#любовь, или Куда уплывают облака - Михаил Самарский

– Любовь – это хорошо, – перебив товарища, развел руками Виталий Васильевич, – но у нее же еще и отец с матерью есть. Не могу же я со стороны наблюдать за происходящим. Или ждать, когда она со своей любовью завалит экзамены и не добьется ничего от жизни?

– А чего так трагически? – выпятил нижнюю губу Николай. – Если у нее сейчас в порядке с успеваемостью, то пусть с ним погуляет, но не больше! Но главный совет – не мешай ей, а присматривай одним глазом… Кстати, а Злата как? – неожиданно сменил тему Тайшенов.

– С ней все хорошо, – ответил Нестеров, – готовимся к свадьбе. Парень, будущий зять, такой степенный товарищ, окончил институт, работает в НИИ. А вот Ленку все время тянет на какие-то приключения. Ты думаешь, откуда я к тебе приехал? Из полиции. А эта сегодня из школы сбежала, приехала в участок выручать своего дружка. Посоветуй, что делать, у тебя опыта в этом деле побольше – троих замуж выдал.

– А что толку? – усмехнулся Тайшенов. – Выдать выдал, а двое уже развелись.

– Да слышал, Наташка рассказывала, – вздохнул Виталий Васильевич. – Но тут не угадаешь.

– Вроде оба зятя были приличными людьми. Впрочем, почему «были», они таковыми и остались. Мы, кстати, продолжаем общаться. Да и с девчонками моими они не враждуют, но вот расстались, что-то не пошло у них. Говорят, остались друзьями. Сейчас современная молодежь как-то проще относится ко всему этому – разводам, расставаниям… Слушай, Виталь, а ты не рано засуетился? Насчет Ленки. Это она сейчас в каком классе? Девятый заканчивает?

– Так точно, девятый, – кивнул Виталий Васильевич. – Не рано! В этом деле главное – не опоздать. Не хочется, чтобы попала в какую-то дурную компанию. Это ведь как болото, оступился, потом попробуй выберись.

– А ты справки навел об этом пацане? – спросил Николай. – Говорил с учителями, с его участковым, можно даже с соседями поговорить, наконец, познакомиться с его родителями и так далее.

– Нет, так подробно не наводил, – ответил Нестеров, – как-то на собрании был, классный руководитель полчаса рассказывала о проделках этого… как его… тьфу черт, фамилию забыл. Семеном его зовут.

– Ух ты! – воскликнул Тайшенов. – Имя звучное какое! «Мы жили с ним в одном дворе…» – запел Николай, вспомнив залихватскую песню Александра Розенбаума.

– Коль, – перебил Виталий Васильевич, – так что делать? Как отшить женишка? Я одно понял: запреты тут уже не помогут.

– Да ты что, Виталик! – замахал руками Николай. – Даже не вздумай. Это как раз тот самый случай, когда особо ярко проявляется поговорка «Запретный плод сладок». Чем больше будет запретов и препятствий, тем сильнее ей будет казаться, что она его любит. Ты что! В этом возрасте запретить встречаться с парнем – это стать врагом собственной дочери, можно вообще на всю жизнь ребенка потерять. Вон, возьми мою племянницу – скоро тридцать лет, а она все родителей упрекает, мол, жизнь ей испортили. Тоже в школе запретили встречаться с парнем – хулиганом им показался. А «хулиган» отслужил в армии, окончил военное училище, сейчас уже майор, замкомандира части. Жена, двое детей.

– А племянница? Она ведь тоже вышла замуж?

– А что племянница? Вышла и снова зашла, – пошутил Тайшенов. – Была недавно с сынишкой у меня в гостях. Хороший такой пацаненок, любопытный. Говорит, так и не может своего Пашку забыть, винит во всем родителей. Вот так, брат. Не вздумай ничего запрещать. Наоборот, пусть встречаются, дружат, вместе гуляют. Если человек с червоточиной, он рано или поздно сам себя проявит. Ленка у тебя умная девчонка, я не думаю, что она с дураком долго будет дружить.

