Возвращение Матарезе - Роберт Ладлэм

– И чем он занимается? – спросила Монтроз.

– Как я уже сказала, всем понемногу. Если нам нужно куда-нибудь поехать, Коулмен садится за руль; раньше он ходил для мамы по магазинам. Кроме того, Коулмен присматривает за горничными, которые приходят убирать два раза в неделю, а также принимает почтальона и разбирается со всеми рабочими. Мне неоднократно приходилось слышать, как он ругается на водопроводчиков и электриков, утверждая, что они ни черта не смыслят в своей работе.

– Похоже, Джеффри, это типичный старший сержант армии Ее Величества.

– Да, Камерон, это особая порода. Я искренне верю, что именно их стараниям мы обязаны всеми нашими победами начиная с восемнадцатого века, за исключением революции в одной колонии, где их, по-видимому, просто в то время не оказалось… Коулмен – обаятельный, прямодушный парень, который никак не желает признать, что стареет. Но для своих лет он еще очень крепок.

– Анджела, он живет здесь? – спросил Камерон.

– Только в том случае, сэр, если в доме никого нет. Когда мы в отъезде, Коулмен перебирается в одну из гостевых комнат. А так он живет совсем рядом, и у нас имеется прямая связь с его домом. Специальный звонок в каждой комнате; если возникает необходимость, мы звоним Коули, и через минуту он уже здесь.

– Вижу, он человек независимый, да?

– Да. Папа всегда говорил, что мы должны относиться к этому с уважением.

– И ваш отец был прав, – согласился Камерон. – В конце концов, у этого Коулмена своя жизнь… А после смерти вашего отца как он ладил с Хеншоу?

– По-моему, Коулмен его ненавидел, но из уважения к маме и папе старался это не показывать. Когда Джерри бывал дома, он старался здесь не появляться… Позвольте объяснить, почему я так убеждена, что старина Коули на дух не переносил нашего Красавчика. Однажды, где-то с полгода назад, я приехала домой на выходные. Роджер был в школе, мама ушла в церковь на воскресную проповедь, и тут все это и произошло… – Девушка смущенно умолкла, не решаясь продолжать.

– Анджела, что случилось? – мягко спросила Лесли.

– Джерри спустился вниз в одних трусах. У него было жуткое похмелье, а в баре библиотеки наверху не оказалось виски. Джерри метался из комнаты в комнату, и я, наверное, перетрусила… я хочу сказать, он был так разъярен, так взбешен… почти совсем голый… одним словом, я позвонила Коулмену, нажала кнопку несколько раз, что было условным сигналом приходить немедленно.

– И он пришел? – спросил Джеффри Уэйтерс.

– Мне показалось, Коули прибежал меньше чем через две минуты. К этому времени Джерри окончательно слетел с катушек: он орал на меня, ругался последними словами, потому что никак не мог отыскать чертово виски. Разумеется, при виде старины Коули Красавчик опешил; он начал извиняться и постарался обратить все в шутку. Но Коули было не до шуток. Он встал между нами, и я никогда не забуду его слова. – Умолкнув на мгновение, Анджела заговорила, подражая, как это часто бывает у молодых девушек, голосу того, кого она описывала. В данном случае это был низкий с хрипотцой йоркширский диалект: – «Сэр, для того чтобы находиться в гостиной, вы одеты неподобающим образом, и я настоятельно рекомендую вам не делать больше ни шагу. Смею вас заверить, оружие мне не потребуется, но результат будет тем же самым, и это доставит мне самое большое наслаждение с тех пор, как я вышел в отставку…» Ну разве это не прекрасно? Хеншоу пулей вылетел из комнаты и взбежал вверх по лестнице, спотыкаясь, словно пьяное пугало!

– А вашей матери вы или мистер Коулмен ничего об этом не сказали? – спросил глава МИ-5.

– Мы с ним обсудили это и решили ничего ей не говорить. Однако Коули взял с меня слово, что если Джерри снова будет себя так вести, я обязательно ему позвоню.

– Ну а если бы его не оказалось дома? – предположила Монтроз.

– Он сказал, что у него к звонку подключено какое-то устройство, которое передает сигнал на расстояние до пятидесяти километров. А в том случае, если ему понадобится отъехать дальше, он примет соответствующие меры.

– Какие, например?

– Здесь, в Лондоне, живут еще двое бывших солдат, служивших в Оманской бригаде под командованием папы. Один из них – констебль второго класса в отставке, другой работает в Скотленд-Ярде.

– Великолепные рекомендации.

– Я тоже так подумала.

– Какие изменения в систему сигнализации задумал Коулмен? – продолжал Прайс.

– Насколько я поняла, речь идет о телевизионных камерах, изображение с которых будет передаваться к нему в квартиру. По-моему, Коули хотел изучить вместе с Роджем все планы и прикинуть, что можно будет придумать.

– Он не объяснял, зачем это нужно? – спросил Уэйтерс.

– В основном это был технический жаргон, в котором я не поняла ни слова. Правда, Родж, похоже, во всем разобрался, если только он не притворялся, как это с ним случается время от времени.

Зазвонил колокольчик у входной двери; глава МИ-5 тотчас же встрепенулся.

– Вероятно, это приехала бригада наших следователей, – объяснил он. – Я позвонил из машины и попросил их приехать сюда как можно быстрее.

– Какая еще бригада? – встревожилась Анджела. – Почему такая спешка?

– Дорогая девочка, мы не хотим вас пугать, – ответила Лесли. Она бросила взгляд на двоих мужчин, и те понимающе кивнули. – Возможно, это ложная тревога, но существует некоторая вероятность того, что у вас дома установлена подслушивающая аппаратура.

– О господи!

– Сейчас я их впущу.

– Отключите сигнализацию, – поспешно воскликнула девушка, когда Уэйтерс подошел к двери. – Маленькая панель справа, нажмите «2, 1, 3» и выждите несколько секунд.

– Хорошо. – Сделав все, как было сказано, глава британской разведки впустил трех мужчин, двое из которых, с различным электронным оборудованием в руках, были похожи на электромонтеров или телевизионных мастеров, а третий держал большой черный чемодан. – Начнем с гаража, – продолжал Уэйтерс, провожая бригаду к двери в дальнем конце прихожей. – Именно там состоялся определенный разговор; отсюда есть вход туда… Ребята, а вы идете с нами?

– Следуем за вами по пятам, Джеффри, – ответил Камерон. Анджела Брюстер и Монтроз пошли вместе с ним.

– Но как такое возможно? – спросила Анджела. – Я хочу сказать, как кто-то мог проникнуть сюда и установить «жучок»?

– Если есть один, наверняка есть и другие, – заметил Прайс.

– Какая мерзость! Это более отвратительно, чем читать чужие дневники. Лично я свой храню взаперти. На мой десятый день рождения папа подарил мне маленький сейф, и я могу в любой момент поменять комбинацию.

– В вашем возрасте я тоже вела дневник, – призналась Лесли. – А мой брат постоянно пытался его найти и прочитать.

– У вас есть старший брат?

– Младший, дорогая, и это гораздо хуже. Мне приходилось за ним присматривать, а он мне всячески пакостил.