Звонок в дверь - Рекс Тодхантер Стаут

Сара Дакос посмотрела на меня с улыбкой:

— Вы вполне могли пройти наверх. Я не способна слышать через стены и даже замочные скважины.

— Разве? — Воспользовавшись удобным случаем, я оглядел Сару с головы до ног. Тем более что ее внешность радовала глаз. — А что, если на вас записывающее устройство? Есть только один способ это проверить, и он вам не понравится.

В ее ореховых глазах зажглись озорные искорки.

— Откуда вы знаете, что мне не понравится?

— Я хорошо знаю человеческую природу. Вы слишком деликатны. А иначе вы подошли бы к тому, кто за вами следил, и спросили бы у него, как его зовут и чего ему от вас нужно.

— Значит, по-вашему, мне следовало это сделать?

— Нет. Однако вы и не сделали. Могу я поинтересоваться. Вы танцуете?

— Иногда.

— Я бы узнал вас получше, если бы вы потанцевали со мной. Я вовсе не рассматриваю возможность, что вы водите шашни с ФБР. Если бы они внедрили вас сюда, им не нужно было бы вертеться возле миссис Брунер и ее семьи. Единственная причина, почему я…

И тут в дверях возникла миссис Брунер. Я не слышал ее шагов. Что очень плохо. Мисс Дакос была весьма привлекательной особой, хотя не настолько, чтобы я не услышал чьих-то шагов, даже во время разговора. Это могло означать лишь одно. Неприятие данной работы не позволило мне отдаться ей целиком, что никуда не годилось. Стиснув зубы, я последовал за нашей клиенткой к выходу. Мужчина в черном открыл внутреннюю дверь, я открыл наружную. Оказавшись на холодном январском ветру, мы направились в сторону Парк-авеню, но дошли лишь до ближайшего угла.

— Нам будет намного удобнее разговаривать стоя, — сказал я. — Во-первых, давайте на всякий пожарный условимся насчет срочной связи. Сейчас абсолютно невозможно предсказать, что может произойти в ближайшее время. Не исключено, что нам с мистером Вулфом придется покинуть дом и залечь на дно. Если вы получите сообщение по телефону или как-то иначе, что пицца протухла, немедленно отправляйтесь в отель «Черчилль», где найдите некоего Уильяма Коффи. Он их местный детектив — помощник начальника охраны. Можете действовать открыто. Он передаст вам либо устное сообщение, либо посылку от нас. Пицца протухла. Отель «Черчилль», Уильям Коффи. Запоминайте. Ничего не записывайте.

— Не буду. — Миссис Брунер нахмурилась. — А вы уверены, что ему можно доверять?

— Да. Если бы вы получше знали нас с мистером Вулфом, то не задавали бы подобных вопросов. Вы все поняли?

— Да. — Она подняла воротник шубки, на сей раз не из соболя, хотя не менее дорогой.

— Отлично. А теперь договоримся, как вы будете связываться с нами при наличии информации не для посторонних ушей. Итак, вы идете в телефонную будку, набираете номер Вулфа и говорите любому, кто подойдет к телефону, что Фидо заболел, больше ничего, и сразу вешаете трубку. Через два часа отправляетесь в отель «Черчилль» к Уильяму Коффи. Само собой, это на случай чего-то такого, чего они не должны знать. О том, что федералы сделали или уже знают, можете говорить открыто. В остальных случаях Фидо заболел.

Миссис Брунер продолжала хмуриться:

— Ведь они узнают об Уильяме Коффи сразу после того, как я к нему отправлюсь.

— Мы можем использовать этого связного только один раз. Предоставьте все нам. Миссис Брунер, вы практически вышли из игры. Мы будем работать для вас, но не против вас. Возможно, нам вообще не понадобится устанавливать с вами непосредственный контакт. Как я говорил, это всего лишь меры предосторожности на всякий пожарный. Но есть кое-что, что нам необходимо знать. Вы сказали, что явились к Вулфу и выписали ему чек на шестизначную цифру, так как были раздражены. В это трудно поверить, хотя у богатых свои привычки. Предположим, у вас есть свои скелеты в шкафу, и теперь вы боитесь, что их откопают федералы. Если я прав, мы должны знать. Не ваш секрет, а насколько это срочно. Они подобрались достаточно близко, да?

На миссис Брунер обрушился порыв ветра, и она зябко поежилась.

— Нет. — Ветер отнес ее ответ в сторону, и она повторила уже громче: — Нет.

— И тем не менее это не лишено вероятности.

Она подняла на меня прищуренные от ветра глаза:

— Мистер Гудвин, давайте оставим эту тему. Полагаю, в каждой семье есть… свои скелеты в шкафу. Возможно, я не учла все риски, когда рассылала книги. Но я это сделала и ни капли не жалею. Насколько мне известно, они ни к чему такому не подобрались достаточно близко. Пока еще нет.

— И это все, что вы хотите мне сказать?

— Да.

— Ладно. Если и когда вы захотите рассказать больше, вам известно, что делать. Что протухло?

— Пицца.

— Кто заболел?

— Фидо.

— Как зовут нашего человека?

— Уильям Коффи. Отель «Черчилль».

— Неплохо. Пожалуй, вам лучше вернуться домой, вы вконец продрогли. Возможно, в один прекрасный день мы снова встретимся, хотя бог его знает когда.

Она дотронулась до моей руки:

— Что вы собираетесь делать?

— Озираться по сторонам. Сновать туда-сюда. Подглядывать.

Миссис Брунер собралась было что-то сказать, но передумала, а потому просто повернулась и ушла. Я проводил ее взглядом до дверей дома, после чего двинулся в западном направлении. Не имело смысла рассматривать проезды между зданиями или окна, но я уделил внимание припаркованным машинам. Вскоре я обнаружил на своей стороне Мэдисон-авеню автомобиль с двумя мужчинами на переднем сиденье. Я остановился. Они сделали вид, будто не смотрят в мою сторону: именно так, как их и учили в Вашингтоне. Я слегка попятился и, вынув блокнот, записал регистрационный номер автомобиля. Если федералы хотят действовать открыто, то чем я хуже? Они продолжали демонстративно меня не замечать, и я пошел дальше.

Я шагал вперед по Мэдисон-авеню, особо не заморачиваясь поисками хвоста, поскольку накануне вечером уже договорился по телефону со знакомым таксистом по имени Ал Голлер. Мои часы показывали 11:35, оставалась еще уйма времени, и я то и дело останавливался поглазеть на витрины. На углу Шестьдесят пятой улицы я вошел в аптеку с прилавком для ланча и, сев ближе к выходу, заказал сэндвич с солониной на ржаном хлебе и стакан молока. У Вулфа никогда не подают к столу ни солонины, ни ржаного хлеба. Покончив с сэндвичем, я заказал кусок яблочного пирога и кофе. Допив в 12:27 вторую чашку кофе, я развернулся на табурете и посмотрел в окно. В 12:31 перед аптекой остановилось коричнево-желтое такси, и я двинулся к выходу, хотя и недостаточно быстро, поскольку путь мне преградила какая-то дама, которую пришлось обгонять. Я сел в такси, Ал выставил табличку «Окончание смены», и мы поехали.

— Надеюсь, мы уходим не от копов, — бросил через плечо Ал.

— Нет. От арабов на верблюдах. Сворачивай время от времени за угол. Вероятность погони крайне невелика, но нужно держать ухо востро. Прости, что я буду к тебе спиной. — Я повернулся к заднему стеклу проследить, нет ли за нами хвоста.