Фикс - Дэвид Бальдаччи

– Совершенно верно. Больше тридцати лет.

– Значит, вы тоже знали эту семью.

– Конечно. Маленькой я часто ходила с мамой к ним домой.

– То есть вы знакомы с дочерьми?

– Я с ними играла. Я была немного постарше. Иногда я сидела с Джулис и Самантой. Когда Натали была совсем маленькой, я меняла ей пеленки и кормила ее.

– Отрадно это слышать.

– О, мне за это платили. Мистер и миссис Дабни настояли на этом. Они были очень добрые, особенно миссис Дабни. Ее я видела гораздо больше. Мистер Дабни вечно был на работе или в разъездах. Мы с мамой уходили задолго до того, как он возвращался домой из офиса.

– Вы знаете, куда уезжал мистер Дабни?

– А что?

– Мы также изучаем обстоятельства его смерти.

– Я слышала, он покончил с собой.

– Да, это так, но нам все равно нужно выяснить, почему он так поступил.

– А, понятно… Но я точно не знаю, куда он ездил. Думаю, в самые разные места, в разные штаты. Как-то раз я помогала маме убирать его багаж после того, как он вернулся из поездки, и на чемодане еще висела бирка из аэропорта.

– Вы случайно не запомнили название аэропорта?

– Нет. Но я точно помню, что это была не американская авиалиния. Просто я не могу вспомнить, какая именно. Но я помню, мама говорила, что мистер Дабни также часто бывает за границей.

– Откуда она это узнала?

Ронда усмехнулась.

– Саманта, когда была маленькой, однажды играла с папиным паспортом и спрятала его на кухне. Его везде искали. Мама нашла его в банке с сахаром. Ей пришлось открывать его, чтобы очистить страницы от крупинок сахара. И она потом рассказывала, что в паспорте полно всяких марок и наклеек из тех стран, где бывал мистер Дабни.

– Мать никогда не рассказывала вам про семью Дабни что-либо необычное?

– Необычное? – Кейн подозрительно посмотрела на него. – Куда вы это ведете?

– Надеюсь, к истине.

– Дабни – хорошие люди.

– Не сомневаюсь в этом, но все-таки мистер Дабни убил человека.

На лице у Кейн отразилось изумление, сменившееся печалью.

– Я до сих пор не могу в это поверить. На мой взгляд, он был последним человеком на свете, кто мог бы совершить такое. А потом покончить с собой… И оставить миссис Дабни одну. Они так любили друг друга… Они были идеальной парой.

– Ну, внешнее впечатление может быть обманчивым. – Декер взглянул на коробку. – Что там?

– Раньше здесь была моя комната, – улыбнулась Кейн. – Мы с мамой жили вдвоем. У меня был брат, но он умер еще совсем маленьким, а папа ушел из жизни, когда мне было четыре года.

– Печально это слышать.

– Мама сохранила кое-какие мои вещи. У меня две дочери, и я подумала, что это может им пригодиться, хотя они, наверное, уже переросли многое из того, что осталось после меня.

– Вы имеете в виду игрушки?

– Да.

Отступив назад, Кейн распахнула дверь до конца. Декер увидел аккуратно заправленную кровать, белый комод и две этажерки, заполненные разными вещами.

– В нынешнее время детям не нужно то, что нельзя подключить к Интернету. Детские книги, кубики, мозаики… И даже куклы. Теперь подавай им электронные планшеты! Знаете, сколько это все стоит? А мои игрушки были дешевыми, и мне их вполне хватало. Нужно было только подключить воображение.

Но Декер ее не слушал. На одной из полок в ряд выстроились куклы.

– Это ваши куклы?

– Да.

– Вы знаете, что точно такие же были у дочерей Дабни?

– Вот как? Ну, наверное, так и должно быть.

– Почему?

– Потому что эти куклы купили мне Дабни.