Меч Немезиды - Данил Корецкий

— Только не выйдет так, товарищ Мамонтов! — резко изменил курс генерал. — Захват судна, пиратство, — это ладно, пусть будет уголовщина! Покушение там на какого-то авторитета — тоже… А вот обстрел общественного места из секретного оружия исключительной мощности — в рамки простой уголовщины никак не укладывается! Это все равно что ранцевый ядерный фугас подорвать под чьим-нибудь «Мерседесом»! К тому же массовая гибель людей! Редактор газеты, директор завода, главврач, начальник налоговой инспекции… Более пятидесяти раненых!

— Пусть не ходят в гости к бандюку, — вырвалось у Мамонта, и он тут же об этом пожалел.

Генерал хлопнул ладонью по столу:

— Не дело органов безопасности указывать людям, куда им ходить! Откуда простые граждане знают, кто такой этот Буланов? На нем разве написано, что он бандюк?!

«Знают, знают, все всё знают, — подумал Мамонт. — Только дурака валяют да незнайками прикидываются!»

Но вслух говорить ничего не стал.

Потом состоялось обсуждение доклада. Особых расхождений не было: практически все высказались за то, что обстрел «Рая» — это преступление террористического характера, входящее в компетенцию ФСБ. Только полковник Окунев и майор Мамонтов возражали, считая, что это все же обычная уголовная разборка. Может быть, в значительной степени потому, что не хотели вешать на свои подразделения это мутное дело.

В конце генерал поднялся из-за стола и, задумчиво рисуя в воздухе трубкой непонятные иероглифы, сформулировал вывод:

— Мы имеем дело с организованной преступностью нового типа: уголовно-террористической группой. Сращивание уголовного элемента с высокими технологиями вооружения, возможно, даже с технологиями массового уничтожения, доступ к государственным секретам. Безусловно, это подследственность Службы безопасности. Но!

Заишный изобразил восклицательный знак.

— Основные действия, относящиеся к нашей компетенции, находятся вне обслуживаемой Тиходонским управлением территории! Где похищено секретное оружие? В Московском регионе. Откуда прибыли предполагаемые преступники? Из Москвы. Это дает нам основания направить материалы по месту основных преступлений против государственной безопасности — в Московское управление! Ну а мы отработаем нашу часть дела! Вопросы есть?

Ответом стал восхищенный вздох руководителей подразделений. Вопросов не было.

* * *

Вася Дерзон сегодня проиграл ему в шахматы три бутылки «Старопрамена», а в холодильнике давно дожидалась своего часа банка настоящей деревенской тушенки, сваренной в автоклаве, — это сам Денис когда-то привез из командировки, из Армавира. Намечался королевский ужин.

Пока готовились макароны, никто не мешал, но едва только в сковороде заскворчала тушенка с мелко порубленным луком, началось: из гостиной примчалась Аура и заорала не своим голосом.

— Дура, — сказал Денис, слегка переиначив ее прозвище. Так было больше похоже на правду. — Все равно не жрешь тушенку, чего орать-то.

Но она продолжала орать в том смысле, что «может, и съем чего». Он бросил ей кусок мяса из сковородки, предварительно обдув и остудив. Кошка обнюхала, брезгливо потрясла лапой и ушла, по дороге помочившись на коврик в прихожей. Денис вспомнил о маме, когда-то подобравшей, выкормившей это наглое животное и нарекшей ее этим странным именем. Убивать Ауру он не стал — чисто из уважения к памяти родного человека. Только повозил мордой по коврику.

А потом раздался длинный, настырный звонок в дверь. Так звонить мог либо близкий человек, но таких вроде и не было, либо подвыпивший сосед снизу, которому в очередной раз «не хватило». Денис убрал со стола первую бутылку пива, которую в процессе приготовления ужина успел ополовинить, и пошел открывать.

Там стоял Мамонт. Широкоплечий, в плаще с поднятым воротником, надвинутой на глаза шляпе. Как сыщик в романах Чейза.

— Водка «Петровская», почти как твой личный бренд, — он протянул Денису набитый пакет. — Яйца, сало. Могу яишню пожарить, помнишь, как раньше, на явке в речном вокзале?[17]

— Чего ж не помнить…

— Хлеб забыл купить. Хлеб в доме найдется?

— Найдется, — сказал Денис. — Кошка коврик обоссала, ступай осторожнее.

Мамонт вошел, огляделся, принюхался.

— Да, Холмс… На Бейкер-стрит это, скажем так, мало похоже. Ладно. Зато овсянкой меня здесь кормить уж точно не будут, а?

За ужином Мамонт старательно изображал, что зашел просто так, — у него тут неподалеку была встреча, потом вспомнил, что давно не виделись… Но, когда заходят по дороге, выпивку с закуской не покупают. Видно, после работы Мамонту так же одиноко, как и ему…

Денис разлил по маленьким граненым рюмкам желтоватую ароматную жидкость. По преданиям, когда-то казаки профильтровали водку сквозь толченые сухари, чтобы очистить, придать хлебный вкус и похмелить самого батюшку государя Петра Первого. И тому якобы казачье угощение зело понравилось…

Выпили за встречу, за здоровье, за удачу… Потом чокнулись за дружбу — ввиду полного отсутствия присутствующих дам. Впрочем, одна дама имелась: Аура сидела под табуреткой Мамонта и старательно обнюхивала его носки. Это был знак высшей расположенности.

— С Валерией своей встречаешься хоть иногда? — Мамонт отпилил ножом кожицу от сала, сало съел сам, кожицу бросил Ауре. Кошка, приученная покойной матерью к дорогим кормам и сырой говядине, покорно сожрала предложенное угощение и вперила в Мамонта преданный взгляд.

— Она в Питер уехала, — сказал Денис. — Уже почти год.

— Во как! — удивился Мамонт. — Я, честно говоря, думал, вы все-таки поженились… Думал, втроем посидим.

— Ладно заливать. Думал… А шампанское где? А цветы, тортик?

Мамонт усмехнулся:

— Не такой уж я дамский угодник. Скорей, наоборот. И так — иду как дурак с этим пакетом. Вдруг тебя дома нет? Поцеловал дверной пробой и отправился домой…

— Ну и что плохого? — удивился Денис. — Пришел, переоделся, надел тапочки, выпил-закусил, еще и на опохмелку осталось!

Мамонт никогда не пил лишнего, опохмеляться ему ни разу в жизни не приходилось, чем он втайне немного гордился. В другой раз он бы обязательно это как-то подчеркнул, но тут смолчал, будто не расслышал. А потом без предисловий сообщил:

— Могу тебя обрадовать: «Райское» дело мы забираем. И передаем в Москву — все концы там сходятся.

Денис пожал плечами.

— Баба с возу — кобыле легче! — философски сказал он и налил еще по одной. — Я-то, честно говоря, думал, что сейчас все на Козыря насядут, в лепешку сотрут. Ведь это из-за него такая бойня!

— Так бы, скорей всего, и было, — Мамонт поднял рюмку на уровень глаз и поверх нее внимательно посмотрел на следователя. — Только в момент стрельбы известный тиходонский бизнесмен Буланов отмечал свой день рождения в ресторане «Ямайка», в компании о-очень важных и влиятельных руководителей! Фамилий, извини, называть не буду — поверь на слово.