– Надеюсь, – тяжело вздохнул Виталий Васильевич. – Ты понимаешь, Коль, я ведь чего боюсь: другой она становится – дерзит, иногда всем своим видом показывает, что родители для нее уже не авторитет. А что дальше будет?

– Ну-ну, Виталик, – улыбнулся товарищ, – не накручивай сам себя. К чему сразу такие выводы? Пойми же ты, она взрослеет, манера поведения меняется, а ты учись вести с ней диалог как со взрослой девушкой. Тут уже твои «Ленусик», «доча», «пупсик» не пройдут. И, кстати, очень важно – не торопитесь с матерью отменять обязанности по дому. Тут уже объясните по-хорошему, сошлитесь на усталость матери, на свою занятость, в общем, найдешь аргументы, в доброжелательном тоне попроси помогать и следить за порядком в доме.

– С этим пока, слава Богу, все хорошо! Тут они со Златой умницы, – улыбнулся Виталий Васильевич.

– Ну вот, – Тайшенов поднял указательный палец вверх, – а это самое главное! Это нужно беречь и сохранять. Скажу тебе так: пока девчонка заботится о порядке в доме, до тех пор ей этот дом в радость. А ваша задача с мамой эту радость сохранить. Если в течение месяца не бросит своего Сэмэна, пригласи их вместе на ужин. Можно и раньше это сделать, чтобы поближе рассмотреть своего будущего зятя…

– Типун тебе на язык, – воскликнул Нестеров. – Я ему про Фому, а он мне про Ерему. Какой еще зять?

– Не в девятнадцатом веке живем, Виталь, – рассмеялся Тайшенов, – смирись…

– Раньше проще было, – согласился Виталий Васильевич, – запретил, и все.

– Миф это все, – махнул рукой Тайшенов. – И раньше не все было так просто. Или напомнить тебе Монтекки с Капулетти? Да и что значит – запретить? Детей не дрессировать нужно, а воспитывать, убеждать. Они не станут покорно выполнять наши запреты. Некоторые родители, к сожалению, забывают, что их дети свободные личности, а не их собственность. Хочешь, я на правах друга напомню тебе несколько основных заповедей для родителей? Когда-то мне пришлось прочесть на эту тему горы литературы. Очень полезная штука. Ну, так что?

– Конечно, хочу, – ухмыльнулся Нестеров. – Если ты говоришь, что это полезно. Делись. Я – весь внимание.

– Первое, мой дорогой друг, не жди, что твоя дочь будет такой, как ты, или такой, как ты этого хочешь. Ничего не выйдет. Просто помоги ей стать собой. Это важнее всего.

– Круто, – покачал головой Виталий Васильевич. – Да ты профессор психологии! Тебе нужно курсы открывать для родителей.

– Подкалываешь? – улыбнулся Тайшенов.

– Да ты что, Коль, – развел руками Нестеров. – Я серьезно, без всяких шуток. Кратко и так понятно. Продолжай, я внимательно слушаю.

– Хорошо, – кивнул Николай. – Второе: не требуй от дочери платы за то, что ты для нее сделал. Ты дал ей жизнь, она даст жизнь твоим внукам, те – своим детям и так далее. Вот это и есть закон детской благодарности, он необратим и вечен. А потому не требуй ничего лишнего от своих детей. Третье: не вздумай обижаться на свое дитя, никогда не забывай народную мудрость: что посеешь, то и пожнешь.

– Да, и тут я с тобой согласен! – воскликнул Нестеров.

– Четвертое, – продолжил Тайшенов, – никогда не унижай ребенка. Унижение – это очень опасный бумеранг. Этот никогда не промахнется, возвращаясь обратно. Люби свою дочь такой, какая она есть, – даже если она неудачлива, неталантлива, неуспешна, даже если она заблуждалась в чем-то, все равно люби. Твой ребенок – это подарок тебе от Бога. Не гневи их обоих. И наконец, самое главное! Дорогой мой друг и товарищ, научись любить чужого ребенка. Никогда не делай чужому того, что не хотел бы, чтобы делали твоему ребенку. Ты все понял?