Корабль приговоренных - Нина Дитинич

— Подождите, я хотел бы с вами побеседовать.

Женщина резко остановилась, словно споткнулась. Повернулась к детективу, ее лицо залила краска гнева.

— О чем? — возмущенно проговорила она.

Усевшись в массивное кресло Проглядова, Аполлон со скрытой иронией обронил:

— Например, о Крейкере.

Марьяна вздрогнула. Ее взгляд наполнился тревогой и испугом.

— При чем здесь Крейкер?

— При том. Ко мне обратился Антон Шпилька.

На Марьяну было страшно смотреть, ее лицо исказилось. Сцепив пальцы, словно защищаясь, она дрожащим голосом пролепетала:

— Не понимаю, при чем здесь Шпилька… Мы с ним давно расстались.

— Да вы садитесь, — хозяйским жестом предложил Аполлон, — разговор не короткий.

Кинув отчаянный взгляд на диван, обитый мягкой кожей, она неуверенно присела на краешек. Но подавив внутреннее смятение, Марьяна заговорила достаточно ровным голосом:

— Не знаю, что вам наговорил Шпилька, он человек неуравновешенный и, более того, непорядочный.

Усмехнувшись, Аполлон заметил:

— А что же вы с таким недостойным общались?

— Так он не сразу себя показал, — нервно усмехнулась Проглядова.

— Что же, бывает, — хмыкнул детектив, и перешел к делу: — Шпилька утверждает, что в вашей квартире был убит адвокат Крейкер и сделали это вы.

Было видно, что Марьяна ждала этого вопроса. Истерически хохотнув, она покрутила пальцем у виска.

— Псих! И вы ему поверили?

— Я — нет, — отвел взгляд детектив, — но проверить обязан.

— Вот видите, — обрадовалась женщина, — сразу видно, что вы нормальный, разумный человек.

— Но дело в том, что Крейкер действительно пропал, и никто не знает, где он.

Благородное негодование сверкнуло в глазах Марьяны.

— А при чем здесь я?

Оставив вопрос без ответа, Аполлон начал размышлять вслух:

— Конечно, Антон Шпилька несет что-то непонятное, потому что Крейкер после того, как был убит, звонил вашему тогда еще живому мужу и своим друзьям Сосновским.

— Сосновским?! — непроизвольно вырвалось у Марьяны.

— Да, Сосновским, — с удовольствием повторил детектив. — Вас что-то смущает?

— Ничего, — пробормотала хозяйка. Помрачнев, она уставилась в одну точку.

— А меня смущает, — весело пропел Аполлон. — Сосновские у вас дважды соседи — и здесь, и в новой квартире. Более того, господин Сосновский важный чиновник в области строительства, а ваш муж был, так скажем, монополистом в этой области, и наверняка между господином Сосновским и вашим супругом была определенная дружба? Неужели вы не в курсе?

Опустив глаза, Марьяна печально покачала головой.

— Родион давно уже не делился со мной ничем. На официальных приемах я общалась с Сосновскими как со всеми остальными. Ничего больше сказать не могу, а вот то, что Крейкер общался с ними, меня удивило, он никогда не упоминал об этом.

— Было бы странно, если бы упоминал, — заметил детектив. — Деловые люди не распускают язык.

— Так, выходит, Крейкер был дружен с Сосновскими, — задумалась Марьяна. — Странно, мне как-то раньше это не приходило в голову.

— Мне не нравится слово «был». Может, Шпилька рассказал мне правду? — ухмыльнулся Аполлон.

— Что вы! — всполошилась Марьяна. — А как я еще должна говорить? Человек пропал, не звонит, не появляется…

— Ладно, об этом потом, а вот имя Максим Косоруков вам о чем-нибудь говорит?

— Нет, а кто это такой?

По ее искреннему, глубокому недоумению Аполлон понял, что Косоруков Марьяне не знаком.

— А имя Мурат вам, случайно, не знакомо? — вкрадчиво произнес детектив.

Побледнев, Марьяна, покачала головой.

— Нет, в первый раз слышу.