Альветт

Сначала Чарли изучал вывески. Перед витриной теплицы «Голубая фасоль» стояли маленькие детские тыквины, кафе «Домовой-лакомка» привлекало посетителей ароматами свежего горячего шоколада, заведение «Три медузы» блистало красными зеркалами, в витрине «Голого короля» красовались готовые платья, лавка «Тайный вылет» соблазняла покупателей великолепными мётлами (их черенки были покрыты искрящимся лаком), над входом в ресторан «Жратва людоеда» была установлена гигантская пасть, которая то открывалась, то закрывалась, щёлкая четырьмя рядами острых зубов, перед витриной «Милых зелий» стоял прилавок с разноцветными флаконами, насвистывающими весёленький мотивчик… Кругом чистота, порядок, даже некоторая доля кокетства.

Ещё на улице был бакалейный магазин «УКапусточки». Очевидно, там только что получили новую партию тэдемских орешков с сюрпризом: об этом объявляли большие афиши. Однако внутри тоже что-то готовилось, и ароматы в воздухе витали весьма завлекательные. В животе уЧарли протяжно заурчало. Он тяжело вздохнул. Как же хочется что-нибудь купить!

Он скучал по рынку Экс-ан-Прованса. Вместе с мамой Чарли часто ходил туда по субботам или воскресеньям, около полудня. Они всегда покупали уЖозефины салаты и яйца, уМэри-Клэр – варенье-внутри-только-фрукты и шпинат, у братьев Гарсия – сицилийские и греческие оливки и, конечно, оливки сорта Лукки, когда был сезон. Традиционные помидоры и фрукты-я-вам-добавлю-абрикос-и-не-спорьте они покупали уНади. Сыр всегда брали уЛорана («Это сорт трёхлетней выдержки, попробуйте и скажите, что думаете!»). Все торговцы на этом рынке знали Чарли с раннего детства и принимали по-королевски: у каждого непременно находилось для гостя пирожное с клубникой, ломтик дыни или огромный кусок бофора. За то время, что они с матерью бродили по рынку, Чарли получал столько гостинцев, что совершенно не хотел есть, когда они наконец возвращались домой с огромной сумкой продуктов.

От воспоминаний об этом дивном ощущении сытости рот Чарли наполнился слюной, и он поймал себя на мысли, что прожигает орехи свирепым взглядом. Он проголодался не на шутку.

–Чего ты тут шляешься, парень?– внезапно окликнула его какая-то женщина-патрульная.

В её голосе не было угрозы, однако Чарли запаниковал. Вдруг она решила, что он собирается что-то украсть? Хоть он совершенно ни в чём не провинился, воображение живо нарисовало страшную картину: его снова тащат к судье.

–Я просто проходил мимо, мадам,– промямлил он. И ушёл, отказавшись от мысли найти подработку. Чарли покинул центр города, стараясь держаться только бульваров, как учила его Мангустина.

В узких переулках можно было снова напороться на патрульных, и тогда кто знает, что может с ним случиться вдали от людских глаз.

Вернувшись вСвятые Розги, Чарли рассказал о своей неудаче Мангустине, но та лишь тихо выдохнула:

–А-а-а.

Подобный ответ взбесил Чарли.

–И это всё?! «А-а-а»?! До каких пор мы будем сидеть сложа руки?! Сколько нам ещё терпеть поражения?

–Всё равно мы загнаны в угол. Хотя бы не дай отобрать у тебя шапку-выручалку, и тогда для нас, может быть, ещё не всё будет потеряно.

Прошло унылое воскресенье – никаких тебе поспать подольше, любые развлечения под запретом,– а потом наступила следующая учебная неделя.

Лилий Атравис загадал учащимся новую шараду, дабы навербовать бесплатных работников из числа проигравших.

–Прошу тебя, не подведи, Мангустина!– взмолился Чарли.– Хватит с меня изготовления пугал!

Между тем директор начал декламировать в микрофон:

Мой первый слог – ткань плотной крутки,

Обжоры страшный сон – второй.

Ковчег построил слог мой третий.

В конце стоит протез зубной.

А целое пора бы смазать,

И проигравшие, ей-ей,

Займутся этим на неделе.

Что ж, отвечайте поскорей!

Чарли бросился в ноги Мангустине – в буквальном смысле.

–Ну же, прошу тебя, пожалуйста! Умоляю! Если ты мне поможешь, я отдам тебе…– Он лихорадочно искал, что бы такого предложить. Кроме Бандита у него совершенно ничего не было.– Я отдам тебе свою порцию ворсянки!– выпалил он и тут же сообразил, что предложение довольно дурацкое.

Вдруг Мангустина рассмеялась – Чарли только глаза выпучил от изумления. А потом ему показалось, будто у него под кожей зажглось множество крохотных солнц. Мангустина смеялась впервые после того, как судья вырвал страницы из её Книги мага. Хоть и маленькая, а всё же победа.

–Креп – пост – ной – мост,– прошептала Мангустина.– Крепостной мост.

–Бежим!

Чарли схватил её за руку и потянул за собой. Мангустина надула было губы, изобразив недовольную гримасу, но потом сжала пальцы Чарли и побежала следом за ним.

Они успели как раз вовремя и вошли в число победителей.

На этой неделе им не грозили директорские наряды на работу, иМангустина снова рассмеялась.

Это уже не одна, а целых две победы, решил Чарли. А где две – там и три. Нужно закрепить этот успех.

5.Яблоко у яблони

Ни что не мешало учащимся Святых Розог заниматься своими делами – до тех пор, пока яростные часы не начинали отбивать сигнал к подъёму. После пяти утра бука даже не пытался делать вид, что следит за своими подопечными.

Поэтому на следующее утро Чарли решил встать ни свет ни заря и посетить библиотеку.

Однажды он уже успел там побывать, но, потревоженный одним из шептунов, не стал надолго задерживаться. До этого момента Чарли зависел от остальных ребят и не мог в одиночку ни войти, ни выйти из общей спальни башни Золотой ноги. Однако накануне ему удалось договориться сПанусом: взамен на сговорчивость Чарли, проявленную при изготовлении пугал, новый знакомый наконец научил его секретному рукопожатию, которым следовало обменяться с металлической дверной рукой для беспрепятственного прохода. Отныне Чарли мог самостоятельно уходить из спальни, не боясь остаться на всю ночь под дверью в коридоре.

Чарли спустился по вымощенной битым фарфором лестнице, на ходу похлопав по своей шапке-выручалке – он не расставался с ней с самого дня приезда, опасаясь, что её могут украсть. В ту же секунду он обнаружил, что одет в скромный, но элегантный костюм. Лишь у них сМангустиной были такие аксессуары, вызывающие всеобщую зависть. Чарли был рад, что шапка обеспечивает его одеждой на все случаи жизни.

В коридорах было пусто, если не считать доспехов и ужасных картин, изображающих всевозможные телесные наказания. Чарли вышел из башни Золотой ноги и направился в башню Прачек, в которой находилась столовая. Библиотека размещалась на втором этаже, над классом малышей. Когда Чарли вошёл сюда в первый раз, то непроизвольно воскликнул: