Отель в облаках - Мел Хартман

Но кролик, сцена – всё исчезло. Даже ограда, сад и мусорный пакет и люстры. Что осталось – стрёмные портреты.

Мэгги говорит:

–Как невежливо, он даже не попрощался.

Энди выдыхает.

–Сработало.

–Хелла, что там?– спрашивает Серж, который видит, что Хелла направляется к картине, делая шаг сначала налево, а затем направо.

–Они следят за мной взглядом.

Энди присоединяется к ней.

–Эге, да, ты права.

–Они не выглядят довольными,– замечает Мэгги.– Стали злее, чем раньше.

Женщина, глядящая на Хеллу, сильно сводит брови и открывает рот. Это происходит очень медленно. Если не сконцентрируешь всё своё внимание, то даже не заметишь. Хелла вообще-то не хочет смотреть, потому что у неё от этого мурашки, но её будто загипнотизировало.

Вилли стоит перед другой картиной, изображающей мужчину с сыном.

–Они хотят что-то сказать. Они открывают рты.

Хелла кивает.

–И женщина на этом портрете тоже. И хотя я не желаю её слышать, я не могу от неё отвернуться.

–И я не могу,– подтверждает Энди.

Мэгги издаёт короткий стон.

–Они выглядят такими сердитыми! Я хочу уйти отсюда!

–Мои ноги как будто приклеились к полу,– растерянно произносит Серж, стоящий чуть дальше.– О нет, и здесь они тоже открывают рты, вся семья!

Хелле хочется зажать уши руками, но она не может поднять руки. Рот леди перед ней уже наполовину открыт; она видит её зубы. Хелла боится того, что будет сказано; вэтом отеле не стоит ждать ничего хорошего.

–Мы должны выслушать их,– тихонько говорит Энди.– Может, после этого мы сможем уйти.

–Звучит так, будто тебе всё окей,– ехидно замечает Хелла.– А я не думаю, что всё тут окей!

–Тише, Хелла, или ты их ещё больше рассердишь.

–Нечего говорить мне, что мне делать, Энди! Ты не мой отец!– её голос звучит пронзительно даже в её собственных ушах, нервное напряжение пробегает по всему её телу.

Рот нарисованной женщины теперь открыт полностью, как будто она готовится закричать.

Именно это портреты и делают, все вместе. Вопль оглушительный и такой резкий, что у Хеллы начинают болеть уши. Как будто столетиями сдерживаемый гнев наконец может вырваться, и поэтому крик никак не прекращается.

Хелла больше не может это выносить и вместо этого концентрируется на своих руках. Сработало! Она прижимает их к ушам, хотя всё её тело по-прежнему закаменевшее. Неожиданно вопли обрываются, и рты со щелчками захлопываются. Хелла слышит, как клацают друг о друга зубы. А ещё она может теперь пошевелить ногами и быстро делает несколько шагов назад. Как и все остальные.

–Эге,– бормочет Серж.– У меня до сих пор звенит в ушах.

–Быстро, уходим отсюда,– бросает Мэгги, которая уже бежит к двери.

–Погодите!– кричит Хелла.– Картина хочет сказать что-то ещё.

Серж проходит мимо неё.

–Сеструха, я не собираюсь дожидаться этого.

–Теперь она выглядит очень грустной.

–И здесь тоже,– говорит Энди.– Он плачет.

–Тсс,– шипит Хелла.– Она что-то говорит, но я не вполне расслышала, а подойти ближе опасаюсь.

Остальные всё-таки становятся рядом с Хеллой.

Несколько слезинок капают из глаз женщины. Губы её дрожат, и тут Хелла разбирает-таки её слова:

–Помоги нам.