Звонок в дверь - Рекс Тодхантер Стаут

Спустя шесть поворотов и десять минут мне стало ясно, что все чисто, и я велел Алу ехать на пересечение Первой авеню и Тридцать шестой улицы. Там я дал ему десять баксов и попросил подождать двадцать минут, после чего сваливать, если я не вернусь. Пяти долларов было более чем достаточно, но наша клиентка точно не обеднеет, а Ал, возможно, понадобится нам еще. И не один раз. Миновав полтора квартала, я вошел в здание, которого еще три года назад здесь не было, справился с указателем на стене вестибюля — фирма «Эверс электроникс» располагалась на восьмом этаже — и сел в лифт.

Фирма занимала целый этаж. Стол администратора находился прямо возле лифта, но на сей раз администратором оказалась не привлекательная особа женского пола, а здоровенный бугай с квадратным подбородком и колючими глазами. Я подошел к нему и сказал:

— Будьте добры, мне нужен мистер Адриан Эверс. Меня зовут Арчи Гудвин.

Он мне не поверил. Впрочем, он не поверил бы, даже если бы я сказал, что сегодня шестое января.

— Вам назначено? — спросил он.

— Нет. Я работаю на Ниро Вулфа, частного детектива. У меня есть кое-какая информация для мистера Эверса.

Этому он тоже не поверил.

— Вы сказали, что работаете на Ниро Вулфа?

— Ну да. Мне что, поклясться на Библии?

Даже не соизволив ответить мне отказом, администратор повернул к себе телефон, что-то сказал в трубку, внимательно выслушал ответ, положил трубку и коротко кивнул:

— Ждите здесь.

Похоже, он решал, стоит ли лично проводить меня к мистеру Эверсу. Желая продемонстрировать, что мне, собственно, наплевать, я повернулся спиной и принялся изучать висевшую на стене фотографию приземистого двухэтажного здания с подписью под ней «Завод „Эверс электроникс“ в Дейтоне». Я успел сосчитать практически все окна на фасаде здания, когда дверь распахнулась и возникшая на пороге женщина велела мне следовать за ней. Мы прошли по коридору и, завернув за угол, оказались перед дверью с табличкой «Мистер Эверс». Женщина открыла дверь, я вошел.

Эверс, сидевший за столом в простенке между окнами, ел сэндвич. Сделав два шага вперед, я сказал:

— Не хотелось бы отрывать вас от ланча.

Он как ни в чем не бывало продолжал жевать, оценивающе разглядывая меня сквозь стекла очков без оправы. У него было маленькое аккуратное лицо, настолько непримечательное, что так сразу и не запомнишь. Прожевав, он глотнул кофе из бумажного стаканчика:

— Меня то и дело отрывают. Что там насчет Ниро Вулфа и информации? Что за информация? — Он снова отправил в рот кусок сэндвича. Копченая лососина на поджаренном белом хлебе.

Я подошел к письменному столу и сел в стоявшее рядом кресло:

— Возможно, она у вас уже есть. Это связано с правительственным заказом.

— А разве Ниро Вулф работает на правительство? — прожевав, спросил Эверс.

— Нет. Он действует в интересах частного лица, которого заинтересовал тот факт, что после проверки в целях безопасности одного из ваших сотрудников правительство расторгло или вот-вот расторгнет контракт с вашей фирмой. Это вопрос, относящийся к сфере общественных интересов.

— А кто ваш клиент?

— Я не могу назвать его. Дело сугубо конфиденциальное…

— Скажите, это кто-то связанный с нашей компанией?

— Нет, никоим образом. Мистер Эверс, как я уже сказал, это вопрос, который представляет общественный интерес. Вы должны понимать. Если право проводить проверку в целях безопасности реализуется с попранием личных или имущественных прав граждан, то вопрос выходит за рамки частного. Клиент мистера Вулфа весьма обеспокоен данным аспектом. Все, что вы мне скажете, останется строго между нами и будет использовано исключительно с вашего разрешения. Вы, конечно, не хотите потерять контракт, похоже весьма крупный, но, как гражданин, вы не можете мириться с несправедливостью. С точки зрения клиента мистера Вулфа, в этом и состоит суть дела.

Мистер Эверс положил на стол сэндвич, скорее то, что от него осталось, и впился в меня глазами:

— Вы сказали, у вас есть информация. Какая именно?

— Насколько нам известно, вы не знали о том, что контракт будет расторгнут.

— Это знают не меньше сотни людей.

— Очевидно, поводом для расторжения стал тот факт, что проверка вашего старшего вице-президента выявила кое-какие факты из его личной жизни. Откуда, естественно, вытекают два вопроса: насколько точны эти так называемые факты и делают ли они вашего сотрудника или вашу компанию угрозой национальной безопасности? Вы не находите, что с ним, да и с вами тоже обошлись несправедливо?

— Что еще?

— У меня все. Мистер Эверс, полагаю, этого вполне достаточно. Не хотите обсуждать вопрос со мной, можете обсудить его с мистером Вулфом. Если вы ничего не слышали о его репутации и общественном положении, наведите справки. И если вы извлечете выгоду из каких-либо его действий, он не станет требовать от вас платы. Он не ищет новых клиентов, у него уже есть один.

Мистер Эверс продолжал хмуриться:

— Ничего не понимаю. Ваш клиент — это газета?

— Нет.

— Журнал? «Тайм»?

— Нет. — Я решил слегка расширить свои полномочия. — Могу только сказать, что мой клиент — частное лицо, которое считает, что ФБР слишком много на себя берет.

— Я вам не верю. И мне все это чертовски не нравится. — Он нажал на кнопку звонка на письменном столе. — Вы что, из ФБР?

Я ответил «нет» и собрался было продолжить разговор, но тут дверь отворилась и в кабинет вошла женщина — та самая, что впустила меня сюда.

— Мисс Бейли, проводите этого человека. Прямо до лифта! — рявкнул Эверс.

Я запротестовал. Сказал, что если мы обсудим вопрос с Ниро Вулфом, то ничего страшного не случится. На худой конец Эверс просто потеряет контракт, хотя контракт он и так, очевидно, уже потерял, а если есть хотя бы минимальный шанс его сохранить, то…

Однако, когда Эверс нажал на кнопку уже другого звонка, выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Факир был пьян, и фокус не удался. Встав с места, я вышел из кабинета, сопровождаемый по пятам мисс Бейли, и в приемной обнаружил, что сегодня точно не мой день. Не успел я туда войти, как дверь лифта открылась и из него вышел мой старый знакомец. Около года назад работая над одним делом, я общался с федералом по фамилии Моррисон. И вот, поди ж ты, он передо мной собственной персоной! Наши глаза встретились. Он протянул мне руку:

— Так-так-так. Неужели Ниро Вулф начал пользоваться электроникой?

Я ответил ему теплым рукопожатием и широко ухмыльнулся:

— Ой, мы стараемся идти в ногу со временем! Собираемся оснастить «жучками» некое здание на Шестьдесят девятой улице. — Я шагнул в сторону лифта и нажал на кнопку. — Вот, изучал последние модели.