Жертва разума - Джон Сэндфорд

– Почему?

– Не хочешь, и всё.

Лестер вошел и прикрыл дверь ногой.

– Короче, Лукас. Выкладывай, что происходит.

– Ты сам напросился.

– Я готов солгать, – заявил Лестер. – Меня здесь не было.

– Я уверен, что кто-то информирует Мэйла о наших шагах.

– Кто?

– Я не знаю, но практически уверен, что это либо Нэнси Вулф, либо Хелен Манетт. Только они присутствовали на тех двух совещаниях, после которых происходила утечка информации.

– Кто из них?

– Понятия не имею, – ответил Лукас. – Пока у нас нет уверенности. У каждой есть мотив – деньги, ненависть или все сразу. Более того, возможно, это Тауэр Манетт или Данн, но маловероятно. Когда я говорил с Мэйлом, он сказал, что информатор – женщина. Значит, либо Манетт, либо Вулф.

– И что ты намерен делать?

– Мы арестуем обеих. Я собираюсь привезти их сюда, обыскать, надеть арестантские робы, посадить в разные камеры, после чего Франклин и Лоринг, Дел и Слоун начнут жесткие допросы, пока кто-то из них не сознается.

– Господи, – пробормотал Лестер. – А как же быть с невиновной?

– Мы принесем ей извинения.

– Ты окончательно спятил…

– Мэйл собирается убить двух человек. Ты слышал запись. Но он сейчас далеко на севере, а наши машины контролируют движение к югу от района Метро. Мэйл потратит немало времени, чтобы туда добраться, но он справится, после чего убьет Манетт и ее дочь. Так что у нас совсем мало времени.

– А Рукс знает? – спросил Лестер.

– Она вне зоны доступа…

– Как и я, – сказал Лестер и распахнул дверь. – Я с тобой не разговаривал.

И он ушел. Лукас неожиданно почувствовал себя одиноким в своем кабинете. Теперь оставалось только ждать, когда привезут женщин. Потом он услышал шаги в коридоре, и Лестер вернулся.

– А какое у тебя прикрытие? – спросил он. – Есть что-нибудь?

Дэвенпорт покачал головой.

– Речь может идти только о моральных обязательствах. Мы делаем все, что в наших силах, чтобы спасти Манетт и ее ребенка, если они еще живы.

Лестер прошелся по кабинету.

– Господи, двадцать четыре года в полиции… – Он провел рукой по волосам. – Мне нужно сделать кое-какую бумажную работу.

– Фрэнк, ты можешь обеспечить нам вертолет? Посадить его на площади перед зданием муниципалитета?

Он на секунду задумался и быстро кивнул.

– Да, могу.

И ушел.

Нэнси прибыла с громкими криками. Хелен Манетт рыдала.

Сначала привезли Хелен Манетт – она была в ночной рубашке; за нею, в шести футах, следовал ее муж. Они двигались быстро – плотная группа полицейских, толстый Франклин, устрашающий Лоринг и подозреваемая; за ними семенил Тауэр Манетт с всклокоченными остатками волос. Он заметил Лукаса и подскочил к нему с побелевшим от гнева лицом и трясущимся подбородком.

– Какого дьявола здесь происходит? – Тауэр повернулся и указал на полицейских, окружавших его жену. – Мне сказали, что именно вы стоите за этой… грязной пародией на правосудие.

– Ваша жена арестована в процессе расследования, – холодно ответил Дэвенпорт. – И я очень советую вам заткнуться.

– Сейчас приедет наш адвокат! – закричал Манетт. Полицейские уже практически скрылись из вида, и он повернулся, собираясь броситься за ними, но сначала погрозил трясущимся пальцем Лукасу. – А для тебя… для тебя все кончено…

– Он казался довольным, – сказал Лестер, выходя в коридор.

Лукас не сумел скрыть улыбку полицейского – судорогу, которая появляется на лице, когда весь мир летит к чертям и деваться уже некуда.

– Да… что с вертолетом?

– Вертолет уже в пути; он сядет на площади, на соседней улице.

– Превосходно.

Нэнси Вулф в пижаме, домашнем халате и тапочках была напугана и рассержена. Ее ярость выплескивалась в слезах и почти неразборчивом крике.

– Я подам на вас в суд, будьте вы все прокляты, прокляты…

Она заметила Лукаса и вырвалась из рук Дела.

– Ты никогда больше… – начала она, но не смогла закончить. Дел защелкнул на запястьях Нэнси Вулф наручники и собрался увести, но она дернулась, и Дэвенпорт подумал, что она сейчас попытается его укусить. – Ты, ты… – Нэнси вновь не сумела найти нужное слово, и тонкая струйка слюны поползла у нее изо рта.

– Отведи ее в комнату для допросов, – сказал Лукас Делу. – И отправьте пижаму в лабораторию.

– Моя пижама, – ошарашенно произнесла она. – Моя пижама…

Лукас подождал, когда они спустятся по лестнице, и поспешно последовал за ними. Дел, Слоун, Франклин и Лоринг собрались возле камеры досмотра. Хелен Манетт уже обыскали, сфотографировали и изолировали, одежду отправили в лабораторию. Ей выдали тюремную робу, чтобы она могла одеться.

Теперь фотографировали Вулф; затем ее обыщут и заберут всю одежду.

– Послушай, приятель, это напугало меня до смерти. Господи, наверное, их лучше отпустить, – мрачно сказал Франклин.

– Поздно, – ответил Лукас. – Мы завязли по уши. Если мы сумеем сломать одну из них, все будет в порядке. А теперь я хочу, чтобы вы занялись ими по полной. Их необходимо напугать. Оказать максимальное давление. Бить нельзя, но вы можете приблизить свое лицо к их лицам…

– Сзади, – шепнул Лоринг.

Лукас обернулся. К ним приближался Тауэр Манетт с адвокатом, который следовал за ним.

– Я хочу видеть жену.

– Когда закончим оформление.

– Мы желаем видеть ее немедленно, и мне насрать на то, что ты говоришь! – закричал Манетт, проталкиваясь мимо Слоуна к Лукасу.

– Если ты дотронешься еще до одного полицейского, то уже твоя сраная задница окажется за решеткой, – резко ответил Дэвенпорт.

– Тауэр, остынь, – сказал адвокат, коснувшись его рукава, и повернулся к Дэвенпорту. – Мы хотим повидать миссис Манетт немедленно. У нас есть основания считать, что ее гражданские права нарушены.

– Сначала получите постановление суда.

– Мы его получим, – заявил адвокат и повернулся к Манетту. – Пойдем, Тауэр: таковы правила.

– Ты грязный ублюдок, – сказал Манетт Лукасу. – Ты был у меня в доме, я разговаривал с тобой, как… как… с нормальным человеком, но теперь я вижу, что ты грязный…

– Что? – с искренним любопытством спросил Лукас. – Грязный и что дальше?

– Рвань, – сказал Манетт, развернулся и ушел.

Франклин, который вращал свой зубной протез так, что передний зуб описывал круги вдоль губ, поставил его языком на место, усмехнулся и сказал: