Перри Мейсон: Дело о рисковой вдове. Дело о сумочке вымогательницы - Эрл Стенли Гарднер

Делла Стрит пыталась вспомнить детали.

– Я помню, что водитель как-то странно взглянул на банкноту, сказал что-то, положил деньги в карман и уехал. Потом Салли Мэдисон вошла в холл, и мы поднялись в номер.

– Ты уже зарегистрировалась к тому времени?

– Да.

– Значит, у Салли не было необходимости открывать сумочку со времени вашей встречи и до того момента, как она легла спать и положила ее под подушку?

– Верно. Я, помню, еще подумала, что ей следовало бы получше следить за кожей, но она просто скинула с себя одежду и залезла в постель.

– Несомненно, она не хотела, чтобы тебе предоставилась возможность заглянуть в ее сумочку. Хорошо, Делла, у нас есть только один выход. Мы должны взять этот револьвер.

– Зачем?

– Затем, что на нем есть твои отпечатки пальцев.

– Ой! – испуганно воскликнула Делла. – Я не подумала об этом.

– Мы сотрем с револьвера твои отпечатки, потом разбудим Салли и зададим ей несколько вопросов. Наши последующие действия зависят от ее ответов, но, скорее всего, мы посоветуем ей вернуться домой, вести себя так, будто ничего не произошло, и никому, ни при каких обстоятельствах не говорить о проведенной здесь ночи.

– Думаешь, она согласится?

– Кто знает, возможно. Скорее всего, ее найдут еще до полудня. Своими ответами на многочисленные вопросы она, вероятно, навлечет беду и на нас. Но если твоих отпечатков на револьвере не окажется, мы не должны будем никому сообщать о том, что нам было известно содержимое ее сумочки. Мы просто пытались оградить ее от приставаний назойливых репортеров. Она собиралась стать нашей клиенткой, подать гражданский иск против наследников Фолкнера, в результате чего мы намеревались получить пять тысяч долларов в пользу ее возлюбленного.

Делла Стрит кивнула.

– Но если твои отпечатки будут обнаружены на револьвере, беды не миновать, – продолжал Мейсон.

– А стирая мои отпечатки, ты автоматически уничтожишь и все остальные, которые есть на револьвере, не так ли?

Мейсон кивнул.

– Мы вынуждены так поступить, Делла.

– Не будут ли наши действия считаться манипуляциями с вещественными доказательствами?

– Делла, мы даже не знаем, является ли данный револьвер вещественным доказательством. Возможно, именно из него был застрелен Харрингтон Фолкнер, возможно – нет. Все, пора приниматься за дело.

Мейсон открыл дверь ванной, шепотом предупредив Деллу Стрит вести себя как можно тише, и уже сделал шаг к кровати, на которой спала Салли Мэдисон, когда раздался стук в дверь.

Мейсон замер.

– Открывайте! – раздался чей-то голос. – Немедленно открывайте дверь! – снова раздался стук.

Шум разбудил Салли Мэдисон. Издав непонятный возглас, она села и уже успела спустить на пол одну ногу, когда заметила замершего у двери Мейсона.

– Ах! – воскликнула она. – Я и не знала, что вы здесь.

Она быстро нырнула под одеяло, закрывшись до самого подбородка.

– Я только что пришел, – сказал Мейсон.

Салли улыбнулась.

– Я не слышала.

– Я просто хотел убедиться, что у вас все в порядке.

– Что происходит? Кто барабанит в дверь?

– Открой дверь, Делла, – попросил Мейсон.

Делла повиновалась.

– Здесь у вас этот номер не пройдет! – закричал ночной портье.

– Какой номер? – спросила Делла.

– И не пытайтесь меня обмануть. Ваш приятель поднялся на лифте на пятый этаж, а потом по лестнице прокрался на шестой. Умник какой! Я вспомнил, что вы звонили в город из этого номера, и решил все проверить. Стоял под дверью. Я слышал, как открылась дверь ванной, слышал, как вы шептались. Девочки, вы выбрали не тот отель. Собирайте вещи и убирайтесь.

– Приятель, вы совершаете большую ошибку, – вступил в разговор Мейсон.

– Нет, нет! Ошибку совершаешь ты!

Рука Мейсона скользнула в карман брюк.

– Возможно! – смеясь, воскликнул адвокат. – Пусть я ошибаюсь. Но наступает день, и отель не пострадает, если девушки покинут его после завтрака. – Мейсон достал из кармана пачку денег и зажал между двумя пальцами десятидолларовую банкноту так, чтобы портье мог хорошо разглядеть ее номинал.

Портье и глазом не моргнул.

– Ничего не получится. Здесь такой номер не пройдет.

Мейсон бросил взгляд на закутанную в одеяло Салли Мэдисон и заметил, что она, воспользовавшись ситуацией, уже успела подобрать сумочку с пола и куда-то спрятать ее.

Он убрал деньги в карман, достал футляр с визитными карточками и протянул одну из них портье.

– Я – адвокат Перри Мейсон. Это – Делла Стрит, моя секретарша.

– Я согласен на жену, мистер, никак не меньше. Вот мое последнее слово. Мы пытаемся соблюдать приличия. У нас уже были неприятности с полицией, и у меня нет желания получить новые на свою голову.

– Хорошо, – сердито произнес Мейсон. – Мы уйдем.

– Вы можете подождать в холле, – сказал портье.

Мейсон покачал головой.

– Если уж нам приходится уходить, я помогу девушкам собрать вещи.

– Нет, не поможешь.

– Нет, помогу.

– Значит, и я остаюсь, – заявил портье и бросил девушкам, мотнув головой: – Одевайтесь.

– Вам придется выйти, пока я одеваюсь, – сказала Салли Мэдисон. – Я совершенно голая.

– Пошли, – сказал портье Мейсону. – Спустимся в холл.

Адвокат покачал головой.

– Я не собираюсь никуда уходить посреди ночи, – сказала вдруг Делла Стрит. – Я не совершила ничего предосудительного. Достаточно того, что меня разбудили, а тут еще предлагают выматываться из второсортного отеля только за то, что шеф пришел передать кое-какие поручения. Я ложусь спать, можете вызывать полицию. Посмотрим, что они скажут.

Делла Стрит откинула одеяло, скинула тапочки и юркнула в постель, незаметно обменявшись взглядами с Мейсоном.

Тот подбодрил ее кивком.

– Простите, но у вас ничего не получится, – мрачно заявил портье. – Если бы у нас не было неприятностей раньше, вам, может, и удалось бы меня провести. А сейчас выбирайте – либо вы выметаетесь отсюда, либо я звоню в полицию.

– Звоните в полицию, – сказал Мейсон.

– О’кей, – согласился портье. – Если ты этого хочешь. – Он подошел к телефону, снял трубку и произнес: – Управление полиции. – Потом подождал немного и добавил: – Говорит ночной портье отеля «Келлинджер» на Шестой улице. Постояльцы из шестьсот тринадцатого номера нарушают порядок. Я пытался выставить их на улицу, но они не хотят уходить. Пожалуйста, пришлите машину. Я буду наверху, в номере… Хорошо. Отель «Келлинджер», номер шестьсот тринадцать.