Расписной - Данил Корецкий

– Впрочем, сейчас речь не об этом, – тон начальника стал жестче. – Вы знаете, что задержан подозреваемый по делу «Призраков»?

– Слышал, – равнодушно сказал Волков. – Но это не входит в мою компетенцию, потому подробностями не интересовался.

– Это хорошо. Сейчас все суют нос не в свои дела. Ваша задача – перевезти его из ЛВС в Степнянскую тюрьму, – продолжил Баринов, внимательно рассматривая Волкова. – Задача обычная, но… Дело уж больно громкое. И ставки высокие… Сообщникам надо обрубить концы. Они могут попытаться отбить задержанного. Или убить. Одним словом, напасть на конвой.

– Есть конкретная информация? – подобравшись, спросил Волк.

Барин покачал крупной головой:

– Только предположения. Точнее, версия уголовного розыска.

– А информация о перевозке… Какова вероятность утечки?

– Ноль процентов.

Волк едва заметно усмехнулся. Но Барин заметил усмешку.

– Именно ноль. Мне поручено организовать перевозку, но дата и время не определены. Я только что принял решение, и ты, старший лейтенант, первый, кто его услышал.

– Тогда выполнять задачу надо немедленно, пока информация не расползлась.

– Верно, – кивнул Барин. – Но не исключено, что «Призраки» наблюдают за ИВС и могут вычислить нужный конвой.

– Два предложения. Разрешите?

Начальник кивнул:

– Имитировать загрузку арестованных в три машины. Подставные направить в Степнянск, настоящую – в Тиходонский СИЗО. А оттуда пусть этапируют плановым конвоем, раз такое дело.

Барин поморщился.

– Три машины – это слишком! А насчет нашего СИЗО – правильно. Пусть оттуда сами везут куда хотят. И сами за это отвечают.

– Хотя бы две машины. Но объект-дублер в таких ситуациях необходим!

– Ну… Ладно, – поколебавшись, Барин махнул рукой. – В конце концов, ты ведь спец по особым операциям. Ведь так?

– Не знаю, – Волк пожал плечами. – Повторяю боевую задачу: я забираю арестованного из ИВС и отвожу в СИЗО. Прямо сейчас.

– Выполняйте! – подтвердил Барин.

– Мне нужно усиление: автоматы с полным боекомплектом и бронежилеты.

Начальник удивленно поднял брови:

– Разве недостаточно людей со штатным оружием? Для усиления с вами поедет капитан Марин из уголовного розыска.

– Ему я тоже дам автомат и жилет, – непреклонно повторил Волк.

Баринов неодобрительно покачал головой:

– Вы что, собираетесь воевать?

– Конечно. Если нападут, я буду воевать и должен победить. В этом и состоит моя задача.

Барин посмотрел со странным выражением лица, подвигал бульдожьей челюстью и щелкнул тумблером на пульте селектора, соединяясь с дежурным:

– Сейчас зайдет старший лейтенант Волков, выдайте ему, что он скажет. Нет. Автоматы и бронежилеты.

Через несколько минут Волк с Кругловым и Волосов с Маловым вошли в дежурную часть. Капитан Марин уже ждал там, обсуждая что-то с начальником смены майором Чекиным. Помдеж сержант Гвоздикин сидел за пультом и, криво улыбаясь, тоже вставлял реплики. Когда зашли патрульные, разговор оборвался на полуслове.

– Автоматы и бронежилеты нам, – Волк обвел рукой экипажи ПМГ. – И инспектору тоже. Марин изумленно присвистнул:

– Я же говорил, а ты не верил! – буркнул Чекин и, звеня связкой ключей, принялся отпирать оружейку. Потом сказал, обращаясь уже к Волкову:

– У нас ведь не войсковая часть. Автоматов всего два, а жилетов три… Я и не помню, когда ими пользовались.

– Тогда мне, Круглову и инспектору!

– Ну, я-то обойдусь, – сказал Марин.

– Если обойдетесь – идите пешком! В машине все будут в средствах защиты.

– Ни фига себе, заявочки! – сказал Марин. Но спорить не стал.

Чекин плюхнул на лавку тяжелые жилеты в зеленых чехлах, потом вынес автоматы. Волк привычно надел глухо позвякивающую кирасу, подгоняя по фигуре, подтянул ремешки. Потом быстро снарядил патронами два магазина.

– А где третий?

– У нас боекомплект – шестьдесят патронов, – сказал Чекин.

– Ну, два – так два. На четыре минуты хватит… Если подам сигнал тревоги

– немедленно подтягивайте городской резерв.

– Что-то я не пойму, чего это Расписной затевает, – пробурчал дежурный, когда Волк вышел. Но тот и так не отвлекался на ерунду.

– Пошли! – приказал он патрульным. Круглов первым направился к выходу. В неловко сидящем бронежилете, держащий автомат, как палку, он походил на огородное пугало. Следом двинулся Марин в зеленом жилете поверх светлого летнего костюма. Вид у него был ненамного лучше.

– Приготовьте оружие заранее, – посоветовал Волк. – Из-под броника его не достать.

Но инспектор пропустил совет мимо ушей.

Оставшись одни, Чекин и Гвоздикин многозначительно переглянулись. Сержант многозначительно покрутил пальцем у виска.

– А он действительно вольтанутый!

Дежурный кивнул:

– Пожалуй…

Во дворе райотдела толклась разношерстная публика. Посетители паспортного стола, свидетели и потерпевшие, вызванные в ГАИ водители, мятые бомжи… Они курили, вполголоса что-то обсуждали, спорили, нервничали, проводили время, ожидая решения своих вопросов. Каждый из них видел глухой забор ИВС с колючей проволокой и блеклыми синими воротами. Каждый мог быть агентом «Призраков».

ПМГ-12 и ПМГ-5 проехали через двор и въехали в синие ворота. Волк понимал, что затея с объектами-двойниками провалилась. Если в двенадцатой машине три человека в бронежилетах и с автоматами, а в пятой – два в обычном снаряжении, то какой это, к черту, дубль?

Когда ворота закрылись, капитан Марин вошел в ИВС и вскоре вывел худого мужика с желто-синим испитым лицом. По виду он явно не тянул на особо опасного преступника. Круглов привычно проверил наручники и посадил его в клетку.

– Из-за этого хмыря вся канитель? – разочарованно протянул Волосов.

«Ты не смотри, что он такой терханый, чую: зверюга! – озабоченно предупредил кот. – Руки у него по локоть…»

– Выезжаете первыми, идете на Восточное шоссе и берете курс на Степнянск,

– сказал Волк. – Через два километра разворачиваетесь и возвращаетесь на маршрут. Задача ясна?

– Так точно, – кивнул Волосов.

– А вы куда же? – спросил его напарник.

– Выполняйте!

Машины выехали в обратном порядке. Волк внимательно смотрел по сторонам. Как будто ничего необычного. Они пересекли двор и выкатились на проспект Маркса. Пятая машина, ревнув сиреной, пересекла автомобильный поток и ушла влево, двенадцатая повернула направо.