Самоубийство исключается. Смерть в аренду - Сирил Хейр

Прикрывая отступление своей любимой фразой при столкновении с трудностями, генерал откашлялся самым воинственным образом, вышел из комнаты и, поскольку был человеком слова, действительно направился в конюшню, где посвятил час спокойному созерцанию животных, за которыми хоть и водились кое-какие грешки, но только не убийство овец.

Оставшись одна, Сьюзен некоторое время сидела молча. Потом любовно потрепала Ганди за уши и пробормотала:

– Это какая-то ошибка, дружочек, правда?

Затем она поднялась наверх припудрить носик. «Если это тот миловидный сержант Литлбой, который приходил, когда нас обокрали, то все будет в порядке, – подумала она, – но лучше не рисковать».

Примерно двадцать минут спустя испуганная служанка провела в гостиную не миловидного сержанта Литлбоя. Вместо него перед Сьюзен предстал человек, чье лицо, она могла бы поклясться, совершенно ей незнакомое, вызвало у нее смутные ассоциации. Она непроизвольно наморщила лоб, стараясь узнать его, но, быстро вспомнив о хороших манерах, изобразила самую очаровательную улыбку и предложила сержанту присесть.

Когда тот опустился в кресло, Сьюзен с веселым удивлением заметила, что форменная одежда ему изрядно тесновата. Мундир был натянут на груди так, что пуговицы едва застегивались; ворот сдавливал шею и затруднял дыхание. Она хотела предложить ему расстегнуться, но побоялась, что это унизит его достоинство. «Сержанту, наверное, пришлось попыхтеть, пока он ехал на велосипеде из Льюиса», – подумала она, поскольку видела, как он подкатил к дому по аллее, на которую выходили ее окна.

Пока эти мысли проносились в голове хозяйки, Ганди проводил собственное обследование. Лениво встав на длинные неуклюжие лапы, он подверг незнакомца длительному и тщательному обнюхиванию. Прошло некоторое время, прежде чем он удовлетворился. Запах форменных брюк ему не понравился. Что-то в нем раздражающе подействовало на его собачье сознание. Но вскоре он успокоился. Какой бы ни была одежда, человек в ней вызывал доверие. Совершенно безошибочно инстинкт принял его за друга. Едва заметно вильнув хвостом, пес не торопясь вернулся на свой коврик перед камином и снова улегся в согласии с окружающим миром. Сьюзен облегченно вздохнула. Первый кризис благополучно миновал.

Она перехватила взгляд сержанта, увидела, что он улыбается, и непроизвольно улыбнулась в ответ. Как ни абсурдно, собака, ставшая причиной неприятностей, казалось, уже сделала их друзьями.

– Это то самое животное, мисс? – спросил он.

– Да, это Ганди. Правда, он очень милый? – проговорила Сьюзен в своей самой обаятельной манере.

– Он выглядит достаточно безобидно, – последовал сдержанный ответ. Затем, с усилием достав какие-то бумаги из кармана своего не по фигуре узкого мундира, он продолжил: – Я уверен, мисс, что вам кажется смехотворным, будто ваша собака повинна в таком злодеянии, как убийство овец. Но это серьезный вопрос, как вам наверняка хорошо известно, поскольку вы живете в стране, где занимаются овцеводством, и должны к этому относиться серьезно. Если так пойдет и дальше, то все пастухи выйдут с ружьями защищать свои стада, и дело кончится тем, что по ошибке будет убито не то животное. Вот у меня некоторые подробности о растерзанных овцах в округе за последние несколько дней. Если вы расскажете о перемещениях своей собаки в указанный период, мы сообщим об этом, и она будет в безопасности. Думаю, вашего пса хорошо знают в этой части света.

Сьюзен кивнула, находясь, сама того не ожидая, под впечатлением от услышанного.

– Я сделаю все, что смогу, – сказала она.

– Не сомневаюсь в этом, и позвольте заметить, что в ваших интересах назвать имена независимых свидетелей, которые подтвердят ваши показания. Знаете, нам приходится быть скрупулезными в таких делах.

– Конечно.

– Очень хорошо. Итак, первый раз в понедельник, шестнадцатого числа этого месяца, примерно четыре часа дня.

– О, это просто. Я простыла и осталась дома. Ганди был со мной.

– Ясно. Кто-нибудь видел его здесь, я имею в виду, кроме живущих в этом доме?

– Да, полковник Фоллет приходил к нам на чай, я помню. Он хорошо знает собаку и всегда подшучивает над ним и его именем.

– Его адрес?

– Рокуэлл-Прайори. Это на другой стороне Льюиса.

Сержант записал и продолжил:

– Следующий день: прошлый четверг, девятнадцатое, три часа дня.

Сьюзен наморщила лоб.

– Теперь припоминаю, – немного помолчав, проговорила она. – Я ходила на почту в тот день.

– Кто-нибудь был с вами?

– Нет, но миссис Холт с почты вспомнит, потому что Ганди погнался… то есть ее кот бегал за Ганди по всему залу. Поднялся такой переполох.

Сержант засмеялся.

– Отлично, – заметил он. – На обратном пути я повидаюсь с миссис Холт. Теперь остается только одна дата – худший случай из всех. Пятница, двадцатое, то есть вчера утром.

– Я знаю, это не мог быть Ганди! – торжествующе воскликнула она. – Вчера я каталась на лошади по холмам, и он был все время со мной.

– Вы уверены, что это было в пятницу утром?

– Конечно. Накануне вечером я танцевала в Брайтоне.

– А каким образом это помогло вам вспомнить?

– Дело в том, что человек, с которым я танцевала, ночевал у нас, и на следующий день мы вместе совершали верховую прогулку.

Сьюзен разозлилась, почувствовав, что, как девица в начале девятнадцатого века, залилась краской, отвечая на вопрос. Вероятно, сержант заметил это, потому что спросил:

– Он беспристрастный свидетель?

– Не совсем беспристрастный, – по возможности невозмутимо ответила Сьюзен. – Честно говоря, мы помолвлены. Если вы хотите знать его имя и адрес, – продолжила она, – вот, пожалуйста. – И передала ему письмо, которое написала в то утро.

– Благодарю вас, мисс, – сказал сержант, переписал адрес в свой блокнот и вернул письмо. – Позвольте вас поздравить, – учтиво добавил он.

– Спасибо, – ответила Сьюзен в некотором смущении. Первые поздравления очень приятны даже из уст полицейского.

Сержант между тем встал.

– Свадьба, наверное, скоро? – спросил он.

– Да, очень скоро. Мы достаточно долго ждали.

– Еще бы. И вы, несомненно, будете жить в Англии?

– Нет, нам предложили владеть фермой на паях в Кении. Мы уедем туда, как только поженимся.

– А, в Кению, – задумчиво произнес сержант. – Ну что же, надеюсь, вы там будете счастливы. Я уверен. Мне говорили, там хорошо живется, если есть небольшой капиталец.

– Да, это замечательный шанс, правда? – охотно отозвалась девушка. – Я всегда об этом мечтала, но никогда не думала, что мы сможем осилить это. Я так удивилась, когда он сказал мне… – Она осеклась, словно только сейчас поняла, как далеко разговор увел ее от существа обсуждаемого вопроса в личные дела. – Могу ли я чем-то еще быть вам полезна, сержант? – закончила она другим тоном.