Мантия с золотыми пчелами - Наталья Солнцева

После короткой схватки Матвей одолел ночного гостя, связал ему бельевой веревкой руки и привел в дом.

– Тарханин? – ахнула Астра, не веря своим глазам. – Вот уж не думала, что это вы…

– Я тоже не рассчитывал встретить вас здесь! Ваша псина чуть не перегрызла мне горло, – пожаловался чиновник. – Настоящий монстр! Не подавал голоса, пока я не перелез через забор… А потом как кинется! Я уж решил, что мне конец…

Он выглядел ужасно – весь мокрый, в грязи, с ссадинами на лице и порванным в клочья рукавом: этой рукой он защищался от собачьих клыков.

Лютый оказался молодцом, действовал, как учили: повалил противника и напугал как следует, но не искусал. В Матвее он сразу безоговорочно признал старшего и слушался его, как хозяина. Чутье подсказало овчарке, что теперь придется подчиняться этому человеку.

Астра стояла в холле в футболке и брюках, босиком, простоволосая, с любопытством разглядывая связанного Игоря Сергеевича. На его штанине зияла дыра.

– Вот, полюбуйтесь! – пожаловался ей пленник. – Весь забор утыкан острыми железками. Я чудом не покалечился!

– Негоже приличному господину лазать в чужие дворы без приглашения, – усмехнулась она. – Тем более вам! Не рано ли вас выписали из больницы? Может, у вас того… с головой не в порядке?

– Я вполне здоров… Освободите мне руки! Что вы себе позволяете?

– Хотите, чтобы мы сдали вас в милицию? – разозлился Матвей. – Вы убийца!

– Ха-ха-ха! Смешно…

Из гостиной раздался стук в дверь. Тарханин повернулся туда, потом перевел вопросительный взгляд на Астру. «Это Ульяна, – подумала она. – Я же закрыла ее на ключ. Весьма предусмотрительно!»

– Кто там стучит? – нервно спросил чиновник.

– Не ваше дело. С какой целью вы проникли в частные владения господина Бояринова? Покойного, смею заметить… Собираетесь еще кого-то прикончить?

– Что вы несете? – оскорбился Тарханин. – Я наоборот… – Он запнулся и с досадой покосился на Матвея. – Могу я сесть?

Тот придвинул визитеру стул. Тарханин осторожно сел и перевел дух. У него кружилась голова; прыгая с забора, он зашиб ногу. Чувствовалось, как ноет, набрякая, лодыжка.

– Хозяин этого дома убит, – сообщила Астра.

– Да знаю я, знаю… – раздраженно отозвался пленник. – В таких городках, как Суздаль, слухи разносятся с быстротою молнии. Только я ни при чем! Я пальцем не трогал Николая Порфирьевича.

Матвей достал из кармана какую-то штуку, похожую на фонарик.

– Это я у него отобрал, при обыске, – сообщил он Астре. – Электрошокер! Больше при нем ничего не было.

– Электрошокер я захватил против собаки, – объяснил Тарханин. – Пес оказался хитрющий! Затаился, а потом набросился… я даже не успел воспользоваться этой штуковиной…

– Зачем вы приехали?

– Ульяну похитили! – выпалил он. – Вернее, женщину, которая… Черт! Я совсем запутался – в себе, в ней, в том, что происходит… Даже в вас! Вы мне друзья или недруги?

– Смотря кто вы. Если убийца, то…

– Хватит вам! Заладили… Будь я замешан в убийстве, уже бы давно унес ноги. Вчера вечером какой-то дюжий мужик посадил Ульяну в авто и… В общем, ей угрожает опасность! Я не смог догнать их, проследить – пока ловил такси, они растворились в потоке машин. Моя «Тойота» накрылась, и теперь я без колес… Ее надо спасать!

– «Тойоту»?

Тарханин уставился на Астру, как на умалишенную.

– Женщину, кем бы она ни была…

– Почему вы решили, что она в Суздале? Тем более в доме господина Бояринова?

– Бояринов – родной дядя Ульяны… Я прикинул, что он вполне способен организовать ее похищение. Я не мог ждать! Я привык действовать.

– А теперь послушайте, что я думаю, – заявил Матвей. – Историю про похищение вы сочинили, чтобы оправдаться. Убив Бояринова, вы решили избавиться и от единственного близкого ему человека, воспитанницы Мельниковой! Вы – охотник за наследствами, Игорь Сергеевич! Бояринов мог составить завещание в пользу своей воспитанницы. Это вас не устраивало. Женившись на Ульяне, вы могли получить все и ни с кем не делиться! Ведь других родственников у покойного нет. Наверняка вы и это выяснили.

Тарханин сидел, морщась от боли. Его беспокоила лодыжка и стук в дверь, доносящийся из гостиной.

– Понятия не имею ни о какой Мельниковой…

– Врете! Кого вы собрались вызволять?

– Ладно, ваша взяла, – сдался пленник. – Допустим, я знал, что Бояринов живет с сиротой, которую воспитал. Но это не помешало бы ему выкрасть Ульяну! Вы спросите меня, на кой черт ему похищать племянницу? Могу тот же вопрос адресовать вам…

– Кстати, какой у вас размер обуви? – осведомился Матвей.

– Сорок третий…

– Что и требовалось доказать! – торжествующе воскликнул он. – Алчность не зря относится к категории смертных грехов: она застилает разум. Первый опыт с собственным дядей Василием Тарханиным разбудил в вас жажду легкого обогащения. Вы обрушили на больного пенсионера поленницу дров и завладели его деньгами. Но бизнес требует все новых и новых вложений. Не так ли? На государственной службе миллионов не накопишь! Взятки брать вы боитесь – вдруг повяжут? Коррупционерам нынче приходится несладко. Вот вы и вспомнили о школьной любви…

– Чушь…

– Следователь по делу об убийстве Бояринова вцепится в эту версию зубами! – заметила Астра. – Вас уже подозревали в убийстве – в этом же городе, с тем же мотивом. В тот раз вам удалось соскочить с крючка, но сейчас…