Зачем убивать дворецкого? Лакомый кусочек - Джорджетт Хейер

– Фэй поднялась к себе в комнату. Видимо, они пригласили ее первой. Я разговаривал с миссис Твининг. Она сказала, что Фэй хочет побыть одна. Прилечь и никого не видеть. Боюсь, сегодня никто из нас не сможет уехать. Это не нарушит ваших планов, мисс де Сильва?

– Сейчас я остаюсь только по собственному желанию, – с достоинством ответила Лола. – Конечно, я не уеду, но, полагаю, это платье нужно снять, оно зеленое, а я, можно сказать, почти член семьи, поэтому надо надеть черное. Помнится, я привезла черное платье, оно к тому же очень шикарное.

– Собственно говоря, я тоже подумывала о том, что бы такое надеть, – развила тему Камилла. – Нехорошо ходить в светлом, правда? Только я никогда не носила черных платьев и сейчас не хочу покупать, мне оно потом не понадобится, понимаете.

Дайна не нашла в себе сил вступить в это обсуждение и подчеркнуто ровным тоном обратилась к Гесту:

– Стивен, выяснили полицейские что-нибудь?

– Не знаю, – ответил Гест. – Они скрытничают.

Недовольная его лаконичностью, Дайна вздохнула. Вскоре вернулся Холлидей. И неестественно спокойным голосом произнес:

– Камилла, теперь полицейские хотят поговорить с тобой. Тебе нужно только будет рассказать, что ты делала сегодня утром, так что не паникуй и не болтай о посторонних вещах.

– Бэзил, пошли вместе! Тебя пустят? Ужас как не хочется идти одной. Меня же начнут расспрашивать о том, чего я совершенно не знаю.

– Вот и отвечай, что не знаешь! И ради Бога, не будь такой затравленной! – грубо прикрикнул он. – Говорю же тебе, бояться совершенно нечего!

Бэзил придержал дверь и, когда Камилла вышла, резко захлопнул. Потом возвратился на свое место и потянулся к бокалу.

– Положение у меня довольно неприятное, – проскрипел он. – Очевидно, вы знаете, что, кажется, я последний видел сэра Артура живым?

Дайна в изумлении уставилась на него. Лола, старательно снимавшая кожицу с персика, никак не среагировала. Стивен Гест свернул салфетку.

– Нет, я не знал.

– Это так, – сказал Холлидей. – У меня с ним вышла… не ссора, но, скажем, неприятный разговор. С хозяином дома не ссорятся, это понятно. Однако при таком обороте дел… – Он повернулся к дворецкому: – Финч, насколько я понимаю, вы слышали наш разговор с сэром Артуром. И кажется, создали у полицейских впечатление, будто мы яростно бранились.

– Такого намерения у меня не было, сэр, – невозмутимо ответил дворецкий. – Однако на вопрос, не слышал ли я, как сэр Артур разговаривал с кем-нибудь между двенадцатью и часом, мне пришлось ответить правду.

– Незачем было говорить, что мы ссорились, – сказал Холлидей. – То была не ссора. Собственно говоря, значения это не имеет, но представляет меня в невыгодном свете.

– Весьма сожалею, сэр, – бесстрастно произнес Финч.

Камилла вернулась возбужденной.

– Слава Богу, все позади! – выдохнула она. – Теперь просят вас, мисс де Сильва. Бэзил, раз нам нельзя уезжать, давай распакуем вещи. Честно говоря, я не понимаю, зачем нам оставаться. Эти полицейские ужасно действуют мне на нервы. Один сейчас стоит в холле. Наверное, боятся, как бы мы не попытались бежать!

– Кажется, меня приберегли напоследок, – заметила Дайна, когда Холлидеи вышли. – Поторапливались бы. Я хочу подняться к Фэй.

– Думаю, мисс, вам не придется давать показаний, – сказал Финч, поднося ей кофе. – Насколько я понимаю, вы все время находились на веранде.

– Да, пожалуй, – задумчиво протянула Дайна. – Стало быть, я вне подозрений?

И тут же пожалела о своих словах.

– Попью кофе наверху, – поднялась она. – Кажется, все оборачивается весьма неожиданной и неприятной стороной. Мне и в голову не приходило. Даже когда мистер Холлидей сказал, что последним видел Артура. Видимо, все мы так или иначе находимся под подозрением.

– На твоем месте я бы не беспокоился, – сказал Гест, открывая ей дверь. – И позаботься, чтобы Фэй тоже не волновалась. Ладно?

Никогда еще в Грейндже день не тянулся так долго. Дайне казалось, он никогда не кончится. Ощущение нереальности усиливалось. Фэй заперлась у себя в комнате и никого не впускала; Холлидеи тоже оставались наверху. Джоан Доусон, занимаясь своим делом, попутно успевала громко всхлипывать. Джеффри не мог себе местa найти; невозмутимое спокойствие Стивена, читавшего в бильярдной газету, казалось каким-то неестественным. Лола после долгой беседы с потрясенным, однако упорствующим в своей недоверчивости суперинтендантом объявила, что ей нужно отдохнуть до чаепития, и отправилась наверх. Миссис Твининг осталась в гостиной с Джеффри, а вот доктору Реймонду, после того как его показания были тщательно записаны, разрешили уехать.

Начальник полицейского участка майор Грирсон приехал с медицинским экспертом, одетым в штатское сержантом и фотографом в половине четвертого. Озабоченного вида человек лет пятидесяти, говорил он торопливо, неуверенно и, видимо, страдал хроническим насморком. То и дело шмыгал носом, постоянно прикладывая к нему скомканный платок. Встретили его суперинтендант и случайно оказавшаяся в холле Дайна.

– Ужасно, ужасно! – сказал майор. – Я хорошо знал генерала… э… хорошо. Вы его свояченица? Так. Суперинтендант, если вы готовы…

Сопровождаемый экспертом, фотографом и человеком в штатском, оказавшимся дактилоскопистом, майор удалился вслед за суперинтендантом в кабинет; там они надолго уединились.

В половине пятого Фэй спустилась вниз. В черном платье, она выглядела бледнее обычного. Глаза ее по-прежнему были ошеломленными, расширенными, словно при виде призрака, но держалась она очень сдержанно. Сев на свое обычное место у чайного подноса, Фэй заставила себя сказать:

– Очень мило, что вы остались, Джулия. Боюсь, для вас все это было очень… очень неприятно. Я до сих пор не могу полностью осознать случившегося. Все мне кажется невероятным, как в дурном сне. Они… они еще не закончили? Не знаете, удалось им найти что-нибудь, дающее… какую-то нить? Лично я уверена, что убийца вошел снаружи. Балконные двери ведь были распахнуты, и… Артур нажил много врагов. Вам не кажется так, Джулия? А тебе, Дайна?

Джеффри поставил дрожащей рукой чашку на блюдце.

– Уж не намекаешь ли ты, что убил его я? – спросил он. – Так вот, да будет тебе известно, что меня и близко от дома не было.

На лице Фэй появилось испуганное выражение.

– Нет-нет, что ты! Мне такое даже в голову не приходило! – Она подняла взгляд на вошедшего Геста, и Дайна разглядела в ее глазах ужас. – А вот и ты, Стивен, – ровным голосом сказала Фэй. – Я как раз хотела попросить Джеффри сходить за тобой, сказать, что чай подан.

Вслед за ним появились Холлидеи. Камилла решила проблему траура явно к собственному удовлетворению, сменив светло-голубое платье на темно-коричневое, которое ей было очень к лицу. Она, казалось, недавно плакала, вид у нее был подавленный, чего нельзя было сказать о Лоле.