Убийство моей тетушки. Убить нелегко (сборник) - Ричард Халл

Вот так прошла наша первая беседа. Инспектор Хупингтон тогда двигался на ощупь, совершенно не представляя, в какую сторону идти.

В следующий раз он обрадовал меня тем, что начал действовать более осмысленно. Стал выяснять, кто имел доступ к «Галацу», который передал нам Тонеску, и почему в ящике стола Спенсера оказались две одинаковые коробки, одна с кристаллами «Галац», а в другой, как и положено, лежали таблетки от простуды «Флукицид».

Я объяснил, что поначалу весь «Галац» от Тонеску хранился у меня, но большая часть ушла на очистку стекла автомобиля. То, что осталось, по-прежнему находится в моем столе.

– Да, – подтвердил инспектор, – я видел.

– Надеюсь, у вас нет сомнений, что они умерли от отравления этим ядовитым веществом?

– А кто мог залезть в ваш стол? – спросил он, не замечая моего вопроса.

– Наверное, любой желающий.

– Вы что, не запирали ящик?

– Нет.

Инспектор прекрасно знал, что ящики в моем столе были не заперты, но все равно спрашивал. Непонятно зачем.

– Значит, ядовитые кристаллы мог свободно взять любой, кто пожелает?

– Да.

Инспектор задержал на мне взгляд:

– А вам не кажется, что это непозволительная небрежность?

– Помилуйте, инспектор, я не мог себе представить, что кому-то взбредет в голову травить людей этим средством. Кроме того, «Галац» был не у меня одного.

Я уже не ожидал в действиях Хупингтона логики, поэтому, когда он задал следующий вопрос, не удивился.

Его заинтересовало, не заметил ли я, что количество «Галаца» у меня в столе уменьшилось.

– Вы знаете, – ответил я, немного подумав, – мне действительно показалось, что его стало меньше, но полной уверенности нет. Вероятно, так и должно было быть.

Инспектор снова начал уклоняться в сторону:

– А почему вы считаете, что так оно и должно быть?

– Потому что, кроме меня, «Галац» был только у Спенсера. У него все ушло на зеркало, которое он намазал с большим избытком. Если бы вы его знали, то наверняка бы не удивились. Такой у Пола Спенсера был характер. Он ни в чем не знал меры. Так что у него от «Галаца» ничего не осталось. Он мне даже сказал, что ему может понадобиться еще немного для дополнительной проверки. А я на ветровое стекло использовал вещества ровно столько, сколько рекомендовал мистер Тонеску. Не стал без нужды тратить «Галац» и одновременно обеспечил более точную проверку его действия. Увидев рассыпанные в кабинете Латимера кристаллы, я сразу заподозрил, что они из моего стола. Больше их взять было неоткуда.

– Что ж, это понятно. Ведь о том, что в вашем столе хранится это ядовитое вещество, знали все. И ящик был не заперт.

– Вы совершенно правы.

Инспектор помолчал.

– Давайте снова вспомним, что находилось в столе мистера Спенсера. В частности, меня интересует коробка с «Флукицидом». Она там всегда лежала?

– Да.

– И это знали все служащие?

– Думаю, знали. Мистер Латимер определенно.

– Но и вы, сэр, конечно, об этом тоже знали.

Ну что за идиотское замечание! Разумеется, я об этом знал, иначе как можно было бы утверждать, что о «Флукициде» в столе Спенсера было известно остальным.

– Но там обычно лежала только одна коробка? – продолжил спрашивать инспектор. – Та, что в ящике слева?

– Да, – ответил я.

– По-вашему, «Флукицид» можно спутать с «Галацем»?

– Нет. Цвет у них одинаковый, белый, но «Флукицид» – это таблетки, а «Галац» кристаллы. Вы же их сами видели.

– Видел. Но хотел услышать ваше мнение. Мистер Спенсер таблетки «Флукицида» измельчал?

– Нет. А зачем?

– Вот именно, сэр. Зачем. Однако таблетки в коробке, хранящейся в его столе, были измельчены в порошок.

Обдумав этот новый для меня факт, я отважился высказать предположение:

– Что, если Спенсер всыпал в рот Латимеру кристаллы «Галаца», а потом вернулся к себе в кабинет, и там у него вдруг заболела голова? Он решил принять «Флукицид» и перепутал коробки.