Тайник - Мария Карташева

Когда ушёл Береговой, Егор глубоко задумался. Слишком много событий происходило вокруг этого странного дела. Его недаром сдёрнули с основного расследования и попросили заняться разбирательством этих событий, причём ещё в условиях совершенной  секретности. Неприятно было оставлять в неведении Касаткина, но у Малинина был приказ от ещё более высокого начальства.

Дело очень осложняло то, что основное место преступления сначала подверглось наводнению, а потом и вовсе сгорело почти дотла.

– Просто работа мечты. – Устало проговорил Малинин. – Войдите. – Откликнулся он на стук в дверь.

– Здрасьте. Я Сергей. Племянник Красуцкого. Вы меня вызывали, у меня жену, – он осекся на этом слове и помрачнел, – ну убили, наверное, не знаю.

– Проходите, пожалуйста. Присаживайтесь. – Малинин кивнул на стул напротив себя.

– Слушайте, а долго мне здесь сидеть ещё? Я б жену схоронил и домой поехал. Тошно мне в этом городе, да и комната эта душит прям.

– Сергей Васильевич, пожалуйста, давайте сначала поговорим. – Малинин положил перед собой бланк. – А потом уже будем решать проблему с вашим отъездом. – Егор поднял на него глаза. – А вам совсем неинтересно, кто убил жену вашу?

– Ну от того, что я здесь останусь он, наверное, быстрее-то и не найдётся. Ладно говорите, что хотели, а мне скоро на работу. – Мрачно сказал Сергей.

– А где вы работаете? – Поинтересовался Малинин.

– Я простой рабочий, когда грузчик, когда ещё кто. Разнорабочий в общем.

– А жена ваша кем трудилась?

– Не, она не работала. Ей дядя Толя оплатил учёбу на стилиста. – Махнул рукой Сергей.

– Вот как? – Воззрился на него Малинин. – Вы, значит, разнорабочим, а жена ваша учится. Но ведь это вы племянник.

– И что с того? Мне-то всё равно где работать, лишь бы деньги платили, а Тася, кроме нашей деревенской улицы, в жизни ничего не видела. Всё мечтала о красивой городской сказке. Я её, конечно, никогда не упрекал, но ехать не особо хотел. И потом я уже пожил в городе, когда техникум заканчивал и мне здесь не понравилось. Она всегда говорила, что это я её сманил сюда ехать. А ведь к нам тогда приехал Анатолий Викторович и позвал в город. Рассказывал много, и она соблазнилась. Всё уговаривала: «Поехали, да поехали, ну хоть просто посмотрим», вот мы и приехали. – Вдруг он с досадой стукнул по стенке кулаком и заплакал.

– Выпейте воды. – Егор Николаевич налил в стакан из графина. – Ничего вам странным в поведении вашей жены не казалось в последнее время? – Спросил Малинин, когда Сергей успокоился.

– Да у неё всё странное в поведении стало после того, как в этот сраный, – он осекся, – простите, в этот город переехали. Она была такой хорошей и тихой, когда в магазине нашем сельском работала. А здесь как с цепи сорвалась. Платья какие-то таскала на себе, да такие, что ни жопу, ни сиськи не прикрывали. Спрашиваю, где взяла? Она ржёт и говорит, что подарили. А кто ж такие подарки делает? И, видимо, не за просто так, раз голую её нашли в кабинете том.

– Кстати, а как так получилось, что она тем же днём вернулась? – Спросил Малинин.

– А я почём знаю. Я на работу сразу поехал, а она домой. А потом уж ваши позвонили и всё сказали. – Неопределённо взмахнул руками Серёжа.

– У неё был любовник? – Малинин в упор посмотрел на него.

– Я ж ей не подружка, чтобы мне такие вещи рассказывать. – Зло оскалился Сергей. – Может и был. Я в её жизни чужим стал. Правда, как-то прихожу домой, а она курицей шкварчит на кухне, вся расписная выкатилась. Вроде как и довольна моему появлению, потому что в последнее время я ей так, побоку был. – Сергей грустно улыбнулся, – водочки купила, ужин сварганила. Плохо помню, но помню, что мне странным разговор показался. Прицепилась в тот вечер ко мне с моей бабкой. А её-то на селе, бабку мою, все сумасшедшей считали. Так как она постоянно твердила, что знает про какие-то сокровища и только когда умрёт, матери тайну передаст. И причём Тася из одной со мной деревни и всё про бабку мою знала, а тут заладила, что тебе бабка про сокровища рассказывала.

– А вам известно про эти сокровища? – Спросил Малинин.

– Конечно, там план был на бумажке какой-то начёркан. Ну ей-богу, бабка с приветом моя была. Ей план этот ещё её мать передала. Та была родом из богатой питерской семьи. В своё время влюбилась она в простого мелкого чиновника и вышла против семьи за него замуж. Чиновник вскоре получил наследство в деревне; мелкое поместье. Это теперь и есть дом мой в деревне. Вот, а ей соседка передала этот план, она-то и была любовницей какого-то видного учёного, и он доверял только ей одной. Очень её любил, но не женился на ней, она даже ребёнка родила незаконнорождённого, по-моему. Ему даже в метрике отца так и не написали. Вот этот самый учёный перед смертью и дал ей этот план и завещал передавать по наследству только самым близким людям.

– А почему она передала твоим родственникам? – Малинин рисовал на бумажке сложное генеалогическое древо Серёжиной семьи.

– А не было у неё никого. Старая она уж совсем была, когда прабабка моя в деревню-то переехала. Она сердобольная была и ухаживала за ней. Так вот, видимо, в благодарность. Да, наверное, и потому, что та имела смелость пойти всем наперекор и уйти с любимым.

– А что она ничего про ребёнка своего не сказала? – Малинин поднял глаза на Сергея.

– Она сказала только, что отец ребёнка, когда тот подрос, забрал его, и больше она его не видела. Но она доверяла этому человеку больше чем себе и знала, что с её дитём всё в порядке.

– Страсти-то какие. А как звали-то хоть этого загадочного человека? – Малинин постучал карандашом по столу.

– Никто не знал. Всё что она повторяла – мой «Петерштален».

– Странное какое-то имечко. – Хмыкнул Малинин. – Так в результате вы отдали жене то, что она просила? – Егор подошёл к окну, за которым собрались тучи.