Жертва 2117 - Юсси Адлер-Ольсен

День второй

– Что вы с ним сделали?

Боксер, которого привели в участок, выглядел так, словно он долго плакал. Асад много раз видел взрослых людей в таком виде, но только не бывшего боксера из Берлинской академии бокса.

Несколько помятый, но на удивление бодрый и трезвый Вебер пожал плечами:

– Если ты имеешь в виду ссадины и синяки, то он получил их от тебя, Асад. Мы его пальцем не тронули.

– Да, но у него такой вид, будто ему вынесли смертный приговор, который через минуту будет приведен в исполнение.

Вебер задумчиво погладил свой воротничок. Почему у него такой вид, словно Асад попал в самую точку?

– Гм. Это верно, он боится за свою жизнь. Мы пообещали подержать его здесь в участке до конца событий.

– Что он вам рассказал?

– Фамилия Хамида, возможно, не Алван. Не исключено, что это лишь псевдоним, под которым тот боксировал, он так считает. Ему также известно, куда Хамид часто заходил выпить чая в то время, когда занимался боксом. Кафе все еще существует, мы планируем нанести туда визит. И он уверяет: если Хамид узнает, что проболтался именно он, то и ему, и его боксерскому клубу крышка.

Вот уж в этом Асад нисколько не сомневался.

– А вы можете подтвердить мое предположение, что мы вышли на нужного нам Хамида?

Вебер и все вокруг дружно закивали.

У Асада перехватило дыхание. Наконец-то!

– И он уверен, что именно Хамид завербовал Мустафу во Франкфурте?

– Он говорит, что часто видел, как Хамид неожиданно приходил в клуб, а после боев почти всегда доверительно разговаривал с молодыми боксерами. Он слышал также, что некоторые боксеры, участвовавшие в боях, потом уезжали в Сирию.

– Почему же он давно не заявил в полицию, если подозревал, что в его клубе происходит что-то незаконное?

– По той же причине, почему на него пришлось крепко надавить, прежде чем он раскололся.

– Назови мне это кафе, Вебер.

– Нет, не могу. Ты не должен идти туда в одиночку, Асад. Слишком многое стоит на кону. Речь идет не только о твоей семье, но и о жизни и безопасности многих других людей.

Асад попытался сделать вид, что это его не задело, но какой в этом толк в данной ситуации?

– Если бы минувшей ночью я не проник в боксерский клуб, мы не сдвинулись бы с мертвой точки. А ты в это время валялся в своем номере в стельку пьяный. Так что лучше скажи, о каком кафе идет речь!

И что, Вебера это задело? Асад ничего подобного не заметил.

– Нет, мы поедем туда вместе. Наша группа захвата ворвется внутрь и арестует хозяев кафе. Это единственный способ. Если же ты пойдешь один, то не только ты рискуешь своей жизнью, но и мы рискуем потерять последнюю возможность приблизиться к их банде.

– Группа захвата? Вот уж точно плохая идея, Вебер. Если вы сделаете это, никто вам ничего не скажет. И мы никуда не продвинемся, это уж точно. А время идет.

Кафе было расположено на противоположной стороне улицы, вокруг стояли многоэтажные дома. День только начинался, автомобилей, среди которых можно было бы затеряться, практически не было. Асад остался недоволен.

– Вы подъехали слишком близко, Вебер. Они могут обратить внимание на ваши машины. Такие черные «ауди» всегда предвещают неприятности в этом квартале.

Тут Вебер завелся:

– Мы должны иметь возможность видеть, что происходит внутри, вот и все. А иначе мы отправимся туда вместе с тобой. У тебя будет ровно пять минут, потом входим мы.

Асад покачал головой и вышел из машины. Дискуссия и так слишком затянулась.

– А вот эту штуку, кстати, лучше бы тебе оставить здесь! Она все равно не пригодится. – Вебер махнул рукой в сторону пистолета, который выпирал у Асада из-под одежды.

Асад проигнорировал это замечание и перешел улицу.

Снаружи кафе не выглядело особенно изысканным, обычная комбинация спортивного бара и кальянной с крохотными окнами и крыльцом, с которого давно не сметали мусор. Висела реклама безалкогольных напитков и телевизора с большим экраном в семьдесят дюймов, по которому можно посмотреть матчи Бундеслиги, испанской Ла Лиги и так далее, а также кальянов по цене от пяти до восьми евро в зависимости от времени суток.

Внутреннее обустройство соответствовало внешнему виду с той лишь разницей, что несколько полок под потолком и вдоль стен были заполнены дипломами, серебряными кубками и изображениями разных видов спорта, смысл которых сводится к тому, чтобы противник брякнулся спиной на пол. Бокс, дзюдо, тхэквондо, джиу-джитсу, смешанные боевые искусства и так далее.

Посетителей было мало, все до единого арабы, так что компания этнических немцев из группы захвата смотрелась бы здесь весьма странно. Асад кивнул трем мужчинам, которые млели у кальяна. Атмосфера была усыпляющей, и Асаду это очень подходило.

Мужчина за покрытым бархатом столом, который являл собой стойку бара, не обратил на него никакого внимания. Асад, как и любители кальяна, выглядел как самый заурядный клиент этого заведения.

– Ас-саляму алейкум, – сказал он и продолжил по-арабски: – Ты владелец?

Тот кивнул, взгляд Асада скользнул по разрешению на торговлю, висевшему на стене.

– Тебя зовут Аюб, и как раз с тобой мне надо поговорить. Я ищу Хамида, поможешь найти?

Последнее предложение почти заставляет в ответ сказать «нет», но иногда такая наивность оказывается лучшим ключом к человеку. Однако сейчас это не сработало.

Мужчина покачал головой:

– Хамид? Здесь бывает много людей, которых зовут Хамид.

– Я говорю о Хамиде Алване, нашем чемпионе. Я не вижу его на стенах, но это, наверное, ошибка.

Хозяин перестал протирать стаканы для воды.

– Хамид Алван?! Что тебе от него надо?

Асад наклонился над стойкой:

– Мне надо связаться с ним как можно скорее, иначе у него будут большие проблемы.

– Проблемы? Какие проблемы?

Асад нахмурился и, выделяя каждое слово, произнес:

– Настоящие проблемы. Такие, о которых тебе ничего не надо знать, понимаешь?

Все три кальянщика за его спиной подняли голову. Значит, он все-таки произнес это слишком громко.

– Я ему передам, когда увижу, – ответил владелец кафе.

– Дай мне номер телефона, и я сам скажу.

Движения хозяина кафе стали быстрыми. Стакан был поставлен к другим стаканам, полотенце переброшено через плечо. Он обошел вокруг стойки и метнул взгляд в сторону мужчин у кальяна.

– Схватите его сзади и, даже если придется бить, не отпускайте, пока не скажет, зачем пришел. Он мне не нравится.