Зачем убивать дворецкого? Лакомый кусочек - Джорджетт Хейер

– Эта ужасная иностранка! – Миссис Чадли негодующе втянула в себя воздух. – Поверьте, я вам сочувствую. Очень непростое положение. Я проявляю большой интерес ко всем прихожанам, независимо от их общественного положения, и очень расстроилась из-за Джеффри. Такой славный мальчик попался в когти… скажу прямо – авантюристке! Знаете, леди Биллингтон-Смит, молодые люди, особенно легко возбудимые, иногда нуждаются в очень деликатном обращении. Простите, но из слов сэра Артура за обеденным столом я поняла, что он разгневан.

– Да, – сказала Фэй, беспомощная перед этим словесным водопадом. – Мой муж и вправду взбешен…

Миссис Чадли придвинулась к ней чуть поближе.

– Какое несчастье! Я опасалась этого. Надеюсь, ходящий по городу слух о полном разрыве неверен?

У Фэй замерло сердце. Собрав все свое мужество, она небрежно бросила:

– Не представляю, откуда он мог взяться.

– Вы же знаете, что за народ слуги, – угрюмо сказала миссис Чадли. – Им только дай повод язык почесать! Продавец из булочной сказал моей кухарке, что ваша кухонная прислуга рассказала ему, будто генерал яростно ссорился с Джеффри сегодня утром. Лично я не обращаю внимания на болтовню прислуги, но, зная вас так хорошо, леди Биллингтон-Смит, считаю своим долгом поставить вас в известность. И если правды в этих кривотолках нет, буду рада опровергнуть их, как только услышу.

В голове у Фэй словно дергался какой-то нерв. Она поднялась.

– Миссис Чадли, я не могу обсуждать с вами этот вопрос. Джеффри всерьез рассердил отца. Не знаю, чем это кончится, поэтому ничего вам сказать не могу. Простите, если кажусь грубой, но я… я слегка расстроена.

Дайна по знаку Стивена Геста, с мрачной тревогой наблюдавшего за Фэй, обернулась и, увидев на лице у сестры полное изнеможение, немедленно пришла ей на выручку.

– Миссис Чадли, что это за клуб, где Фэй намерена выступать? – спросила она, пересев поближе. – Вот уж не представляла, что моя сестра способна читать лекции!

Дайна делала вид, что слушает с большим интересом, однако не слышала ни слова. Из бильярдной появился Бэзил Холлидей и подошел к сидящим, держа руки в карманах пиджака. Морщинистое лицо его напоминало выцветшую маску. Он отрывисто кивнул миссис Твининг и сел рядом с ней. Дайна заметила, как он бросил взгляд на жену и тут же отвернулся.

– А я ломала голову, куда ты подевался? – заметила Камилла.

– Я никуда не выходил, – отрывисто сказал Бэзил.

«Господи, ну и компания! – подумала Дайна. – Не хватает только дерганого Джеффри. Даже с Лолой было бы попроще…»

Стивен Гест принялся шарить в карманах. Холлидей машинально спросил:

– Ищете сигареты? У меня есть.

Стивен, встав, покачал головой.

– Спасибо, с вашего разрешения, схожу за табаком. Я предпочитаю трубку.

Он вошел в дом, и Дайна, сдерживая усмешку, подумала: «Бедняга, уже не может выносить этого; просто сумасшедший дом, а не дружеская компания».

Из рассеянности ее вновь вывел голос миссис Чадли:

– Ваша сестра выглядит нездоровой, мисс Фосетт.

– Любая женщина выглядела бы нездоровой при таком муже, – ответила Дайна с прямолинейной откровенностью.

– Да, ладить с генералом нелегко. Мы все, естественно, об этом знаем. Боюсь, прискорбная история с Джеффри сильно на нее подействовала.

– Что ж, – с тайным умыслом заговорила Дайна, – положение у Фэй действительно скверное. Джеффри не ее сын, она бессильна помешать Артуру отречься от него, и все, кто плохо знает мою сестру – разумеется, не люди вроде вас, – сразу же сочтут ее злобной мачехой.

– Жаль, – сказала миссис Чадли, – что леди Биллингтон-Смит намного моложе генерала.

– Совершенно с вами согласна, – искренне ответила Дайна.

Миссис Чадли плотно сжала губы и поднялась. Фэй подошла к ней.

– Миссис Чадли, вам уже пора? Может, останетесь, выпьете с нами коктейль?

– Спасибо, я притрагиваюсь к спиртному только перед самым ужином, да и то лишь изредка, – сухо ответила та. – Нет-нет, пожалуйста, не провожайте. Надеюсь, взносы в фонд пришлете потом, сейчас мне отрывать вас неловко, вы заняты гостями. Господи, уже половина первого! Надо спешить, а то Хилари заждется. С вашего позволения, выйду садом, не хотелось бы снова проходить через весь дом. До свидания, надеюсь, головная боль у вас скоро пройдет – только я не рекомендовала бы вам коктейль в качестве лекарства!

Миссис Чадли, довольно едко улыбнувшись, кивнула всей компании и через газон направилась к подъездной аллее.

С трудом дождавшись, когда она окажется за пределами слышимости, Камилла сказала:

– Слава Богу, ушла! Мне жаль бедного старика Хилари.

Миссис Твининг смерила ее взглядом:

– Не нужно его жалеть. Эмми Чадли очень привязана к мужу.

Камилла сердито покраснела от второго выговора. К счастью, тут Финч внес на веранду поднос с коктейлями и отвлек ее. Миссис Твининг, с удовольствием прищучив Камиллу, заговорила в любезнейшем тоне с Бэзилом Холлидеем. Фэй откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза, а Дайна, видя, что Камилле хорошенько досталось, решила отвлечь ее и спросила, как ей удается так ровно загореть. Та сразу же оживилась и затараторила. За десять минут ее неумолчной болтовни Дайна узнала, как добиться такого красивого золотисто-коричневого оттенка; какими кремами пользоваться, какими нет; когда и где лучше загорать на Французской Ривьере и какая губная помада лучше всего сочетается с загорелой кожей.

Вернулся Стивен Гест, и Камилла тут же перенесла внимание на него.

– Вы чуть не опоздали к коктейлю! – объявила она. – Присаживайтесь рядом со мной. Уезжаете в три десять, как и мы, или вы на машине?

– Нет. – Стивен покачал головой. – Поеду поездом.

И, протянув руку, взял свой стакан.

– Что, порезались? – спросил Холлидей, подавшись вперед.

Гест бросил взгляд на свою руку. На манжете краснел мазок крови.

– Да, – ответил он. – Потому и задержался. На жестянке с табаком оказалась тугая крышка, и я как дурак пытался ее сорвать.

– Знаю я эти крышки! Ужасные, правда? – сказала Камилла, хотя вряд ли понимала что-нибудь в трубочном табаке. – Это которые нужно чем-то обертывать, а потом открывать? Надо бы прижечь йодом. У одного моего знакомого такой порез загноился. Дайте посмотреть!

– Ерунда, – сказал Гест, одергивая манжету.

Фэй широко раскрыла глаза.

– Стивен, ты сильно порезался? Приложи, пожалуйста, что-нибудь! Дай взгляну!

Гест допил коктейль и поставил стакан.

– Дребедень, Фэй, как мы говорили на Западе. Обыкновенная царапина.

Миссис Твининг взглянула на часики: