Смерть в белом галстуке. Рука в перчатке - Найо Марш

Дезире, леди Бантлинг (бывшая Картелл, ныне Доддс), с легкой улыбкой сидела в своей гостиной.

Она без конца курила и слушала Моппет Ралстон и Леонарда Лейсса, но по ее виду было невозможно догадаться, что она думает о своих гостях. Возможно, все это Дезире просто забавляло. Ее изможденное лицо с густой косметикой и копна оранжевых волос составляли вызывающий контраст с зеленой обивкой кресла.

Моппет тем временем объясняла, что Леонард прекрасно разбирается в искусстве и знает уйму всяких вещей о великих портретистах.

– Надеюсь, – заключила она, – вы не сочтете нас наглецами и занудами, если мы попросим разрешения взглянуть на вашу коллекцию? Леонард уверял меня, что вы рассердитесь, но я сказала: почему бы не рискнуть, ведь не будет ничего страшного, если мы только глянем одним глазком и тут же уберемся?

– Ну конечно, – кивнула Дезире. – Это предки Бантлинга. Джентльмены в обтягивающих бриджах и дамы с высокими лбами и пышной грудью. Эндрю мог бы вам все о них рассказать, но он куда-то исчез. Что касается меня, мне надо помочь бедняге Бимбо сочинить стишок для званого вечера, да и вообще, я ничего в этом не смыслю. На мой взгляд, картины должны быть современными, пестрыми и по возможности грубыми.

– О, вы абсолютно правы, леди Бантлинг, – бодро произнес Лейсс и разразился речью на тему живописи.

Он говорил, слегка подавшись вперед и источая резкий запах напомаженных волос.

Дезире молча на него смотрела и слушала, никак не комментируя его слова. Когда он закончил, она вскользь заметила, что в общем-то живопись ей безразлична.

– Эндрю как-то сделал мой портрет, когда я была в экстравагантном костюме, – добавила Дезире. – Больше всего я смахивала на третью ведьму из «Макбета» до того, как она взялась за ум. Привет, милый, как там твоя муза?

В комнату вошел Бимбо, бросив ледяной взгляд на Леонарда:

– Моя муза сидит у меня в печенках. Дезире, ты должна мне помочь. Надо использовать не меньше семи подсказок, а с рифмой они звучат гораздо лучше.

– Может быть, мы поможем? – спросила Моппет. – Леонард неплохо сочиняет стихи, правда, совершенно непристойные. А зачем вам нужно?

– Для «поисков сокровищ», – ответил Бимбо, не глядя на нее.

– «Поиски сокровищ» – это мое детство, – заметила Дезире. – Я решила их возродить. Мы организуем «поиски сокровищ» сегодня вечером.

Моппет и Леонард восторженно заахали.

– Я от этой игры без ума, – заявила Моппет. – Это лучший способ устраивать вечеринки. Как вы их проводите? – обратилась она к Бимбо.

Тот коротко ответил, что самым обычным образом.

Дезире встала:

– Бимбо спрячет бутылку шампанского, а потом мы везде разложим подсказки. Так что, если вы не против самостоятельной экскурсии по галерее, мы с Бимбо займемся рифмами. Осматривайте что хотите. – Она протянула руку Моппет. – Простите, что нарушаю правила гостеприимства, но, как видите, у нас важные дела.

– Вот черт! – вдруг воскликнул Бимбо. – Еда от Магнумса! Ее доставят на станцию.

Моппет и Леонард застыли с заинтересованным видом.

– Разве ты не сможешь ее забрать, когда разберешься с подсказками? – спросила Дезире.

– Да, но вопрос – когда я их напишу?

– Действительно, а продукты нужны прямо сейчас. Скверно. Придется вызвать «катафалк».