Мертвецы не катаются на лыжах. Призрак убийства - Патриция Мойес

– Я думал, в последнее время положение улучшилось, – сказал Генри.

– Я бы не сказал «улучшилось», – мрачно ответил Мансайпл. – Со сковородки да прямо в огонь. Обнаружив, что его нечестные планы не срабатывают, он изменил тактику на еще более неприятную. Вдруг стал очарователен, дружелюбен – добрый сосед. Говорил комплименты моей жене, приносил ей растения для альпийского садика, и тому подобное. Потом выяснилось, что так он ухаживает за Мод. Можете себе представить подобную наглость? Он даже сделал ей предложение!

– Она очень привлекательная юная девушка. Могу понять человека, влюбившегося в нее.

– Влюбившегося? Будь оно проклято! – Майор вышел из себя. – Этот тип просто рассчитал, что подходящая жена будет еще эффективнее, чем желанный дом. Он знал, что когда-нибудь моя дочь унаследует особняк. Конечно, Мод просто засмеялась и ответила, что уже неофициально помолвлена с Джулианом. Вы еще Джулиана не видели?

– Пока нет, – ответил Генри.

– Чудесный молодой человек. Но даже это известие не остановило Мейсона. Он продолжал преследовать мою дочь.

– Я думаю, она была вполне способна с ним разобраться, – сказал инспектор. – Мисс Мансайпл произвела на меня впечатление отнюдь не беспомощной особы.

– Вот что забавно, – возразил Джордж. – Я был готов сказать то же самое. Но в последние дни у меня возникло ощущение, что она боится Мейсона.

– Боится?

– Да. Вам придется самому ее об этом спросить. Мне бы не хотелось… понимаете, это все достаточно неловко. Десять дней назад у Джулиана была крупная ссора с Мейсоном, и он угрожал…

– Угрожал, что сделать, майор Мансайпл?

– Да ничего. Это просто оборот речи. Молодой человек только предупредил его достаточно резко, и сказал, что если он снова будет надоедать Мод, то…

И снова майор запнулся. Генри, широко улыбнувшись, ответил:

– Вполне представляю себе их диалог. К счастью, такие угрозы редко произносятся всерьез, иначе число убийств было бы куда больше. Тем не менее сейчас я понимаю, почему вы поместили Мод и ее жениха в список людей, имеющих мотив.

– Ну, вот, – заключил Мансайпл. – Таково положение вещей.

– Вы внесли в список «Мотивы» миссис Мансайпл, – сказал инспектор. – Почему?

– Почему? Ну как, почему? Потому что она моя жена, конечно. У нее те же причины, что и у меня.

– Понимаю, – ответил Генри. – А теперь расскажите, пожалуйста, что произошло вчера? То, что видели вы.

– Очень немногое могу рассказать. Я пригласил братьев на выходные знакомиться с Джулианом. Эдвин приехал в четверг и почти всю пятницу провел на рыбалке.

– И в игре на кларнете?

– Да, это тоже. Удивительно, что Мейсон не жаловался по данному поводу. Я вчера провел день в саду, на прополке, и видел, как возвращается с реки Эдвин, около пяти часов пополудни. С ним был кларнет и добыча – прекрасная форель. Жаль только, что кларнет он положил в корзину для рыбы, а форель – в футляр кларнета. Впрочем, Вайолет говорит, что футляр можно будет спасти. Эдвин сказал, что пойдет к себе в комнату вздремнуть – «ухо придавить», как говорят у них в Буголаленде, и прошел в дом.

Клод и Рамона приехали из Бредвуда поездом 15:45. Местное такси их довезло до Крегуэлл-Холла. Когда они распаковались – где-то в половине пятого, то пошли в сад и сказали, что немножко там погуляют. Рамона что-то говорила насчет «подружиться с деревьями», чего я не понял. Вот поэтому они помещены в список «Возможность», как видите.

Примерно в половине шестого я услышал рев этой огромной безобразной мейсоновой машины, подъезжающей к дому. Разговаривать с этим человеком у меня не было желания, так что я взял пистолет из гардеробной и как можно скорее ушел на стрельбище. Встретил Мод и Джулиана, которые шли от реки. «Я пока домой не пойду, – сообщил я им. – Там сами знаете кто приехал только что на своем “мерседесе”».

Мод сразу побледнела, бедняжка, а Джулиан очень разозлился. «Сейчас пойду его выставлю, – сказал он. – Нет, милый, – возразила Мод, – будь разумен. Пойдем опять к реке и не будем возвращаться, пока он не уедет». Ну, Джулиан рвался в бой, но Мод его в итоге убедила, и они повернули обратно.

Я пошел дальше к стрельбищу, немного потренировался, все время прислушиваясь, не уехала ли машина. И, как следовало ожидать, где-то через час завелся двигатель. «Отлично, – подумал я. – Сейчас вернусь в собственный дом и спокойно выпью пива».

– Вы слышали, как у Мейсона заглох двигатель?

– Не совсем. То есть я слышал, что шум прекратился, но не знал, что это заглох двигатель, – решил, Мейсон уехал. Потом был выстрел, который меня очень удивил. Мой пистолет находился при мне, а вне стрельбища не разрешено стрелять никому. Я испугался, что произошел несчастный случай, и поспешил к дому прямым путем, то есть через кусты и на дорожку. Там я увидел машину с открытым капотом, а рядом с ней на земле лежал Мейсон.

– Больше вы никого не видели?

– Только тетю Дору. Она шла по дорожке от дома, размахивая своими чертовыми, простите за выражение, брошюрами. И кричала: «Мистер Мейсон!» Потом из дома вышли моя жена и Эдвин.

«Что случилось?» – спросила Вайолет. «Судя по всему, застрелили Мейсона», – ответил я. «Джордж, что ты натворил?» – воскликнула она. Я ответил: – «Вайолет, не будь дурой. Я ничего не творил. Иди позвони доктору Томпсону». И она пошла и позвонила.

Генри в процессе рассказа майора что-то писал в блокноте. В наступившей тишине он заполнил страницу и провел внизу черту.

– Насколько убедительно звучал мой рассказ? – спросил Мансайпл.

– Вы же не думаете, что я вам об этом сообщу? – ответил Тиббет и посмотрел на часы. – Становится поздно. Давайте пойдем и посмотрим на ваше знаменитое стрельбище.