Стокгольм delete - Йенс Лапидус

Она подняла бокал и сделала большой глоток.

– Фантастика! – сказала она под конец. – Я только посмотрю в свою рабочую схему….

– Рабочую схему! – фыркнул Магнус. – Она же у тебя в телефоне, рабочая схема! И не волнуйся – все твои хвосты подчистят другие.

Язык будто прилип к гортани.

– Ладно… – Магнус, похоже, спокоен. И то хорошо. – Поговорим потом, когда ты проверишь свою… рабочую схему.

Скрытая ирония в голосе.

После обеда подали кофе и коньяк – в гостиной. Включили музыку. В углу теплым черным сиянием отливал рояль – по всем признакам, недавно отполированный. Солнце медленно сползало к горизонту. Половина одиннадцатого.

Эмили вышла на лужайку перед домом и позвонила Тедди. Отвечай же, отвечай!

Телефон выключен.

Вернулась в дом, присела с чашкой кофе и стала наблюдать за гостями – весело болтают о чем-то, то и дело прыскают от смеха. Летние планы, погода. И не только. Захмелевшие соседи рассказывали про свои служебные подвиги, про виртуозные транзакции, делились слухами, сплетнями про другие адвокатуры, про своих шефов.

Поговорила с Йоссан. Поговорила со своей секретаршей, с Класом, Эммой, Георгом – помощники юристов, адвокаты. Как и она сама. Коллеги. Все с удовольствием прихлебывали коньяк, хихикали и смотрели на нее, на ее бокал-тюльпанчик – не успеешь поднять к губам, тут же уставятся пять пар глаз. Или, может, только кажется.

Она и так слишком много выпила. Надо было бы пойти и прилечь. Но водное такси заказано на два часа ночи, а поспать негде.

Подумала о Николе. Наверное, Тедди был таким же, пока не угодил на восемь лет за решетку. Никола упорно стоял на своем: он не совершал ничего противозаконного. В супермаркете не был. Про взорванный сейф знать не знает. Полицейским верит еще меньше, чем Магнус своим партнерам по крупным сделкам.

Предварительное расследование обещали закончить в ближайшие дни. Значит, суд состоится через пару недель. Самое большее. Она не имеет права прохлаждаться в Нью-Йорке.

Подошел Магнус с двумя бокалами. На дне плескался коньяк.

– Знаю, что предложение неожиданное, но… – он улыбнулся одними губами, – это, так сказать, горящая путевка.

Протянул ей бокал.

– Или ты хочешь что-то другое? «Бейлис», к примеру? Джин-тоник?

Она приняла у него из рук бокал с коньяком. Идиотка.

– Не хочешь прогуляться?

Они вышли на газон рядом с бассейном. Блики от освещенной воды играли у Магнуса на физиономии. Жутковатое зрелище.

– За тебя, – они чокнулись.

Медленно угас тонкий хрустальный звон. Эмили постаралась только лизнуть содержимое – голова и так кружилась невыносимо.

– Что, коньяк не нравится?

– Что вы, коньяк замечательный.

– «Барон Отар». Поработаешь, и у тебя будет такой монплезир через несколько лет. У тебя есть потенциал. Не только я так считаю. Ты – неотшлифованный алмаз, если ты понимаешь, что я имею в виду.

Он отхлебнул глоток коньяка, покатал в рту и громко причмокнул.

Эмили покрутила бокал с темной янтарно-золотой жидкостью и почувствовала, что ее вот-вот вырвет.

– Спасибо, – только и смогла выдавить она.

Магнус наклонился и опустил палец в воду.

– Море пока еще холодное, но в бассейне – благодать. Как ты думаешь – ни у кого не возникнет желания искупаться?

– Может, и возникнет…

Он шагнул к ней.

– Эмили… все в порядке?

Ни капли больше. Ни под каким видом.

Она закрыла рот и с трудом подавила рвотный позыв.

– Вот вы где! – знакомый веселый голос. – Собираетесь купаться в одежде? Дорого обойдется.

– А почему бы нет? – засмеялся Магнус. – Пойду спрошу, не желает ли кто окунуться. Сауна уже нагрелась, так что не замерзнете.

Йосефин положила руку ей на плечо.

– Да ты напилась, голубушка.

– Да, – еле ворочая языком, сказала Эмили. Тормоза исчезли, как и не было. С Йоссан можно не притворяться. – Но я пила совсем немного.

Ей показалось, что в бассейне растет огромная волна. Цунами, готовое ее поглотить.

– Надо поблевать?

– Думаю… думаю, да.

Сделала несколько неуверенных шагов.

Стесолид и алкоголь. Она же догадывалась о последствиях.

Ее вырвало прямо в укоризненно-чистую воду бассейна.

Закуска, горячее, десерт. И, разумеется, «Барон Отар».