Жертва 2117 - Юсси Адлер-Ольсен

Когда Хамид обнаружил, что вошел Асад, то не смог удержаться от смеха. Ткнув в него пальцем, он закашлялся, а потом сказал, что не понимает, как такой червяк мог поддерживать злость и желание мести у Галиба на протяжении многих лет.

Потом он встал, так что натянулась цепь от наручников, которой он был прикован к столу.

– Иди сюда, предатель! – крикнул он. – Я окажу тебе услугу: перегрызу жилу на твоей поганой шее.

И плюнул в глаза Асаду.

Асад обтерся. Губы Хамида скривились в издевательской усмешке. Но продолжалось это не более секунды. Асад ударил его по лицу и в качестве ответа тоже плюнул в самодовольное лицо Хамида.

– Теперь ты наконец увидел меня и знаешь, что я жив и здоров, – сказал Асад и толкнул его назад на стул. – Сейчас я задам тебе пару вопросов, на которые, как я надеюсь, у тебя хватит ума ответить.

Он положил фотографию своей жены на стол.

– Это Марва, и ты знаешь, где она.

Потом он вынул свой мобильник и нашел изображение испуганной жены Хамида в тот момент, когда она звонила мужу.

– А это твоя жена, и я знаю, где она.

То же самое он повторил со своей старшей дочерью.

– Это Нелла, и ты знаешь, где она. Я тоже знаю, где твои дети. Ты понимаешь, что я тебе говорю, Хамид? Выбор за тобой.

Хамид широко открыл глаза и посмотрел на Асада с ледяной ненавистью.

Асад приблизил мобильник к лицу Хамида:

– Хорошенько посмотри на свою красавицу-жену и своих прекрасных невинных детей. Скажи, как мне найти Галиба, и я пощажу твою семью. Или ты хочешь быть палачом и для них?

Хамид хотел снова плюнуть, но сдержал себя.

– Ты можешь делать что хочешь, – сказал он. – Я встречусь со своей семьей в раю. Когда это произойдет, мне безразлично.

Встретит их в раю? Откуда такая уверенность?

– Послушай меня, Хамид! Галиб совершил преступление против моей жены и моих детей. Он опозорил свою веру и себя самого. И те люди, которые помогают ему, не могут рассчитывать ни на что, кроме ада.

Хамид сел поудобнее и усмехнулся.

– Ах ты, жалкая тварь! Тебе следует знать, что ад – временное пристанище. Аллах не позволит, чтобы за ограниченное количество неправильных поступков наказание было вечным. Мы все встретимся в раю, в том числе ты и я. – Он откинулся назад и засмеялся громче, чем раньше.

Асад стал наносить удары кулаком прямо по смеющемуся лицу. И при каждом ударе он видел свою жену и детей в тот давний день, когда они махали руками, прощаясь с ним. Возможно, навсегда.

– Вам придется снова окатить его водой, – сказал он, выйдя из комнаты. – Иначе его не оживить.

Вебер серьезно посмотрел на него:

– Ты что, его ударил?

Что он имел в виду? Конечно, я его ударил.

– А это хуже, чем пытка водой? Вообще-то, я думал, что в цивилизованной Германии пытки запрещены.

– Пытка водой? Не было никакой пытки водой. Если ты имеешь в виду воду на полу, так мы смывали кровь после того, как врач останавливал у него кровотечение.

Асад вскинул брови:

– А какое же в таком случае давление на него вы оказывали?

– Мы предложили ему сотрудничать с властями. Обещали защиту и деньги. Сказали, что он будет работать на нас и мы гарантируем ему безопасность. Конечно, это было наивно, но попытаться надо было.

– Очень наивно, да.

– Мы предупредили его, что он рискует благополучием своей семьи. Но в ответ он только смеялся. Сказал, что все они встретятся в раю, что бы с ними ни случилось.