Тринадцать гостей. Смерть белее снега - Джозеф Джефферсон Фарджон

Дэвид заметил, что старик взглянул на молоток.

– В портмоне также лежит сорок четыре фунта однофунтовыми купюрами, – продолжил Молтби. – Большой соблазн для такого проходимца, как Смит. Однако у нас есть основания утверждать, что он не сознавал риска, связанного с этой кражей. Позвольте мне воссоздать ход событий в поезде, после чего вы вольны раскритиковать логику моих рассуждений.

Барлинг дремлет в углу соседнего с нами купе. Кроме него и Смита, в купе никого нет, поэтому тот решил воспользоваться случаем. Вероятно, Барлинг вытаскивал свое портмоне, а может, Смит просто догадался, что здесь удастся поживиться. Жулики весьма сообразительны и быстро вычисляют потенциальную жертву. Кстати, мистер Хопкинс, а как был одет Барлинг? Вы не помните?

– А? Нет! Да, помню! – выпалил Хопкинс. – В твидовый костюм. Довольно кричащей расцветки. Да, точно.

– Он был похож на игрока?

– Вроде да… Впрочем, я не уверен.

– Мне не нужна ваша уверенность. Меня интересует впечатление, которое он на вас произвел.

– Да, теперь мне так кажется. Не тогда, а сейчас, когда вы об этом сказали.

– Это вполне согласуется с фактами. Выиграв некую сумму денег, Барлинг мог неосторожно похвастаться этим. Как бы то ни было, Смит выкрал у него портмоне, но при этом разбудил его. Завязалась борьба…

– Но мы же ничего не слышали, – прервал его Дэвид.

– А вы что-нибудь уловили, когда Смит душил мистера Хопкинса?

При этом неприятном воспоминании тот судорожно глотнул.

– Схватка была короткой и бесшумной. Возможно, они оба вцепились друг другу в горло. Почувствовав реальную угрозу, Смит действовал весьма решительно.

– О да, – пробормотал мистер Хопкинс.

– Думаю, мистер Хопкинс согласится, если я предположу, что Смит достаточно силен, чтобы задушить человека…

– Да, но мне бы не хотелось…

– Я сразу заметил, что у него сильные руки, низкий лоб и толстая короткая шея. Еще раз повторяю, что схватка была короткой и бесшумной. Эти двое не били друг друга и не ударялись о стены. На Смите не видно синяков или следов крови. И мы, как справедливо заметил мистер Кэррингтон, ничего не слышали – ни яростных криков, ни предсмертных воплей. Барлинг умер от удушения. Когда его тело сползло на пол купе – где его позже обнаружил кондуктор, – Смит на минуту растерялся. Вряд ли он считал, что убил Барлинга. Но и без этого он натворил немало, что не сулило ему ничего хорошего. Смита охватила паника, и он сбежал. А я последовал за ним.

– Я до сих пор не понимаю, почему вы стали его преследовать, – произнес Дэвид, вспоминая те события.

– Не уверен, что смогу объяснить так, чтобы вы это поняли, – ответил старик. – Мы судим о событиях исходя из собственных представлений и часто не можем постичь, чем руководствуются другие.

Замолчав, он снова бросил взгляд на молоток.

– Ну, например, есть категория людей – и один из них сейчас находится в этом доме, – которые могут получить сильнейший стресс, если до их лба дотронутся предметом, которым был нанесен смертельный удар кому-то другому.

– Да, я помню подобный случай! – вдруг воскликнул Хопкинс. – Это было в Южной Африке. Старуху слегка ткнули кусочком дерева, и она завопила, что умирает. Это был обломок аэроплана, который разбился неподалеку.

Наконец-то мистер Хопкинс вспомнил что-то дельное.

– Да, похожий случай, – кивнул Молтби.

– А на кого это вы намекали, говоря, что он находится в этом доме? На меня, что ли?

– Нет, не на вас. И не на себя. Я просто привел пример удивительного психического феномена. Моя реакция не была связана с каким-то определенным предметом. Я покинул поезд, потому что у меня возникли тревожные ощущения, следовавшие друг за другом столь быстро, что они слились в один неуправляемый импульс. В то время я еще не знал, что в поезде совершено убийство, иначе мое поведение было бы совершенно иным. Но если помните, мистер Хопкинс, когда вы сообщили нам об этом убийстве, я сразу угадал, каким образом и в каком купе оно произошло. Иногда нехорошее предчувствие возникает у меня за некоторое время до происшествия.

– А сейчас оно у вас есть? – поинтересовался мистер Хопкинс.

– Я уверен, что-то должно произойти, но не могу сказать, будет ли это связано с насилием. Чувство опасности у меня в поезде также было спровоцировано звуком. В конце концов, Барлинг мог издать какой-то звук, который уловило мое ухо. Ощущение тревоги, имевшее более отчетливый характер, возникло при виде Смита. Я неожиданно почувствовал, что из поезда спасается бегством человек, которого необходимо поймать. И почему-то вообразил, что смогу задержать его. В этом и была моя ошибка. Смит просто растворился в метели. А когда я попытался его преследовать, то потерялся сам. И как следует из второй истории, то же самое случилось со Смитом. В конце концов он набрел на этот дом и обнаружил, что входная дверь открыта…

– Но когда мы пришли сюда, дверь была закрыта, но не заперта, – прервал старика Дэвид.

– Это Смит ее закрыл.

– А откуда вам известно, что она была открыта, когда пришел Смит? – осведомился Хопкинс.

Он уже оправился от потрясения и обрел часть прежней самоуверенности. Воспоминание о Южной Африке взбодрило его, что живительно подействовало на его голосовые связки.

Мистер Молтби улыбнулся.

– Вы правы. Мне это неизвестно. Я пришел к такому выводу, предположив, что Смит мог попасть в дом только при этом условии. К тому же через открытую дверь он мог заглянуть внутрь и частично себя обезопасить. К этому заключению меня привел еще один факт, о котором вы узнаете из второй истории. Итак, Смит вошел и обнаружил, что дом пуст. Тогда он поднялся в мансарду, а тут как раз явились вы, мистер Кэррингтон. Именно его вы слышали в запертой комнате, и вполне естественно, что он вам не ответил.

– Вы хотите сказать, что он забрался наверх и заперся в мансарде?

– Вероятно, Смит запер дверь, когда услышал ваши шаги. Поняв, что оказался в ловушке, он…

– Но ему не следовало меня бояться.

– Разве он знал об этом?

– Нет, конечно. Беру свои слова обратно.

– Ему и без убийства было чего бояться, тем более что он залез в чужой дом. Он ведь совершил кражу и напал на свою жертву. Убедившись, что вы не собираетесь уходить, он решил сбежать. Сначала он открыл дверь и услышал внизу голоса. Путь к отступлению был закрыт. Забыв снова запереть дверь – вы же помните, что второй раз вы без труда смогли войти, – он подбежал к окну и выбрался наружу. Я обнаружил, что окно закрыто, но не заперто. Под окном мансарды находилась крыша второго этажа, на которую он, видимо, и спрыгнул. А внизу было много снега, который смягчил удар. Однако я заметил, что Смит слегка прихрамывает.

– Я этого не увидел, но позвольте мне реабилитировать себя после последнего промаха. Спрыгнув вниз, он встретил вас?