Корабль приговоренных - Нина Дитинич

После покушения Марьяне пришлось изрядно потратиться на охрану. Во всем этом деле она целиком и полностью положилась на Георгия и не ошиблась. Да и женское чутье на этот раз не подвело ее. Георгий был моложе Марьяны на пятнадцать лет и в свои тридцать два года не успел завести семью, что было на руку Марьяне. Обстоятельный, серьезный, он сильно отличался от ее последних любовников: легкомысленного инструктора по фитнесу и женолюба Антона Шпильки.

Георгий сам лично отобрал охранников, установил новую сигнализацию и видеоконтроль.

В помощь Галине взяли молодых расторопных помощниц. В доме несколько изменили интерьер, а спальню Родиона закрыли на замок, и туда время от времени заходила только домработница, чтобы стереть пыль.

Марьяна повеселела, и отчасти это была заслуга Георгия, который тоже увлекся хозяйкой, окружил ее заботой и всячески потакал ее прихотям.

Родовое гнездо Проглядовых стало похоже на хорошо укрепленный замок. Георгий развел бурную деятельность и ограничил доступ к хозяйке. Все телефонные номера были заменены.

Детектив чудом дозвонился ей, потому что мобильник со старым номером валялся в ее спальне разряженный, и вдруг Марьяна решила его зарядить, чтобы проверить пропущенные вызовы перед тем, как уничтожить сим-карту.

Услышав голос Аполлона, она удивилась и одновременно обрадовалась.

— Рада, что вы позвонили, тем более я ваша должница, ведь вы спасли мне жизнь…

— Пустяки, — ответил детектив. — Дело в том, что открылись кое-какие новые обстоятельства, и я хотел кое-что уточнить.

— Приезжайте, — настороженно пробормотала она. — Жду.

На этот раз детектива у ворот встретил сам Георгий. Пока они шли к дому, он рассказал Аполлону обо всех преобразованиях и похвастался усиленной охраной.

— Теперь хозяйка может быть спокойна, она в полной безопасности.

К приходу гостя Марьяна принарядилась и встретила его в длинном темно-вишневом платье, которое удивительным образом подчеркивало все ее достоинства.

— Вы как раз к обеду, — обворожительно улыбнулась она, показав ровные красивые зубы.

— А я специально подгадал, — отшутился Аполлон.

— Тогда сразу в столовую, — увлекла она детектива за собой. — Обедать будем вдвоем, заодно и поговорим.

Вокруг стола в столовой хлопотали две молодые женщины. В дверях, широко улыбаясь, в красивом переднике, с супницей в руках появилась Галина. Поставив супницу в центр стола, она поздоровалась с гостем.

— Судя по запаху, нас ожидает волшебная уха, — шумно втянул в себя воздух Аполлон.

— И не только, — заявила Марьяна. — Галина лично постаралась для вас.

И впрямь обед был великолепен. На второе Галина принесла нежнейшее каре ягненка с овощами. А воздушный десерт из свежих ягод получился выше всяких похвал.

Марьяна отослала прислугу и осталась наедине с Аполлоном. Испуганно взмахнув длинными черными ресницами, она проронила:

— Надеюсь, вы меня не о Крейкере приехали спрашивать?

— Нет, — вздохнул детектив. — К сожалению, никаких известий о господине Крейкере нет. То место, где, по словам Антона Шпильки, якобы захоронили беднягу, осматривали, но ничего не нашли. Но в данный момент меня интересует не адвокат, а ваша подруга Кира Истомина.

— Кира? — встревожилась Марьяна. — Ей что, тоже грозит опасность?

— Не знаю, — уклонился от ответа Аполлон. — Меня интересуют ваши отношения с ней.

Нахмурившись, Марьяна отвела взгляд в сторону.

— Да, собственно говоря, никаких отношений нет, а что конкретно вас интересует?

— Насколько мне известно, у вас с ней достаточно крепкая дружба, и она была настолько близка к вашей семье, что даже стала крестной матерью вашего внука.

— Было дело, — с горечью произнесла Марьяна, — пока у нас все шло хорошо, Кира из нашего дома не вылезала, а потом ее словно подменили. После развода стала Родиона поддерживать, от меня отвернулась.

В глазах Аполлона промелькнула насмешливая искорка.

— Так, может, она хотела вашего мужа заполучить?

Марьяна расхохоталась.

— Родион никогда бы на нее не клюнул, она уже пробовала за ним приударить. Он Киру на дух не переносил, мне все время говорил, что она тварь еще та, а я не верила. Я ведь его с трудом уговорила, чтобы она стала крестной.

Лицо Аполлона вдруг сделалось печальным.