Паренек из Уайтчепела - Евгения Бергер

– И что девушка, послушалась угрозы?

– Ничуть не бывало, – ответствовал Грисби. – Хоть и шатало ее изрядно, ноги совсем не держали бедняжечку, кричать, однако, у нее выходило знатно... – И после секундной паузы: – Вот этот джентльмен и исполнил свою угрозу.

– Вколол ей снотворное?

– А черт знает что было в том шприце, только девица сразу как-то притихла, едва успел на руки ее подхватить... Так осоловевшую и отнес в поджидавший у кладбища экипаж. Уложил на сидение да отправился могилку закапывать... Наниматель особенно на этом настаивал, на приведении места захоронения в первозданный порядок, так сказать.

– И что же девушка? – осведомился Ридли. – Что с ней стало потом?

– А мне почем знать, – пожал плечами говоривший, – я получил причитающееся и пошел доделывать работу, а экипаж этот покатил незнамо куда.

– Так уж незнамо? – решил надавить на задержанного Ридли.

Что-то в мимике говорившего заставило инспектора усомниться в искренности его последних слов. И, похоже, он не ошибся: Грисби мотнул головой, осклабился и провозгласил:

– А что, если и знамо? Деньжат приплатите? Я бы не отказался.

Ридли отозвался в тон:

– Пеньковый галстук по тебе плачет, приятель. Не хочешь ли примерить перед уходом?

Грисби иронии не оценил.

– Слыхал, как джентльмен этот назвал улицу где-то в Сохо, – произнес он недовольным голосом, с трудом проталкивая слова, ворочащиеся во рту, подобно булыжникам. – Точного адреса не было... Да там и нет ничего, кроме складов и опиумных притонов. – И стиснув кулаки: – Это все, что я знаю, инспектор. Можно уже идти? Засиделся я тут у вас. Тошно...

Ридли, глубоко задумавшись, никак на это не отозвался.

Джек подвязался обходить доки вместе с Дрискоулом... Не потому, что хотел зависеть от констебля-переростка, просто, в противном случае, Ридли велел ему убираться восвояси. Сказал, не желает отвечать за гибель «глупого мальчишки, сующего нос, куда не следует».

– Мы достоверно не знаем, кто удерживает мисс Эдвардс, – сказал он, пытаясь смягчить резкость своих же слов. – Достаточно вспомнить джентльмена, сделавшего заказ у цветочницы. Возможно, он же является убийцей мистера Гарднера. Нет, – подытожил он решительным тоном, – бродить по докам одному тебе решительно невозможно.

И кликнул Дрискоула.

Они обошли уже половину пустующих зданий к северу от Вардур-стрит, однако ничего подозрительного так и не обнаружили. Джек заскучал, справедливо полагая, что вот-вот раздастся полицейский свисток, и кто-то другой сообщит об обнаружении мисс Эдвардс.

Этого ему хотелось меньше всего...

Джек надеялся первым отыскать похищенную девицу и тем самым доказать Ридли свои детективную хватку и незаменимость. Все-таки в полицию попадали только по протекции, а ему, кроме как на Ридли, и надеяться было-то не на кого. Тот же продолжал видеть в нем всего лишь нищего паренька из Уайтчепела, едва ли способного к чему-то серьезному... По крайней мере, именно так все и выглядело на первый взгляд.

И вдруг Дрискоул произнес:

– Гляди, замок взломан.

Джек встрепенулся, вскинул поникшую было голову, стиснул в руке подаренный Гриром нож.

– Входи, я подстрахую.

– Лучше не лезь, – отозвался на его предложение констебль. – Оставайся здесь и наблюдай за входом. – Сам толкнул отозвавшуюся тихим скрипом массивную дверь и засветил во тьму фонарем. Его бледный желтоватый свет выхватил ряды деревянных ящиков и узкий проход между ними, которым Дрискоул и направился, выставив перед собой руку с полицейской дубинкой.

Едва он скрылся из вида, продолжая указывать свое местонахождение лишь блуждающим огоньком потайного фонаря, как Джек услышал шаги... Торопливые, несущиеся в его направлении.

Кто-то бежал по тому же осматриваемому констеблем проходу...

– Дрискоул, – выкрикнул Джек, невольно попятившись.

Вместо ответа – замершее перешептывание незримого приближения.

– Дрискоул! – его повторный крик эхом отозвался от стен, а потом отрикошетил прямо... в его же солнечное сплетение.

Джек задохнулся, согнувшись вдвое, захрипел, успев лишь заметить тяжелые ботинки стремительно удаляющиеся по дороге. Только тогда и догадался, что это кулак неизвестного вышиб из него весь дух.

Вот же ж олух, Ридли ему этого не простит! С этой мыслью он и припустил следом за незнакомцем... Дыхание все еще не нормализовалось, однако и преследуемый не особо спешил: крался вдоль парапета, стараясь не привлекать внимание других констеблей. Никак был уверен, что надолго вывел Джека из строя...

Вот только не тут-то было: юноша сдаваться не собирался.

– Эй! – Джек удобнее перехватил рукоять ножа. – Стоять, иначе выстрелю.

Темный силуэт отозвался едва слышным фырканьем.

– Так стреляй, чего медлишь?

Джек метнул нож. Собирающийся перемахнуть через ограждение беглец глухо вскрикнул и мешком повалился на землю с другой стороны стены...

В этот момент тишину ночи и вспорол пронзительный полицейский свисток.

Ее обнаружили на том самом складе, связанной и изможденной, с черными кругами под глазами...

Дрискоул обнаружил мисс Эдвардс и засвистел в свой свисток.

Джек прибежал одним из первых – констебль как раз перерезал веревки, стягивающие ей руки, – и помог вынести девушку наружу. Она рыдала, не переставая...

Белое платье, в котором она была похоронена заживо, пропахло затхлой сыростью заброшенного склада и стойким ароматом прелой земли.

– Снимите его с меня! – было первым, что потребовала девушка, оказавшись в доме своих родителей.

Миссис Эдвардс в очередной раз потеряла сознание, только теперь уже от счастья.

Тем временем Ридли присутствия духа не терял, да и расслабляться не собирался. Только выслушал рассказ Джека о схватке в подворотне, ранении и бегстве неизвестного и сразу же заявил:

– Необходимо, как можно скорее переговорить с мисс Эдвардс и выяснить личность таинственного сообщника Гарднера. А также узнать мотивы, им движущие... Уверен, девушка, сумеет пролить свет на интересующие нас вопросы.

Сказано – сделано. Они появились в доме Эдвардсов сразу после полудня, едва дав отдых уставшему телу и позволив самой мисс Эдвардс хоть малость, но прийти в себя после свалившихся на нее ужасов.

Впрочем, миссис Эдвардс полицейского такта не оценила: завидев инспектора Ридли на своем пороге, в сердцах воскликнула:

– Неужели вам мало горя, выпавшего на долю бедняжки, что вы готовы усугубить его своими неуместными расспросами? Дайте девочке отдохнуть и набраться сил, вернуть душевное благополучие... Она крайне истощена и нуждается в бережном уходе.