Музейный артефакт - Данил Корецкий

– Да, да, – поспешил согласиться гость. – Мне это известно. Но вот что удивительно: Аллах запрещает пить вино, но разрешает потреблять гашиш и опий. А ведь эти зелья куда сильнее действуют на человека. Чем можно это объяснить?

– То ведомо лишь Аллаху, – ибн Саббах слегка улыбнулся и развел руками. – Наверное, тем, что гашиш и опий – лекарства. В лечебных дозах они поддерживают тело и врачуют душу. Но не верьте россказням, что мои подданные всегда одурманены гашишем. Это слухи, разносимые злыми языками врагов. Которых мы без жалости уничтожали и будем уничтожать в дальнейшем!!

Последнюю фразу он выкрикнул во весь голос, и глаза его сверкнули бешеной яростью, как будто злейший враг находился здесь, перед ним. Граф даже вздрогнул: он был наслышан о Старце Горы и потому знал, что тот может в любой момент приказать содрать с него кожу, набить чучело и отправить пославшему его королю!

Безмолвный слуга положил гостю на простую тарелку дымящуюся баранину, налил в медный бокал вина из стеклянного графина, придвинул пряности и острые приправы.

– За успех моей миссии и союз светлейшего короля Филиппа с лучезарным Хасаном ибн Саббахом! – провозгласил тост француз, залпом выпил и с аппетитом набросился на еду.

Но вдруг он остановился и уставился на Шейха, который сидел с пустой тарелкой и, отщипывая по кусочку, не торопясь, жевал черствую лепешку.

– А почему хозяин не вкушает яств, которыми потчует гостя? – с удивлением спросил граф.

– В этом один из принципов исмаилитского государства, – с достоинством пояснил ибн Саббах. – Такая скромная посуда стоит на столе в любом доме: и у моего даи аль-кирбаля, и у начальника охраны, и у простого стражника, и у садовника… Мы не носим украшений и богатой одежды, у нас нет пиров и потешной охоты. Богатство потеряло всякий смысл: все равны перед Аллахом. Надо довольствоваться малым, всегда и во всем!

Граф аккуратно оторвал крупную спелую ягоду черного винограда и поднес ко рту:

– А такое «малое» угощение тоже присутствует в каждом доме?

Ибн Саббах покачал головой.

– Нет, конечно. Но если бы я предложил вам сухую лепешку и стакан родниковой воды, вы бы подумали, что у исмаилитов бедная не только душа, но и казна… А бедных не уважают!

Слуга вновь наполнил медный бокал вином, придвинул фрукты и мед. Хорошо разломить пополам персик, вынуть косточку, наполнить половинку медом, съесть и запить вином… Но граф де Котье тоже решил демонстрировать скромность и не притронулся к угощению.

– А если ваш слуга расскажет, что вы нарушаете свой же принцип? Да еще и роскошно угощаете неверного…

– Не расскажет.

– Умышленно нет, но может проболтаться…

– И не проболтается.

– Почему?

– Ему отрубят голову сразу, как мы закончим обед, – хладнокровно ответил Шейх.

Граф не нашелся что сказать и некоторое время сидел молча.

– Вы побледнели. Вам нехорошо, мой любезный гость? – учтиво спросил Старец Горы. – Обильная пища тяжелит желудок.

– Нет, нет, все в порядке. Просто я забыл передать, что мой светлейший король Филипп пригласил вас посетить Париж…

– Передайте королю мою горячую благодарность, граф. К сожалению, не могу принять приглашение. Слишком много врагов желают моей смерти. Поэтому я не покидаю неприступную крепость…

Граф бросил острый взгляд.

– А она действительно неприступна?

Хозяин улыбнулся.

– Сейчас вы в этом убедитесь. Приглашаю на небольшую прогулку…

Граф надел широкополую шляпу, накинул черный плащ. Оружия при нем не было.

Пока они шли по коридорам, Великий Шейх заводил гостя то в одну, то в другую комнату, демонстрируя повсеместную скромность обстановки и давая необходимые комментарии.

– Богатство эфемерно, с пустыми руками приходит человек в этот мир и к Аллаху отправляется с пустыми руками, обретая достаток и изобилие лишь в раю… Только оружие терпит украшения, потому что оно постоянно просит крови…

– Да простит мне Великий Шейх бестактное замечание, но как согласуется этот прекрасный принцип с многочисленными обложениями данью соседей вашего замечательного государства? Я слышал, за свою безопасность вам платят епископы, герцоги и даже… короли!

– Лично мне не нужны деньги, – ибн Саббах пожал плечами. – Черствой лепешкой меня может угостить любой феллах. Но деньги нужны тем, у кого нет и лепешки, нужны проповедникам, несущим в мир зерна истинной веры, нужны воинам, охраняющим исмаилитское государство…

– Я слышал, соглашаются платить дань только те, кто не надеется на свое войско… – безразлично бросил де Котье. – А мой давний друг князь Франсуа де Лавуазье Палестинский просто отрубил голову вашему посланцу… Это правда?

– Правда, – кивнул Старец Горы. – У него сильное войско. Но стражники не могут сохранить жизнь даже самому могущественному военачальнику. Она находится в руках Аллаха…

– Прошло два года, князь стал фактическим государем королевства крестоносцев и чувствует себя превосходно…

– Два года исполнится через месяц, – сухо заметил ибн Саббах. – Но мы заболтались о второстепенных вещах…

Они вышли во двор, где ожидала пара прекрасных вороных коней. Через минуту хозяин и гость выехали из крепости. Здесь их плотным кольцом окружили крепкие молодые люди в белых халатах с красными поясами. Они были вооружены копьями, саблями и арбалетами. Граф понял, что это и есть страшные ассасины. Но вслух ничего не произнес.

– Сверху, по узким горным тропам, армия пройти не может, – показал рукой ибн Саббах. – А на дороге снизу устроено немало ловушек…

Он подал знак, и вниз покатился огромный камень. Еще один знак – и выдвинувшаяся из скалы решетка перегородила тропу в самом узком месте.

– А теперь обогнем крепость…

Они проехали вдоль фронтальной стены, свернули за угол. Кони осторожно шли по карнизу шириной не более четырех шагов. Справа возвышалась стена, слева зияла пропасть, в которой клубились белые облака.

– Преодолеть высокие стены невозможно, а места для установки стенобитных орудий просто нет, – продолжал рассказывать Старец Горы.

– К тому же моя армия насчитывает семьдесят тысяч пеших и конных воинов…

– Думаю, не раскрою военной тайны, если скажу, что мой король способен выставить не меньшее войско. И вооружено оно будет не хуже вашего, Великий Шейх, – со значением произнес посланник.

Ибн Саббах кивнул.

– Численность и оружие – важные условия для победы. Но исход боя решают люди. Если они готовы по велению своего господина в любой момент расстаться с жизнью, то победить их нельзя…

Граф де Котье усмехнулся:

– Боюсь, что таких солдат не существует в природе… Даже самый храбрый воин рассчитывает на то, что Бог сохранит ему жизнь. Никто не пойдет на верную смерть!