Жертва разума - Джон Сэндфорд

– Она стареет, – ответил ее муж. – Я закрою по пути на работу.

– Не забудь, – сказала женщина.

– Как я могу забыть? – раздраженно ответил муж. – Я буду проезжать мимо.

– Ты можешь забыть, – сказала жена. – Если не ошибаюсь, ты уже четыре дня бреешься мылом.

– Да-да, конечно, но не я должен в нашей семье все покупать.

Они принялись ругаться. Они постоянно ругались. В процессе выяснения отношений странные ощущения жены исчезли, и, когда ее муж уехал, она пошла одеваться, так и не проверив, закрыл ли он дверь гаража Мэри.

Мужчина, который нашел тело Уайта, показал Лукасу на окно.

– Я видел, как бежал тот парень, и сразу вышел на крыльцо.

– Давайте повторим ваши действия, – предложил Дэвенпорт. Он посмотрел на часы. – Вы стояли здесь, а потом подошли к двери.

Они вместе прошли весь путь к тому месту, где мужчина нашел тело Уайта.

– Скажите, полицейские машины выехали до приезда «Скорой помощи» или после? – спросил Лукас.

– Почти одновременно. Со всех сторон завывали сирены. Я помню их рев, затем подъехала «Скорая». Рядом уже стояли четверо полицейских, и почти сразу все побежали за тем человеком.

Когда Лукас снова посмотрел на часы, к ним подошел Слоун.

– Значит, прошло около пяти минут.

– Тогда мне показалось, что все произошло быстрее. Полицейские вроде бы оказались рядом через несколько секунд.

– Что ж, огромное вам спасибо, – сказал Дэвенпорт и похлопал мужчину по плечу.

– Надеюсь, я немного помог.

– Меня переводят на бумажную работу начиная со следующей смены, до тех пор, пока мой выстрел не будет оправдан, – сказал Слоун, когда они отошли от свидетеля.

– Да.

– Я немного нервничаю, – признался напарник.

– Не беспокойся. У тебя есть отличный свидетель.

– Да, – проворчал Слоун, но тревога на его лице не исчезла. – А что здесь происходит?

– Я не совсем уверен, – ответил Лукас. – Новый периметр выставили только через шесть или семь минут. И он начинается в полумиле отсюда. Мэйл мог пробежать это расстояние – мы не сумели найти никаких следов. Я бы на его месте убежал.

– Сукин сын мог забраться в какой-нибудь дом, – заметил Слоун, глядя на ряды одинаковых аккуратных домиков. – И там отсидеться.

– Да, или ускользнуть от нас.

Мэйл нашел заправку, где бензин продавали по сниженной цене и не было других клиентов и камер слежения. Он остановился – дробовик, шляпу и куртку полицейского оставил на заднем сиденье – и закачал бензина на десять долларов. За стойкой сидел скучающий молодой человек и ел орешки. Мэйл протянул ему банкноту, которую взял из сумочки пожилой женщины. Пока он расплачивался, к бензоколонке подъехала другая машина. Джон быстро вышел наружу, отвернулся, сел в машину и уехал. Мужчина из подъехавшей машины подошел к стойке и сказал:

– Мужик, который только что вышел, похож на того, из телевизора.

– У меня здесь нет телевизора. Чертов хозяин не разрешает, – равнодушно ответил парнишка.

Он взял кредитную карточку и снял с нее деньги.

– Нет, он точно похож на мужика, которого показывали по телевизору, – повторил клиент и отправился на работу, где рассказывал об этом коллегам почти все утро.

Мэйл проехал квартал, остановился перед светофором и включил радио. Говорили про него.

«…очевидно, он страдал от психического расстройства и лечился в больнице. Потом ему удалось имитировать собственную смерть. Полиция до сих пор не сумела идентифицировать тело, найденное в реке».

Хорошо. Тут ему повезло.

Однако они вполне могли лгать. Возможно, Дэвенпорт устроил новую ловушку.

Но вот другой голос сказал: «Какая разница. Выхода все равно нет. – Его охватил гнев. – Выхода нет».

«Нет, ты можешь…» — вмешался другой голос.

Он умный, он сумеет добраться до дома, взять все наличные, которые там есть, решит проблемы с Манетт и ее девчонкой, а потом заедет на какую-нибудь богатую ферму, прикончит владельца и там отсидится. Если бы ему удалось отыскать машину на сорок восемь часов, он бы доехал до Западного побережья. А оттуда… можно отправиться куда угодно.

Куда угодно. Мэйл улыбнулся, представив, как он едет на запад, красные сполохи на горизонте, ковбои, Голливуд…

Загорелся зеленый, и Джон заметил будку телефона-автомата возле бензозаправки «Амоко». Он колебался, но ему хотелось поговорить. Вот черт, они знают, кто он такой, но имя Ладукс им неизвестно. Он остановился возле бензоколонки, вошел в будку, бросил четвертак и набрал номер Дэвенпорта.

Зазвонил сотовый, и Слоун посмотрел на Лукаса.

– Если это он, – сказал он, – дай мне знак, я сообщу капитану.

Лукас посмотрел на телефон, открыл его и сказал:

– Дэвенпорт.

Голос Мэйла был мрачным, но спокойным.

– Это нечестно. У тебя слишком много ресурсов.

– Джон, все кончено, – сказал Дэвенпорт, подавая знак Слоуну. Тот побежал к капитану, который вел по рации переговоры с полицейскими периметра. – Сдавайся. Верни Манетт и детей.

– Ну, этого я не могу сделать. Так я все потеряю, понимаешь? Но если они исчезнут, ты проиграешь, ведь так? Ты потерпишь поражение, потому что тебе нужны только они.

– Джон, меня не интересуют победы или поражения…

– Мне пора, – перебил его Мэйл. – Ты ведь пытаешься определить, откуда я звоню, при помощи своих ублюдков.

– Ты хочешь защитить своего друга, который дает тебе информацию о нас?

После нескольких мгновений тишины Мэйл рассмеялся:

– Моего друга? Трахал я этого друга. Трахал я ее.

И он повесил трубку.

Лукас подбежал к капитану, который все еще говорил по рации.

– Ты уверен? Ладно, тогда я сейчас приеду. – Капитан повернулся к Лукасу. – Он звонил от заправки «Амоко», она находится в пяти милях отсюда. Там у нас никого нет. Он ушел.

– Ну и дерьмо, – пробормотал Дэвенпорт.

– Что он сказал? – спросил Слоун.

– Он собирается их убить.

– Проклятье!

– Но ему потребуется некоторое время, чтобы до них добраться. – Свяжись с диспетчером. Пусть вызовут Дела. А еще Лоринга из разведки и Франклина, который специализируется на насильниках. Вытащи их из постели, если потребуется, но они должны быть в центре через пятнадцать минут. Пусть не бреются и не моются, а сразу приезжают туда. Через пятнадцать минут.

– Что ты собираешься делать?