Король лжи - Джон Харт

То, что я видел, было сокрушительным ударом. Он использовал ее, грубо обращался с ней, а ее глаза пылали, как глаза животного. Не было никакого офиса, никакого мира: все ушло, стерлось, и я не почувствовал, как пол побежал навстречу моим коленям. Мне скрутило желудок, а рот наполнился желчью. Моя жена – на спине, затем на руках и коленях. Мой отец – волосатый, как животное с фермы, мычащий, будто под ним была бессловесная тварь, а не жена его единственного сына.

«Как долго?» Эта мысль настигла меня. «Как долго это продолжалось?» И затем: «Как я мог пропустить это?» И только когда я не мог больше воспринимать происходящее, экран застыл. Все внутри меня опустилось, я ожидал краха, который, однако, не произошел. Я буквально онемел, пораженный тем, что увидел. Ее голос, когда она заговорила, окончательно добил меня:

– Ты прибил половицы.

Я повернулся и увидел ее. Она стояла рядом со столом Эзры. Я не слышал, как она поднималась по лестнице. и не имел ни малейшего понятия, долго ли она была здесь. Она положила пульт дистанционного управления на стол. Я поднялся. Моя жена выглядела спокойной, но глаза у н были безжизненными, а губы влажными.

– Ты знаешь, сколько раз я пыталась открыть этот проклятый сейф? – Она сидела на краю стола и смотрела на меня; ее лицо было бледным, а голос бесцветным. – Поздно вечером, пока ты спал. Быть замужем за пьяницей – очень удобно. Ты всегда крепко спал. Конечно же, я знала об этих записях. Мне не следовало позволять ему их делать, но он настаивал. Я не знала, что он хранил кассеты в сейфе, пока не стало слишком поздно.

Ее глаза были потухшими, и, когда она моргала, казалось, что наклоняется все тело. Похоже, она наглоталась наркотиков, возможно, так оно и было. Я не знал ее. Никогда не знал.

– Слишком поздно для чего? – спросил я, но она проигнорировала мой вопрос. Одной рукой она теребила свое ухо, а другую держала за спиной. Тогда я понял, что ошибался относительно очень многого.

– Это была ты, – догадался я. – Ты сбросила стул по лестнице.

Я огляделся вокруг. Здесь был только один выход.

– Да, – произнесла Барбара. – Я сожалею. Но думаю, что рано или поздно это должно было случиться. Я бывала тут много раз. – Она пожала плечами. Из-за спины у нее появилось оружие. Увидев его, я остолбенел. Маленький серебряный автоматический пистолет. Она почесала дулом щеку.

– Зачем тебе оружие, Барбара? – Я пытался насколько возможно говорить спокойно. Она снова пожала плечами и посмотрела на пистолет, склонившись над ним, как будто завороженная игрой света на его блестящих плоскостях. Черты ее лица расслабились. «Она не в себе», – подумал я.

– Я приобрела его на некоторое время, – проговорила она. – В эти дни в городе становится опасно» особенно женщине, которая ночью одна в доме.

Я знал, что в опасности находился сейчас я, но меня это не волновало.

– Почему ты убила его, Барбара?

Внезапно она подскочила, тыча оружием в мою сторону, спокойствие исчезло из ее глаз, на смену ему пришло что-то совершенно иное. Я вздрогнул, ожидая пули.

– Я сделала это ради тебя! – вскрикнула она. – Ради тебя! Как ты смеешь сомневаться во мне? Я все сделала ради тебя, неблагодарный ублюдок!

Я поднял руки.

– Извини. Попытайся успокоиться.

– Сам успокойся! – Она сделала три неверных шага ко мне, держа пистолет наготове. Остановилась, но не опустила оружия. – Тот сучий сын собирался изменить завещание. Я трахала его в течение полугода, пока он согласился сделать так, как надо. – Она засмеялась, и ее смех был похож на барабанный стук пальцев по доске. – Вот чего мне это стоило. Но он собирался вернуть старое завещание, каким оно было прежде. Я не могла этого допустить. Так что не притворяйся, будто я никогда ничего не делала для тебя.

– Именно поэтому ты спала с моим отцом? Ради денег?

– Не ради денег. Деньги – это тысяча долларов или десять тысяч. Он никогда не доверил бы тебе пятнадцати миллионов долларов. Он планировал оставить тебе только три. – Она горько усмехнулась. – Только три. Можешь поверить в это? Такой богатый! Но я переубедила его. Он изменил сумму на пятнадцать. Я добилась этого для тебя.

– Ты это сделала не ради меня, Барбара.

Оружие начало дрожать в ее руке, и я увидел, как побелели ее пальцы, державшие пистолет.